Чтение онлайн

Он представлял, как медленно, но верно вооружаются двадцать миллионов черных. Все черное население Америки. Его братья и сестры получат винтовки, патроны, гранаты, взрывчатку. Он подсчитал, что на это потребуется четыре миллиарда долларов. И еще восемь миллиардов останется на продолжение борьбы.

Об этом мечтали революционеры.

И мечты могут сбыться.

Но Уивер понимал, что успех начатого дела зависит от соблюдения тайны. Вокруг него не должно быть слухов, сплетен и расследований. Находка алмазов не должна подлежать сомнению.

Алмазы из Англии он вывез тайно. Дипломатическим грузом. Беспрепятственно. Один североафриканский правительственный чиновник

был кое-чем обязан Уиверу и согласился переправить груз, не требуя никаких объяснений. Уивер сказал ему, что везет всего-навсего четыре американских холодильника и не хочет платить пошлину.

Он лично следил за тем, чтобы контейнеры не были вскрыты по дороге и бесценный груз доставлен в целости и сохранности. Ради соблюдения тайны он в одиночку заполнял контейнеры.

Оставалось последнее: ни одна живая душа не должна подозревать о его связи с ограблением Системы. Дело слишком важно, ставки слишком высоки. Рисковать нельзя.

Три часа спустя в безоблачное ночное небо Африки медленно поднялся грузовой самолет. Над Заласским массивом он открыл люк и долго кружил над горами.

Никогда еще эту землю не орошал такой драгоценный и потенциально опасный дождь.

Они остановились в Монако, в угловом номере «Отель-де-Пари».

Оба – и Марен, и Чессер – хотели устроить настоящий медовый месяц. Но вслух об этом не говорили, потому что на самом деле они и без медового месяца частенько сюда заезжали. Они даже не могли поделиться своей радостью со служащими гостиницы: их всегда здесь считали мужем и женой, и было бы просто нетактично признаться, что они расписались только сейчас.

В Монако они приехали в среду. Следующие два дня они не выходили из номера. Занимались любовью, а в промежутках спали или объедались лакомствами.

Чессер поймал себя на том, что с нетерпением ждет понедельника. Девятого числа, дня возвращения в Систему. Марен больше не возражала, поняла, что ему необходимо внутреннее удовлетворение. Но поставила условия: во-первых, они едут в Лондон обязательно вдвоем, и, во-вторых, он избавится от пакета как можно скорее, даже его не открывая.

Он согласился на последнее условие, потому что в противном случае она вообще отказалась бы от компромисса. Со временем он убедит ее, что нуждается не только в ней, но и в работе. К тому же он не мог забыть крайнего отчаяния, которое испытал в Женеве на берегу озера. Оно еще больше укрепило его в мысли, что он не должен оставаться без гроша в кармане. Он так и не понял, куда делись из швейцарского банка эти чертовы двести тысяч, но был уверен, что дело не обошлось без Мэсси.

Сегодня они еще переночуют в Монако. Может быть, в последний раз, смотря по обстоятельствам. И эту прощальную ночь надо провести весело.

Они оделись по-вечернему и пошли ужинать в «Регент». Они были поглощены друг другом, не замечая никого вокруг. Обсуждали, где у них будет дом, собственный дом, и каким он будет. Им пришло в голову, что французские поверенные, наверно, продадут им поместье в Шантийи – это было бы просто здорово.

После ужина они поехали по петляющей горной дороге в Лаге, в маленькую церквушку, где им давно хотелось побывать. Она была меккой игроков, и ее держали открытой всю ночь, чтобы тем было легче застраховать себя от проигрыша. Главной достопримечательностью церквушки была Маленькая Черная Дева, деревянная статуя с целомудренным черным лицом, вырезанная и поставленная там специально для тех, кто надеется с Божьей помощью выйти в игре победителем. Разумеется, многие из счастливчиков возвращались сюда и выражали

благодарность щедрыми подношениями в кружку-копилку, всегда стоящую у подножия статуи.

Верили, что Маленькая Черная Дева обладает и другими волшебными свойствами: излечивает недуги, приносит игрокам в рулетку шестнадцать выигрышей подряд, если они ставят на «черное», избавляет от насильственной смерти.

Марен с Чессером не обратили внимания на обитую истертым велюром скамью у ног статуи. Они постояли здесь всего минуты две. Чессер заметил, что с пяток Девы почти облупилась черная краска, обнажив белую как мел древесину. Круглые темные глаза неприятно косили. Марен опустила в кружку сотенную купюру и поставила свечку. Просто так.

Потом они поехали обратно в Монако.

А в это время к черному ходу «Отель-де-Пари» подошли Толанд и еще один профессиональный убийца, Райкер. Они незамеченными прошмыгнули через кухню и по служебной лестнице поднялись на четвертый этаж.

Гостиничный коридор был пуст: ни коридорных, ни горничных. Толанд и Райкер прождали довольно долго, прежде чем решились надеть перчатки и приблизиться к двери сорокового номера. Они отперли дверь отмычкой и вошли.

И сразу принялись за работу. Спокойно и продуманно Они создавали видимость ограбления. Нарочито небрежно перерывали и опустошали ящики и чемоданы, забирая все мало-мальски ценное, что можно унести в карманах. Ювелирные украшения из шкатулки Марен и толстую пачку пятисотфранковых купюр, которую они обнаружили в носке ботинка Чессера.

Когда они закончили, обе комнаты выглядели так, словно их торопливо обыскивали. Осталось добавить последние штрихи. Лампа с помятым абажуром на полу; вырванные телефонные провода; стол со сломанной ножкой; сброшенные с кроватей покрывала; перевернутый стул; разбитая пепельница на ковре.

Следы борьбы.

Никакой борьбы, конечно, не будет.

Чессер и Марен войдут в номер и, как только закроют за собой дверь, с боков в них выстрелят Толанд и Райкер. Из бесшумных пневматических пистолетов. Стрелками с обездвиживающим наркотиком.

Потом их свяжут и заткнут рты кляпами. Когда действие наркотика кончится, Толанд даст Чессеру возможность указать место, где спрятаны украденные алмазы. Ему освободят одну руку и дадут карандаш и бумагу. Если Чессер откажется, Толанду приказано переубедить его, оказывая подчеркнуто грубое внимание Марен. Знатоком таких приемов был Райкер, Он получал физическое наслаждение, используя разные вещи в качестве заменителей своего естественного инструмента.

Получив от Чессера информацию, Толанд должен был из телефона-автомата позвонить Мэсси, а потом звонить каждый час, пока не выяснится, лжет Чессер или нет. Люди Мэсси могли за три часа осмотреть любое место в Англии. Получив подтверждение Мэсси, Толанд должен был вернуться к Райкеру в номер. Они воспользуются пружинными удавками. Бесшумно и чисто. Простейший тип смертоносного оружия. Петля из обычного стального тросика, зафиксированная маленькой, но мощной пружиной. Петлю надевают через голову на шею, спускают пружину, и тросик стягивается со страшной силой.

Толанд и Райкер встали по бокам входной двери сорокового номера. Толанд, озираясь от нечего делать, заметил на ближайшем столике книжку. Книжку со странным названием: «Книга Перемен». Он полистал ее, увидел, что это не роман, и удивился, кому пришло в голову закладывать страницу тремя жилетными пуговицами.

А Чессер и Марен были как раз напротив гостиничного крыльца, через площадь. Они входили в казино.

В частном зале Марен никак не могла решить, во что ей сыграть: в рулетку или в покер.