На допросе я дал признание, новости ликовали. На мне было
тридцать семь убийств, мои коллеги по работе были в шоке. Мне дали адвоката , он не хотел браться за мое дело, но закон обязывал его. На суде сидели все родственники погибших, я смотрел в их лица, я видел, что я убил гораздо больше людей. В каждом
из них что— то умерло, каждый из них сделал бы тоже самое со мной.
Я не чувствовал раскаяния перед родителями, не чувствовал угрызение совести.
Судья говорит
— Дерек Сейлер, вы приговариваетесь к по жизненному заключению в тюрьме особого режима, ваше последние слово.