Чтение онлайн

* Авианесущая ударная группировка.

** Байкало-Амурская железнодорожная магистраль.

*** Британский королевский военный флот.

**** Ядерно-реактивный двигатель.

И вот что нам с ними теперь делать? Нет, ну надо же до такого додуматься?! Взрослые они, видите ли! Нельзя на минутку одних оставить. Решили "только попробовать". Мол, вкусно или нет? Теперь клянутся, что никогда и ни-ни. Пороть надо, без всяких сомнений!

Синельникову доложили немедленно, как только забеспокоившаяся их долгим отсутствием охрана решила проверить. Генерал-полковник, естественно, тут же отзвонился мне, и мы оба помчались на ближнюю дачу. Впервые, после моего появления в Москве в качестве руководителя

государства, пришлось включить сирену. «УАЗики» охраны отстали от моего «Паккарда» сразу. А что вы думали, я сам в такой ситуации за руль не сяду? Уф-ф, ни в городе, ни на трассе никого не задел. О том, что я двигаюсь на ближнюю дачу со всей возможной скоростью, туда доложили вовремя, и ворота были распахнуты заранее. Я вломился в собственную спальню. Вот они, красавицы сопливые, рядышком отдыхают! Заботливо укрытые одеялом и уже проблевавшиеся под надзором врача. Добрались до маленького папиного винного погреба и решили только попробовать. Коллекционные вина, которые регулярно привозили отцу из Грузии, и, частенько, присылали со всего мира в качестве подарков. Всего по полглоточка приняли. Сами не заметили, как контроль потеряли. А там уже… Допробовались, в общем. Егор появился через пять минут после меня. Ему тоже успели доложить, что опасности для жизни и здоровья уже нет. Обычная алкогольная интоксикация. Без серьезных последствий, если случаи отравления повторяться не будут.

— Что делать будем? — задал риторический вопрос генерал-полковник.

— Пороть надо, — без тени сомнений ответил я.

Мой друг посмотрел на Светку, разметавшуюся под одеялом и несколько тяжело дышащую. Впрочем, как и моя благоверная.

— Я, наверное, не смогу, — чуть стушевавшись, произнес он.

— Ну, не в прямом же смысле. Морально, — я тоже еще раз посмотрел на наших девчонок и, несколько более пристально, на свою Галинку. Нет, поднять на нее руку я тоже никогда не посмею, — ладно. Выспятся, побеседуем. Пошли в кабинет. Что у тебя с Грецией?

Синельников только утром прилетел из Афин, где был всего с односуточным официальным визитом. Я был в курсе, что переговоры прошли успешно, но подробностей еще не знал.

— А нормально, — с довольной улыбкой произнес Егор, устраиваясь в кресле, скрипнувшем под большим весом, — заставил Метаксаса и Велухиотиса пожать друг другу руки.

— Даже так? — удивился я.

Иоаннис Метаксас, шестидесятидевятилетний генерал и премьер-министр. Патриот, но явно правый. При этом — сторонник фашизма. И тридцатипятилетний Арис Велухиотис, настоящее имя Атанасиос Кларас, революционер, член ЦК КПГр, главнокомандующий Народно-освободительной армией Греции. Первый из этих двоих отказал всем требованиям Муссолини о вступлении греков в фашистскую коалицию и в войну против Советского Союза. Патриот в нем существенно превышал фашиста. На каждый ультиматум отвечал «охи» (нет). Интересно, в этом мире тоже будет "День охи"*? А потом регулярные греческие части вместе с Народно-освободительной армией разгромили вторгшиеся из Албании итальянские войска и даже частично отвоевали Албанию у итальянцев.

— Когда премьер решился на низложение Георга Второго**, я пообещал им Смирну-Измир*** и разрешение на присоединение Албании. Метаксас тут же согласился на немедленный плебисцит, — заявил Егор, — Греция теперь навсегда станет республикой и нашим искренним другом. Ну, а если еще учесть будущую Великую патриархию…

Н-да. Я знал, что Синельников хорош в таких делах, но настолько? Даже у меня вместе с Андреем Громыко лучше бы не получилось. С другой стороны, чем меньше будет мелких стран в Европе, тем проще будет потом объединять ее. Вот еще режим Салаши, который пытался переплюнуть самого Гитлера в Венгрии, и усташи в Хорватии. А пусть-ка ими Вермахт займется под нашим контролем, пока его не переименовали в Бундесвер.

* День ответа Метаксаса является в Греции национальным праздником.

** Георг II — король Греции, до того уже дважды изгнанный.

*** Смирна (по-турецки — Измир) — большой город на западном побережье Турции, по результатам ПМВ отошедший к Греции. Основное население там было православным. Был отвоеван турками в ходе Второй Греко-турецкой войны в 1922 году. Почти все христианское население было вырезано победителями.

Великая

патриархия. Предварительное название полунезависимого православного государства со столицей Царьградом. Я вспомнил свою недавнюю встречу с Патриархом Московским и всея Руси Сергием. Избранный осенью тридцать восьмого после встречи с моим отцом высокий представительный старик с довольно жестким взглядом в глазах. Перекрестил меня и протянул руку для поцелуя. Которую я тут же, достаточно крепко, но аккуратно, чтобы не причинить боль, пожал. Он что, думает, раз я разрешил очень серьезные послабления церкви, вплоть до собственных радио- и телеканалов, то я верующий? Пришлось вежливо, даже уважительно, но достаточно твердо объяснить свое отношение к религии. Да, несомненно, составляет неотъемлемую часть культуры русского и большинства славянских народов. Да, именно сейчас, во время Великой Освободительной войны, мы, руководство державы, согласны пойти навстречу православию, как, впрочем, в некоторой степени, и другим религиям, но будем продолжать мягкую политику атеизма.

— Как вы относитесь к тому, чтобы лично обвенчать мою сестру и директора СГБ генерала Синельникова? — перешел я к делу.

Такого вопроса он явно не ожидал. Мне же нужен был сосредоточенный удар по компартии. Сейчас, когда уже везде в державе разрешена деятельность любых, кроме крайне правых, партий, когда в Верховном Совете и даже в Политбюро КПСС, у меня подавляющее большинство, этот ход должен резко обострить все внутренние противоречия, как в самой партии, так и в руководстве страны, так и во всем многонациональном народе огромного ныне Советского Союза. В конце концов, все основные территориальные приобретения уже сделаны. Остались мелочи. А почивать на лаврах по поводу победы в Великой войне нам рано.

— В каком храме? — наконец-то отреагировал патриарх.

— По вашему выбору в Москве. Желательно только не там, где венчались русские цари. И, по-возможности, достаточно скромно.

— Елоховский собор подойдет? — собственно говоря, другого предложения я и не ожидал. Ближайший к канцелярии и резиденции самого Сергия.

— Это тот, в котором Пушкина крестили?

Он очень удивился моим знаниям и с заметным уважением кивнул: — Да.

— Вполне подойдет. Надо признать, что сам архитектурный комплекс, и внутри довольно красиво. А потом, вероятно, вы сами захотите покинуть нашу ныне златоглавую столицу, — решил я удивлять его дальше.

— Почему? — на его лице появилось крайне озабоченное выражение.

— Вы разве не захотите лично возглавить восстановление главного православного храма мира, Святой Софии в Царьграде, и очищения его от мусульманской скверны? С учетом того, что сам Царьград должен стать столицей небольшого православного государства, подчиняющегося высшему иерарху православной церкви? — я подошел к карте и обвел контуры будущей Великой патриархии. Европейская территория бывшей Турции с прилично отрезанной северо-западной частью. Общая граница церкви с Грецией мне была совершенно не нужна.

Он подошел к карте и молча смотрел на нее, иногда бросая короткие взгляды на меня.

— Только учтите, власть ваша не будет абсолютной. Войска там будут мои. И вся промышленность — тоже. А вот полиция будет подчиняться вам, — я коротко обрисовал свои мысли об этом государстве внутри Советского Союза. И про то, что другие религии там запрещены не будут. Царьград должен стать не просто столицей православия, а религиозной столицей мира. И отношения и с Меккой, и Иерусалимом должны быть благожелательными.

— Минареты вокруг Айя-Софии* мне позволено будет снести? — только и спросил тяжело задышавший Сергий.

— Конечно, Иван Николаевич, — ну, не буду же я его владыкой называть? — и… сядьте. Сядьте и успокойтесь, — я пододвинул стул и помог старику сесть. Вот только не хватало мне, чтобы ему сейчас от радости поплохело, — поймите, что, хотя церковь отделена у нас от государства, но православие все-таки будет основной религией в Советском Союзе.

* Айя-София — один из 3-х эпитетов, обращенных к богу. Эти три эпитета определяются так: Айя-София (Святая Мудрость), Ая-Ирена (Святое Благодушие) и Ая Динамис (Святая Сила). И, в то же время, — одно из названий храма Святой Софии в Стамбуле.