Игры ангелов
Шрифт:
– Не могу. Не сейчас. Мне нужно было кое-что сделать. Я скажу в субботу вечером.
Она шмыгнула носом:
– При чем тут субботний вечер?
– Этого я тоже пока не могу сказать, но я хочу в субботу пригласить тебя на свидание. – Он улыбнулся. – Я люблю тебя, Линда-Гейл. Это правда, и я рад это повторить.
Ежедневный ранний подъем изменил жизнь Броуди и его взгляд на мир. Он чаще встречал рассвет – и многие рассветы были достойны того, чтобы продрать глаза единственно ради них. Он стал больше работать, чему только радовались
Замечательное место. Он подумывал, не заделаться ли домовладельцем. Не купить ли дом, вместо того чтобы снимать. Хорошо сидеть утром на веранде и пить кофе, начиная новый день. Так он мечтал, стоя у окна своего кабинета.
Одно кресло или два? – задумался он, пытаясь представить веранду во всех подробностях. Обзавестись домом – это достаточно серьезный шаг, а уж завести женщину – это просто гигантский прыжок. Но именно из-за Рис, а не ради красивых восходов он теперь выбирался из постели ни свет ни заря. Два кресла, решил он. Там должно быть два кресла.
Он подошел к столу и включил ее компьютер. Воспользовавшись доступом, который она предоставила, он увидел два документа. Один назывался ПК, другой – «список».
– Поваренная книга, – пробормотал он, гадая, оставила она ее просто по ошибке или хочет, чтобы он прочитал.
Он стал читать вступление. Неплохо. В коротких главках шла речь о необходимой кухонной утвари, о разных стилях жизни, о том, как рассчитать время, – и все это легко, доступно, понятно. После вступления шли полдюжины рецептов, предваряемые поварскими колпаками, – от одного до четырех. Степень сложности, отметил он. «Молодец, Худышка, ну не умница ли?»
Чуть подумав, он написал письмо своему агенту и прикрепил файл Рис. Затем открыл список. И стал вносить туда кое-какие собственные комментарии – например, она не знала, что Денни, помощнику шерифа, разбила сердце гостиничная горничная, которая несколько месяцев морочила ему голову, а потом прошлой осенью удрала из города с заезжим байкером.
Он перенес список и книгу в свой компьютер, а на часах все еще было начало восьмого. И ничего другого не оставалось, кроме как сесть работать.
В одиннадцать раздался телефонный звонок – его агент спрашивала, есть ли у него минутка поговорить о предложении его подруги.
– Конечно, есть. Так что вы об этом думаете?
Броуди вошел к Джоани в тот момент, когда Рис снимала передник. Она разрумянилась от жара плиты.
– Ты что-нибудь приготовила? – спросил он.
Рис вынесла из кухни пакет:
– Ты одним из первых можешь попробовать наши новые экспериментальные бутерброды – панини.
– «Панини от Джоани».
– И ты, Броуди?! Ты, видно, надеялся, что я приготовлю улиток и телячьи мозги – это я тоже умею, и очень вкусно.
– Ладно, возьму панини. Кстати, я прочел твой список.
– Ох. И что ты скажешь?
– Очень полный. Я кое-что добавил. Я уже узнал, что Рубен, Джо, Линт и Дин играли в покер у Клэнси в малом зале. После десяти Рубен и Джо пошли к Джоани. Дин и Линт оставались там до часу
ночи. Дин проиграл восемьдесят баксов.– Хорошо. Троими меньше.
– Моему агенту понравился проект твоей поваренной книги.
– Что? Что?!
– Теперь она хочет поговорить непосредственно с тобой.
– Но книга не дописана.
– Но ты ведь показала мне ее зачем-то?
– Я просто думала, если у тебя будет время и желание, может быть, ты посмотришь. Подскажешь что-нибудь.
– Мне показалось, что все хорошо, и я спросил у своего агента ее мнение. Может быть, поговоришь с ней завтра?
– Я волнуюсь.
– Еще бы! Кстати, почему ты включила панини в меню?
– Потому что они вкусные, необычные, готовятся быстро...
– Не дашь ли мне еще один?
Она, улыбаясь, протянула ему новый бутерброд, и тут у нее в кармане зазвонил телефон.
– Мне обычно никто не звонит. Алло!
– Рис Гилмор? Это Серж, который в Джексоне сделал вас прекрасной.
– Ах да. Серж, э-э, как вы поживаете?
– Совершенно замечательно, и надеюсь, что вы с Линдой-Гейл нанесете мне визит. Собственно, я звоню по поводу картинки, что вы мне оставили.
– Вы узнали женщину на рисунке?
– Нет, я просто взял на работу девушку, которая, похоже, ее узнала. Она с понедельника заступает. Хотите ее телефон?
– Да! Подождите минутку. – Она вытащила из сумочки блокнот и ручку. – Готова. – И записала имя, адрес и номер телефона. – Спасибо вам, Серж. Как только сможем, мы с Линдой-Гейл придем к вам причесаться.
12
Марли Мэттьюз жила на первом этаже двухуровневой деревянной коробки меблированных апартаментов на Хайуэй, 89. В маленьком зацементированном дворике с коваными железными воротами светловолосый мальчуган лет четырех широкими кругами ездил на трехколесном велосипеде.
В ту минуту, как Рис и Броуди устремились через дворик, из раздвижных стеклянных дверей вышла невысокая тоненькая женщина с блестящими темными волосами.
– Вам помочь?
– Будьте добры. – Рис постаралась улыбнуться как можно более приветливо.– Мы ищем Марли Мэттьюз.
– Зачем?
– Может быть, она поможет нам разыскать кое-кого. Я Рис Гилмор, а это Броуди.
– Очень приятно, Марли – это я. Может быть, зайдете на минутку? – сказала она.
Гостиная была идеально чистой и практически без мебели: только диван и кресло. Один угол был оформлен как игровая зона, там стояли маленькие столик и стульчик и пластмассовая коробка с игрушками.
– Проходите, садитесь, – пригласила Марли.
– Пару недель назад я оставила в салоне рисунок, – начала Рис. – Серж сказал, что вы вроде бы узнали изображенную там женщину.
– Вроде бы. Не могу сказать с уверенностью. Но когда я увидела этот рисунок, я подумала: это портрет Дины.
– Это ваша подруга? – спросил Броуди.
– Не совсем. Она жила тут наверху. Уехала месяц назад.
– Переехала? – уточнила Рис.
– Не знаю. Забрала свою одежду и прочее барахло, часть оставила – всякий ненужный хлам.