Идеальные
Шрифт:
«Ты Единица? Возможно, даже Единица с плюсом? Тогда подай заявку и получи возможность, которая выпадает всего раз в жизни! Лучшие пройдут дальше».
За этим последовал видеоряд с радующимися людьми, которые сели в дирижабль и улетели прочь, чтобы начать новую жизнь. Тракс, так называемый смотритель Серого округа, пожал им руки. Он был человеком, Единицей с плюсом, и по совместительству контактным лицом Амигдалы в округе.
«Ты силен? Твои физические показатели выше среднего? Тогда получи образование часового, чтобы защищать нашу страну!» – В ТехДеке
«А может быть, твое главное оружие – это интеллект?» – спрашивал ведущий.
«Тогда мы нуждаемся в твоей помощи в исследованиях. Ты можешь изобрести новые вакцины, помочь победить болезни или же поспособствовать техническому прогрессу!»
На экране появились изображения исследовательского округа Белая Жемчужина, где жили умнейшие люди страны. Они занимались разными исследованиями. Недавно им удалось создать животное, совмещающее в себе гены коровы и гены овцы. «Ковца» давала молоко и обладала теплым мехом.
«Или же гены сделали тебя кем-то более особенным? Ты Единица с плюсом? Тогда я тебя поздравляю. Ты настоящее благословение для нашего общества и можешь занять лидирующие позиции в нашей стране! Да, с твоими генами ты сможешь даже добраться до Авентина, чтобы жить рядом с нашими любимыми Благословенными».
Рейна смотрела видеообъявление, хотя она так часто слышала эти предложения, что уже почти запомнила их наизусть. Как бы сложилась ее жизнь, будь у нее номер? Кем бы она была, Единицей или Двойкой?
Кассиопей заскулил, требуя внимания. Когда Рейна почесала ему спинку, зверек спокойно заурчал. На самом деле он терпеть не мог, когда его трогают, но Рейне можно было его гладить. Ну, конечно, только тогда, когда он сам того хотел.
«Новое рабочее место, новый дом и новая жизнь ждут вас. Ваши гены – это благой вклад в общество».
Ларк открыл дверь и переступил через порог. Он был таким уставшим, что боялся заснуть на ходу. Его голова была засорена раздумьями, как труба, которую давно не чистили. Как серый туман, из-за которого нельзя было даже собраться с мыслями.
Он тренировался, ну, вернее, работал по вечерам. Когда его родители возвращались с дежурства, юноша отправлялся разгружать поезда, которые ездили с одного завода на другой. Эта работа была утомительной, но Ларк считал ее тренировкой, ведь он мечтал стать часовым.
Его гены были достаточно хороши для того, чтобы его выбрали на эту почетную должность. Главное – стараться изо всех сил и не допускать ошибок. Таких, как, например, драки с другими людьми.
Парень не знал, что на него нашло, когда он подумал, что за ним ходит слухач. Его нервы, которые и так были расшатаны, накалились до предела. Это было короткое замыкание, которое могло бы стоить ему будущего, будь Рейна настоящим слухачом.
Он снял свое пальто и начал стягивать неудобные сапоги и защитные брюки. Несмотря на защитную одежду, пыль все равно проникала внутрь. Майка, которую он надевал под футболку, была серой, как и его кожа. Парень развесил
одежду и встал на решетку. Устройство под ним ожило и, зашумев, начало всасывать грязь, которую Ларк принес с улицы. Потом заработал и ПылеБот – пузатая машинка, круглосуточно очищавшая полы и стены от смога. Правда, квартира все равно никогда не выглядела чистой. Ларк протянул руку за ботом. Тот запищал, протестуя, и парень поднес его к голове, чтобы устройство отмыло его волосы от грязи. Он отпустил машину, и она, издав возмущенный звук, полетела к другой стене продолжать свою работу.– Ларк, ты пришел поздно. – Его мать, Кнот, еще не спала.
Она сидела за кухонным столом и ждала сына, как всегда. Правда, отпечаток на правой стороне ее лица свидетельствовал о том, что она задремала.
– Ма, иди спать. Тебе нужно высыпаться, – они обнялись.
Несмотря на стройную фигуру и впалые щеки, она была способна защитить свою семью. Ларк почувствовал в ее руках силу, идущую от самого сердца. Кнот пахла машинным маслом, углем и чечевичным супом. И немного розовой водой: отец подарил ей эти духи уже давно, но она использовала их очень экономно, чтобы как можно дольше наслаждаться такой роскошью.
– Что с глазом?
– Это от рыбачки, ее зовут Рейна.
Пульсирующая боль под глазом напомнила ему о бурном столкновении.
– Не переживай, мам. Просто небольшая стычка.
– Ларк, что я тебе говорила насчет драк? Ты не должен вести себя так. Твоему отцу и так тяжело, а твоя сестра…
Кнот уперлась руками в бока, но она выглядела больше уставшей, чем сердитой. Под глазами залегли темные круги, которые никогда не исчезали.
– Я знаю. Не беспокойся, ничего особенного не произошло.
Эта Рейна была такой сильной! Она без проблем бы его побила. Трудно поверить, что она всего лишь Тройка с такой-то физической подготовкой! И с ее внешностью… Несмотря на сажу и грязь, Ларк рассмотрел ее тонкие, почти безупречные черты лица: оно было симметричным, без изъянов. В конце концов, он видел ее так близко. Она выглядит как Единица. Но была проблема – не все болезни и ограничения видны невооруженным глазом. Например, шизофрения. В Сером округе она встречалась нередко. Таких людей называли «тлеющие головы», ведь все думали, что смог затуманил их разум.
– Приходила Хейл, спрашивала про тебя. – Мать мягко подтолкнула Ларка к креслу и дала ему в руки миску с остатками ужина. Его живот заурчал, но он слишком устал даже для того, чтобы поднять ложку. – Она очень милая девушка.
Ларк знал, чего хотела Кнот. Хейл была из семьи Единиц, и ее гены были очень хорошими. Никто из ее родственников не был оценен ниже чем на Единицу, и поэтому у девушки были блестящие перспективы и шанс уехать подальше от загрязненного смогом воздуха.
– Мам, ты же знаешь, мы просто друзья, – объяснил он.
Отношения с Хейл могли бы улучшить материальное положение и статус его семьи.
– Она очень к тебе привязана.
Они стали лучшими друзьями с тех пор, как Ларк вытащил Хейл из канализационного люка, который кто-то забыл закрыть.
– Мы всегда будем просто друзьями, мам. Семья возлагает большие надежды на нее. Хейл амбициозна и строит большие планы на жизнь. Она может стать одной из исследовательниц в Белой Жемчужине. Отношения со мной… Я не буду ее об этом просить.