i cd2724c7a91f0e95
Шрифт:
– Ты, мелкий скотинёныш! Второй раз! Второй раз ты мне мешаешь! Это уже перебор! Я задушу тебя!
– Я, вообще-то, девушку от вас спасал!
– крикнул ему в лицо я.
– Мне плевать, что ты делал. И девка твоя тоже, блин, под машины кидается. Я вас двоих порву!
Он попёр на меня поспешным шагом. Глаза его горели, и я ничуть не сомневался, что он выполнит данное обещание. Он уже вскинул кулак для удара. Я не мог бросить Вику на голый асфальт, поэтому просто пнул его между ног, как тогда на даче пнул хулигана. Но этот оказался покрепче. То ли у него под деловым костюмом латы, то ли
– Слышь ты! Отошёл от них!
– между мной и лысиной встал Лабужев.
– Тебе ещё чего надо?
– поинтересовался лысый.
– Я не позволю вам избить моего друга и девушку, - ответил Тёмыч.
– Ой, Тёмка! Он такой классный!
– пробурчала проснувшаяся от спячки Вика на моём плече.
Лысый не воспринял всерьёз его слова и продолжил идти в нашу сторону. Тогда Тёмыч со всего размаху ушатал того по лицу. Вокруг нас собралось много народу, только пять телефонов снимали, как лысый упал на асфальт, хватаясь за челюсть.
– Ещё есть претензии?
– спросил его Лабужев.
Тот посмотрел на его крепкое телосложение, ещё раз потрогал ушибленное место, и покачал головой. В этот момент у него зазвонил телефон. Дрожащими руками лысоид принял вызов и нечаянно нажал на громкую связь.
– Грачёв! Ты где есть?
– Извините, Олег Николаевич, - пропищал он в трубку.
– У меня авария, но уже всё уладилось и я уже еду на работу.
– Давай быстрее! Туалеты сами себя не почистят!
– Да, конечно.
Вау, вот это поворот!
Окинув нас всех недовольным взглядом, он сел за руль и уехал.
– Тёмыч спасибо!
– поблагодарил я друга.
– Я бы не справился один.
– Рассказывай, давай, что у тебя стряслось тут.
Я в двух словах рассказал ему про вазу, про деньги, про вторую вазу и про Вику, что он слушал охотнее всего. Потом он посоветовал мне рассказать правду родителям, про вазу то бишь, и пообещал довезти Вику до дома. А вот признаваться Ивлеву, что он отец его будущего внука, он, как сам сказал, не собирается. Смерти все боятся. Зато подбодрил, пообещав постараться уговорить Вику. И на том спасибо!
Когда они уехали, я подобрал коробку и, надеясь, что пенопласт вновь спас вазу, стал откупоривать её. Увы. Внутри были лишь осколки. Тогда я взял её и пошёл домой. Добираться пришлось своими силами и деньгами. Вновь я проехался на лифте, зашёл в дом, а в этот момент позвонила мама. Тогда я решил всё ей рассказать.
– Мам, я должен...
– Не волнуйся, нам Тёмка всё уже рассказал. Как ты спас девушку, пожертвовав моей вазой. И про то, как ты на фотошопе подделывал фотографию целой вазы. Я хочу сказать, что ты поступил правильно и не должен был скрывать от меня этого. Такие истории можно рассказывать внукам.
– Ты, правда, не обижаешься?
– удивлённо спросил я, одновременно думая, откуда у Тёмыча номер моих родителей.
– Нет, я хвалю тебя. Кстати, отец тоже хочет что-то сказать.
В трубке повисла пауза, затем послышался папин голос.
– Макс, я горжусь тобой. Без шуток и баловства, я, правда, тобой горжусь. Ты спас человека, буквально пожертвовав чем-то своим, дорогим тебе. Знай, теперь я буду смотреть на тебя иначе...
К тому же ты разбил эту вонючую вазу, которая бы позорила наш дом!– ... дай сюда... Ало, Макс, не слушай его. Если тебе не сложно, склей вазу, так тоже сойдёт. Она будет стоять на нашей тумбочке и напоминать, что в нашей семье есть герой.
– Ну, ладно уже тебе. Всё, давай, мне некогда...
– я офигел, взглянув на часы.
– Куда ты там торопишься?
– спросила мама.
– На свидание...
– отшутился я и сбросил трубку.
Как бы мне не опоздать!
В игре всё изменилось. Дворец жгли. Хотя он и не горел, как в реале, но выглядело довольно эффектно. Огромную статую Дрегонда крушили на мелкие камешки. Народ суетился, вокруг царило настоящее оживление. Цены в магазинах слетели, торговцев спононсировали кандидаты на должность нового барона.
Меня власть вообще не интересовала. Сейчас главное выполнить свою миссию. Немного побегав по городу я собрал своих балбесов и сказал, что всё готово, и мы можем отправляться в лес договариваться с богиней о битве. Был среди них и Герин. Он лукаво улыбался мне, изредка напоминая сегодняшние приключения в реале.
Мы всей группой вышли в лес, я руководил продвижением отряда, так как единственный знал, где находится этот алтарь. На той поляне было так же тихо, как и тогда. Только на этот раз в темноте я заметил, что камень слегка подсвечивается зелёным. Парни и девушки разбрелись по окрестностям, отыскивая лут, но так и ничего нормального не нашли. Максимум повыдёргивали все стрелы, выпущенные мной тогда.
Я всё это время занимался алтарём. Нужно было вновь как-то запустить его, разбудить богиню. Я пробовал класть на него труппы животных, но ничего не получалось.
– Фалт, ушатай чем-нибудь сюда, - попросил я лучника, указав на камень. Идеи у меня кончились, злость накопилась, поэтому я решил попробовать и это.
Парень достал из-за спины молот и, размахнувшись, обрушил его на камень. Я думал, сейчас из него вылетит шарик и доскочит до верха, как в игре. Но алтарь просто загорелся пламенно- красным светом, и прозвучал голос богини.
– Аргх! Кто хочет умереть?
– рассвирепела Сейра.
– Одна больно наглая богиня, - ответил ей Фалт, кладя молот за спину.
– Я пришёл вызвать тебя на бой, богиня зла Сейра!
– сказал я, пытаясь пародировать персонажей фэнтези книг. Сейчас, чтобы добиться от неё облегчённой битвы, нужно, чтобы она восприняла меня всерьёз.
– Кто ты такой, чтобы дерзить мне? А! Ты же тот человек, который с ещё одним человеком убили моего хранителя.
– Да, это я. Рад, что ты помнишь меня. Однако, к делу. Ты согласна вступить со мной в бой?
– Конечно! Я разорву тебя и твоих людей! Я уничтожу вас!
– Отлично! Тогда я вступлю в бой с неравными по количеству противниками, а потом одержу победу моя слава возрастёт!
– О чём это ты?
– прохрипел алтарь.
– Я имею ввиду, что сил моих не так много. А у тебя целая армия. Ты прослышь трусливой богиней, а я храбрым героем. И это мне на руку.
Сейра засмеялась.
– Так смешно наблюдать за вами, когда вы пытаетесь уговорить меня сражаться с неполными войсками! Ты даже не представляешь, как это смешно!