Гримуар
Шрифт:
Йошка с поклоном принял подарок.
— Ты был самым способным учеником, Йозеф, которого мне когда-либо посылал Господь, — неожиданно мягким тоном сказал Платон Пражский. — Возьми эти бумаги. Это рекомендательное письмо к нашему королю Рудольфу II. Отдай ему это письмо и расскажи, но только наедине, что тут произошло. В сем письме я рекомендовал тебя на мое место. Теперь ты — главный королевский библиотекарь.
— Учитель, не покидайте нас, — взмолился Йошка. — Не надо мне этого места. Останьтесь.
— Не могу, — мягко ответствовал пан Платон. — Надо закончить начатое. А ты теперь возглавляешь новых Преторианцев. Теперь твоей задачей является вновь найти и сберечь Книгу. Ну, все, прощай.
Учитель
— Желаю вам много славных деток!
Молодые люди смущенно заулыбались, а Преторианцы доброжелательно засмеялись. Платон Пражский махнул на прощание рукою и отворил дверь. Ослепительный свет залил всю площадь. Даже спустя много лет очевидцы того удивительного события четко и ясно вспоминали этот свет, а также помнили то ощущение теплоты и счастья, которое посетило их в ту минуту. Пан Платон переступил порог и исчез за дверью. Исчезла следом за ним и сама дверь, вместе со ступеньками. Пропала, словно растаяла в воздухе.
Люди, постояв еще некоторое время, стали потихоньку расходиться, оживленно переговариваясь между собой и обсуждая необычайные события, которыми они стали свидетелями. Следом за ними потянулись и Преторианцы. Последним с площади ушел Йошка. Он вернулся на постоялый двор, где в одиночестве отужинал и сразу же ушел в комнату спать. На душе у него было тяжело от разлуки с учителем, к которому он успел прикипеть всем сердцем.
Утро застало юношу собирающимся в дорогу. Все Преторианцы, за исключением Катаринки, пришли провожать Йошку. Юноша вышел из постоялого двора, пожал поочередно всем Преторианцам руки и легко взобрался на ослика.
— До встречи, друзья, — сказал он им на прощание. — Мы обязательно еще увидимся. Нам столько предстоит сделать. До свидания.
Ослик медленно тронулся по дороге, ведущей через мост, мимо запруды и мельницы, к заставе, столь ветхой, что казалось, будто она вот-вот развалится. У заставы на небольшом узелке сидела прекрасная Катаринка. Увидев подъезжающего Йошку, она вскочила с узла.
— Садись, — освободил ей место юноша, слезая с ослика.
Девушка отрицательно покачала головой. Она водрузила на спину животного узелок, и молодые люди неторопливо направились в сторону Праги.
Читателю будет интересно, что по приезде в Злату Прагу Йошка немедленно отправился к королю Рудольфу II, который тотчас принял его. Более трех часов длился удивительнейший рассказ бывшего ученика королевского следователя пана Платона Пражского. После окончания рассказа Йошка с низким поклоном подал письмо, в котором рекомендовался бывшим библиотекарем на место в королевской библиотеке. Место сие король немедленно ему предоставил. А на следующий день Йошка и Катаринка сыграли свадьбу. На свадьбе той гуляли и аптекарь Ванек, и трактирщик Паливец с женою Анной, и мельник Франтишек Непомуцкий с молодой женой, у которой были удивительного зеленого цвета волосы, и пан Игнат, и пивовар Жбанек. Даже Рудольф II прислал поздравление и подарки. Все семеро Преторианцев на следующий день были представлены ко двору.
В 1612 году чешский король Рудольф II скончался. Для Преторианцев наступили трудные времена, и все они во главе со своим духовным лидером паном Йошкой переехали в Лондон. И тогда Преторианство на земле вновь возродилось.
ГЛОССАРИЙ
Книги созданы с помощью «алхимии слова». Писатель, подобно оккультисту, трудится над первичной материей — Словом. Материя эта от него ускользает, и писателю постоянно необходимо
определять свое положение по отношению к ней, отношение посредством чувства. Писатель, как и алхимик, работает над самим собой, ищет и находит опору в вымысле, которым он оперирует. Стало быть, писатель проходит все стадии оккультизма.«Aurea Catena». Настольная книга алхимиков XVI века.
Алкагест. Мифический универсальный растворитель, впервые упомянутый Парацельсом в трактате «О членах человеческого тела» и «О природе вещей». Иначе алкагест алхимики называли «адской водой». Многие ломали голову, что же это за вещество, помогающее алхимику в Великом Делании. На самом деле оказалось, что алкагест есть анаграмма «Alles Lugen ist» («Все это ложь»).
Алхимическая символика: Соль-Сатурн-черный-тело-куб, сера-Марс-желтый-душа-факел, ртуть-Меркурий-белый-дух-мешок. Лебедь же являлся символом противопоставления и противоречия. Еще Аристотель заметил, что лебедь — птица, способная сражаться с себе подобными. Пеликан согласно тем же верованиям вскармливает птенцов собственной кровью. Символы часто являлись зашифрованными этапами трансмутации металлов. Ученый и маг Раймонд Луллий для мнемонического запоминания и сохранения целого комплекса идей и процессов в одном компактном рисунке написал трактат «Art Memoria» («Искусство памяти»).
Арабские мудрецы. Во времена раннего Средневековья, когда Европа погрузилась во мрак, основным источником мировой мудрости стал Арабский Восток. Арабские мудрецы вобрали в себя всю мудрость древних греков и римлян, добавив в нее собственные познания и философские воззрения. В частности, арабы упоминают некую книгу «Liter M», которая якобы заключает в себе все тайны Вселенной. Кроме этой книги, существовала еще и магическая энциклопедия «Китаб-аль-Фихрист» от 988 года. Затем эти сведения были переведены на латынь и стали достоянием европейского сообщества.
Аристотель. В книге «О возникновении и уничтожении» Аристотель впервые упоминает о Prima Materia, Первоматерии, которая находится всюду. «Она всегда остается одним и тем же».
Атлантида. Платон в «Критии» пишет об Атлантиде как о символе истока всех знаний, в том числе и магических.
Бес. Фразу «Бог чаще бьет тех, кого любит» колдуны относят к бесу. Считалось, что бес, принимая облик человека, не в силах подделать зад, а потому у него вместо ягодиц получалось второе лицо. Отсюда возникло правило во время черной мессы целовать председателя собрания в зад. Святой Дунстан, архиепископ Кентерберийский, живший в X веке, сумел вызвать беса, прищемил ему нос раскаленными докрасна клещами и отпустил лишь после того, как нос вытянулся на целый фут. Всех, кто принял дьявольское крещение, бес заносил в «Черную книгу», именуемую также «Книгой смерти».
Божественный Глагол. В Ветхом Завете («Бытие») Господь велит «Быть» свету, живым существам и всему остальному, и они начинают быть. Акт творения сводится к Слову и как бы не принимает во внимание Время. Главный вопрос, которым мучились алхимики-теоретики: каким образом Божественный Глагол, это осуществляет? Впервые Божественный Глагол в его нынешнем понятии приводится в книге «Утраченное слово», автором которой является Бернар Тревизан (из Тревиза) (1406–1490).