Гримуар Геймера
Шрифт:
Прежде чем я успеваю сказать «нет», Куратор-подставщик прикладывает обе ладони с двух сторон от входа, и невидимая дверь перестаёт существовать. Кутнюк поднимает голову и смотрит на нас.
— Ах ты, чёртов ЗОС! — Она вскакивает с кровати и несётся на меня, точно бешеный суслик по полю.
С бустером силы я без труда могу отправить её из Междумирья в Подмирье или что там внизу. Но я стою неподвижно и наблюдаю, как Кутнюк преодолевает комнату и отвешивает мне пощёчину. Комары кусают больнее. Но она добавляет ещё раз, и щека загорается адским пламенем. Джейкоб выставляет между нами
— Анна, ведите себя подобающе! — отчитывает её Куратор. — Не раз и не два обговаривали это на собраниях. Так вы лишь уменьшаете свои шансы.
— Шансы на что? — спрашиваю я, потирая щёку. Вот же сучка.
— На возвращение, — отвечает Джейкоб.
Разговор принимает серьёзный оборот, поэтому мы переходим в холл и усаживаемся на два стула через один. Кутнюк пришлось вернуться в своё обиталище. Это серьёзный мужской разговор.
— Итак, — первым начинаю я, — теперь мне становятся ясны ваши мотивы. Вы хотите, чтобы я вернул Первородных в законно принадлежащие им тела. А что случится с Пробудившимися?
Джейкоб изображает взрыв воздушного шарика.
— Они просто исчезнут. Или заснут. Разницы никакой. Их выход на сцену — один шанс из миллиона.
— То есть, здесь они не окажутся?
— Нет. В Междумирье существуют только Первородные, я же сказал.
— Что вообще такое Междумирье?
Джейкоб поглаживает гладко выбритый подбородок.
— Спрятанная лакуна Гримуара. Текст между строк.
— Очень метафорично и ни хрена не ясно, — ворчу я.
— Включи воображение и станет проще.
— Спасибо за совет. — Я внимательно оглядываю холл. Щупаю оплётку стульев, вдыхаю поглубже воздух с лёгким запахом свежего дерева. — Всё выглядит реалистично.
— Как и Вариации будущего, — поясняет Джейкоб. — Только здесь доступен мод реконструкции. Комнаты, в которых обитают Первородные, созданы с помощью него. Как и сам небоскрёб. Голое Междумирье — лишь пустошь от горизонта до горизонта.
— Отличный мод, — замечаю я. — Почему у меня его нет?
Джейкоб улыбается.
— У тебя много чего нет. На поверхности доступен базовый набор. Но на пятом уровне вам придётся спуститься в Бездну. Вот там…
— Из которой никто не возвращался, — перебиваю его я. — Значит, прок от этих модов там — что пердёж в лужу.
Куратор хмурится.
— Ладно, — говорю я. — А что насчёт деревни, где я пересидел преследование Красного монстра? Её тоже реконструировали?
— Да, — кивает Джейкоб. — Люди, которых ты видел — Старейшины. Они способны действовать вне Междумирья, но лишь короткое время. В тот раз они использовали два мода: «Реконструкцию» и «Временную лакуну». Одного Старейшина мы потеряли. Появился Чистильщик.
— Что он вообще такое?
— Мы не знаем. Определённо, он как-то связан с создателями Гримуара.
Внезапно до меня доходят масштабы.
— Стопэ. Целый небоскрёб Первородных… Сколько Геймеров было до меня?
— Немало, — признаётся Джейкоб. — Начиная со Средних веков и до ваших дней.
— Это шутка? — Я понимаю, что нет. Без всякого мода в памяти тут же всплывают образы людей в деревне. — То есть, понятие «геймер» зародилось в Средневековье?
Не знал.— Гримуар только отражает текущую реальность, — терпеливо разжёвывает Куратор. — От колдовских обрядов и заклятий до игровых интерфейсов. Маги, Геймеры, Боги — названия условны. Лишь сам Гримуар сохраняет первозданный вид книги.
— И кто же его создал?
Джейкоб пожимает плечами.
— Я бы многое отдал за ответ. Сторонники радикальной версии считают, что постлюди из далёкого будущего, но я с ними не согласен. Мне кажется, ответы надо искать в прошлом.
— Для путешествия в далёкое прошлое есть отдельный мод?
— Не исключено. Все ответы — в Бездне.
Он смотрит на наручные часы. Забавно, что бессмертные тоже следят за временем. Или смертные?
— Вы можете умереть? — спрашиваю я.
— В Междумирье — нет. Только снаружи. От дыма Чистильщика.
— А в Бездне?
— Туда мы неспособны спуститься. Лифт не поедет, нижний этаж только для Геймеров. — Посчитав лекцию полноценной, Куратор встаёт. — Ты ещё не собирал команду?
— В процессе, — отвечаю я и тоже встаю.
— Попытайся спасти как можно больше обитателей до перехода в Бездну. — Джейкоб указывает в сторону коридора. — Если ты не желаешь обречь их на вечное заточение в случае провала.
— И что я должен делать?
Джейкоб достаёт из внутреннего кармана смокинга сложенный лист жёлтой бумаги.
— Назовём эти персональные фразы заклинаниями, — говорит он, вручая мне лист. — Для каждого из восьми Первородных. Бумага просуществует в реале около суток. Можешь запомнить, но лучше не затягивай. Твоя задача — лично произнести заклинание вслух в присутствии человека. Ни больше, ни меньше.
— И кого я получу в итоге? — спрашиваю я. — Восемь опасных противников? Или пациентов психушки?
— Нет. На поверхности они не станут подвергать тебя риску. До ухода команды в Бездну от ваших действий зависят жизни всех открытых персонажей, как тебе известно.
— А потом?
— А потом на кону только жизни Геймеров. Насколько я знаю.
Вот это поворот. Выходит, команда — это не кучка супергероев, призванных спасти сотни жизней, а отряд самоубийц. Я стою молча, пытаясь сформулировать очередной вопрос, но Джейкоб любезно указывает на лифт. Будто хозяин, которому осточертел засидевшийся гость. Я подчиняюсь. Мы спускаемся с верхнего этажа небоскрёба.
— Почему все сидят по норам? — спрашиваю я.
— Для слаженной и бесперебойной работы модов реконструкции, — отвечает Куратор. — Необходимо равномерное распределение и присутствие внутри объекта. Общие собрания и вылазки во внешний мир — кратковременные исключения.
— Остальные люди видят вас на поверхности?
— Только Геймеры в игровом режиме заданий. Храм Переходов вам открывается лишь на пятом уровне. — Мы покидаем небоскрёб и шагаем к пресловутому Храму. — Но в Вариациях Первородные полноценно реальны. Поэтому я не понравился твоей жене.
Взгляд цепляется за крохотную точку на горизонте. Не заметил её в первый раз.
— А там что? — спрашиваю Куратора, указывая рукой направление.
— Ничего особенного, — уклончиво отвечает он. — Кое-какая хоз постройка.