Чтение онлайн

– Не трудись. Тебе не удастся ни позвать доктора, ни позвонить твоей подружке.

Гас с трудом дотянулся до ночного столика и взял телефонную трубку. Телефон молчал. Провод был перерезан. Гас бросил на жену удивленный взгляд:

– Боже мой!.. Что ты наделала?

– Мы уйдем вместе. Гас. На второй медовый месяц.

Только мы вдвоем. И останемся вместе навсегда...

– Что это, Нина? Что ты подсыпала?

– Стрихнин. Из запасов, хранящихся у тебя в псарне. Яд, убивающий мелких грызунов.., и мерзких подружек. Какая она, Гас? Какая она, твоя очаровательная индианка?

– Господи! Нам надо

добраться до больницы!
– Он заставил себя встать и попытался поднять Нину, но у него не хватило сил. Гас снова опустился на колени рядом с ней. Его била дрожь.

– О Гас...
– У Нины снова начались судороги.

Он убеждал себя не паниковать. Ближайший телефонный аппарат находился в конце коридора, в его спальне. Необходимо добраться до него. Но ложка... ведь нужно прижимать ложкой ее язык. Он попробовал поволочь Нину за собой, но она снова начала дико извиваться и стонать, потом в изнеможении откинулась на спину. Ошеломленный Гас смотрел на нее, не зная, что делать.

Значит, Сет все-таки сообщил матери. Она узнала о Джуно! Нина открыла глаза.

– На моем ночном столике, - пробормотала она, тяжело дыша, - есть бумага. Напиши что-нибудь, дорогой. Что-нибудь возвышенное... Пусть весь мир узнает...
– Она пристально взглянула на него.
– Как сильно ты меня любишь.

– Необходимо вызвать врача, пока не поздно.
– Гаса вновь охватила паника. Мышцы у него свело, а комната вдруг озарилась ярким светом.

Когда Гас пришел в себя, его голова покоилась на коленях у жены. Она гладила его волосы.

– Скоро, - бормотала она.
– Скоро все кончится.

Видишь, дорогой.., слишком поздно. Но не для нас.
– Нина вложила в его руку блокнот.
– Я знаю, что ты всегда любил только меня. Она для тебя ничего не значила. Напиши об этом.., напиши что-нибудь хорошее... напиши...
– У нее снова начались судороги.

Поняв, что все кончено, Гас испытал облегчение. Дальнейшая жизнь с Ниной была невозможна, но он никогда не думал о том, чтобы умереть вместе с ней. Ведь именно она всегда принимала решения за них обоих.

Гас взял ручку и начал писать.

Глава 34

Стоя у, дверей особняка Нины Каррутерс, Сет Пратт слышал стихающий вой сирены. Машина "скорой помощи" увозила в больницу его мать и отчима. Врачи уже констатировали смерть Нины, хотя и сделали все возможное, чтобы вернуть ее к жизни.

А вот Гас был еще жив, и врачи обещали Сету приложить все силы, чтобы спасти его. Однако молодой человек надеялся всей душой, что это им не удастся, ибо в случае смерти отчима рассчитывал унаследовать состояние матери. Кэми едва ли станет претендовать на многое, поскольку давно порвала с Ниной. Сету досталась бы большая, часть состояния, даже если отчим выжил бы. Но зачем Гасу жить? И почему он вообще должен что-то получить?

Из дома вышли полицейские, и лейтенант Капуто направился к Сету:

– Мы закончили, мистер Пратт. Нашли записку о самоубийстве. Взяли у вас показания. Кое-какие вопросы еще есть, но решим их в следующий раз. Он заглянул в записную книжку.
– В случае чего мы сможем Связаться с вами по одному из этих телефонов?

– Да.

– Примите наши соболезнования.

Когда полицейские уехали, Сет вернулся домой и налил себе виски. Его все еще трясло. Он приехал в Лайдейл в десятом часу, надеясь выклянчить у Нины пять

тысяч долларов и расплатиться с Дунканом, поставщиком наркотиков. Тот не желал больше ждать, а с ним шутки плохи.

Обнаружив, что в доме никого нет, Сет удивился.

Неужели Хеннингса и всех слуг отпустили? Поднявшись в апартаменты Нины, он нашел мать и отчима распростертыми на полу и обнаженными: Испугавшись, Сет позвонил в полицию.

Он осушил один за другим два, стакана виски, принял дозу кокаина и снова поднялся в апартаменты матери. Ему не верилось, что она умерла. В комнате пахло духами Нины и ощущалось ее присутствие. Неожиданно для него самого Сета пронзило острое чувство утраты. Зарывшись лицом в платье матери, он заплакал. Теперь ему не на кого было рассчитывать, ибо ее не стало.

Впрочем, довольно скоро Сет овладел собой и вспомнил про сейф в кабинете. Однако комбинации цифр он не знал. Мать наверняка где-нибудь записала цифры, не полагаясь на свою память, ухудшавшуюся с каждым днем.

Ничего не найдя в ящиках стола, Сет огляделся и увидел на ночном столике записную книжку. В ней он и обнаружил под буквой "с" (сейф) комбинацию R3L 10R6.

В сейфе хранились бриллиантовый браслет, серьги и кольца с крупными драгоценными камнями. Увы, наличных здесь не было, но, продав все это, он выручит сумму, достаточную, чтобы расплатиться с Дунканом и продержаться до того времени, как решится вопрос о наследстве.

Правда, Дункан требовал наличных к полуночи.

Сет рассовал драгоценности по карманам, закрыл сейф, обыскал ящики в гардеробной и ванной, порылся во всех сумках Нины, но нашел всего сто тридцать долларов, немного швейцарских франков и кучу мелочи.

Около одиннадцати Сет направился в комнаты Гаса, где поживился еще пятьюстами долларов. Средний ящик антикварного письменного стола в кабинете отчима оказался заперт, но Сет открыл его ножом и очень обрадовался, увидев чековую книжку. На ней было более двенадцати тысяч долларов. Сет выписал чек на пять тысяч для Дункана, на семь для себя, датировал оба позавчерашним числом и подделал подпись Гаса. Поняв, что на время избежал финансового краха, он с облегчением вздохнул и улыбнулся.

Сунув чековую книжку в ящик. Сет вдруг заметил конверт со штампом первого сберегательного банка, адресованный Густаву Палленбергу. На конверте отчим написал имя Джуно.

***

– Где это слыхано?
– возмущалась Лидия. Она пребывала в самом отвратительном настроении, ибо неделя выдалась скверная: Форест сломал руку; Джон Консолвинг сообщил, что возвращается к жене; Бернар задержался в Калифорнии еще на неделю.
– Мы тратим астрономические суммы на заработную плату! Черт возьми, ведь они всего-навсего рабочие на кухне!

– Они состоят в профсоюзе, Лидия. Мы уже несколько недель пытаемся урегулировать этот вопрос. Этот коллективный договор весьма любопытен. Зайди как-нибудь на переговоры и уясни для себя ситуацию.

– Джуно, я сыта по горло твоими насмешками.

Зазвонил телефон, и Лидия сняла трубку.

Раздраженная Джуно рылась в бухгалтерских ведомостях, поэтому не сразу обратила внимание на странные восклицания Лидии. "О нет!
– услышала она. Только не это! Не может быть!" - последовало зловещее молчание.
– Пропади все пропадом!
– снова воскликнула та и бросила трубку. Она была мрачнее тучи.