Чтение онлайн

— Кто бы сомневался, что этот напыщенный индюк не пропустит это мероприятие, — произнёс Дрэйк тихо, в его голосе чувствовалась скрытая язвительность.

— Не обращай на него внимания, и я тоже не буду, — быстро ответила я, стараясь вложить в слова больше лёгкости, чем чувствовала.

Дрэйк бросил на меня короткий взгляд, будто оценивая, насколько это действительно так, а затем слегка пожал плечами.

— Как скажешь, — произнёс он, но его взгляд всё же задержался на Дэвиде чуть дольше, чем мне бы хотелось.

Я снова сосредоточилась на зале, стараясь

убедить себя, что эта встреча ничего для меня не значит. Люди продолжали смотреть на нас, обмениваться короткими взглядами и шептаться, но я не позволяла себе опускать голову. Дрэйк крепко придерживал мою руку, как будто этим простым жестом показывая, что мне нечего бояться.

Но даже этот железный щит его уверенности не смог полностью защитить меня от того, что я чувствовала. Дэвид продолжал смотреть, его взгляд следовал за каждым моим шагом, словно он ожидал, что я вот-вот оступлюсь.

Внезапно на небольшой сцене, расположенной у одной из стен зала, появился презентабельный мужчина. В руках он держал микрофон, а его осанка и уверенная улыбка сразу привлекли внимание гостей.

— Дамы и господа, прошу вашего внимания!

Разговоры стихли, и все повернулись к сцене. Я почувствовала, как напряжение в зале сменяется ожиданием.

— Благодарю вас за то, что нашли время и возможность присоединиться к нам этим вечером, в этот особенный праздничный день, — продолжил мужчина, и его слова сопровождались уверенным движением рук. — Сегодняшний вечер посвящён не просто благотворительности, но конкретной цели: собрать средства на финансирование одного из детских домов нашего города.

Он на мгновение остановился, обведя зал взглядом.

— Рождество — это время дарить. И не только своим близким, но и тем, кто особенно нуждается в нашей поддержке. Сегодня каждый из нас может стать частью чуда, которое изменит чью-то жизнь.

По залу прокатился одобрительный шёпот, но в основном все молчали, внимательно слушая.

— Сегодня вы все станете участниками благотворительного аукциона. Мы представим вам особенные лоты — поделки, которые воспитанники детского дома создали своими руками.

Мужчина сделал небольшую паузу, позволяя этим словам утонуть в тишине.

— Все собранные средства пойдут на обновление их помещения, покупку новых учебных материалов и, конечно же, на новогодние подарки этим замечательным детям.

Я ощутила, как мои губы сами собой чуть дрогнули в улыбке. Такие моменты напоминали, что даже в окружении роскоши можно найти что-то действительно светлое и доброе.

— А теперь, друзья, — добавил он, — я приглашаю всех нас поучаствовать в торгах. Давайте сделаем этот вечер не только красивым, но и полезным!

Гости зааплодировали, а мужчина с улыбкой отступил чуть в сторону, давая место организаторам, которые начали выносить на сцену первые лоты.

Все предметы были необычными, наполненными детской непосредственностью. Абстрактные картины с яркими мазками, деревянные фигурки: слоны, собаки и даже странного вида «дракон», который вызвал улыбки у зрителей, бижутерия из ярких пластиковых бусин и пуговиц, выполненная руками

самых маленьких.

Зал наполнился приглушёнными обсуждениями, оживлённым шёпотом и лёгкими аплодисментами после каждого нового взмаха молотка ведущего аукциона.

Я сидела рядом с Дрэйком, с интересом наблюдая за происходящим. Когда же на сцену вынесли следующую картину, моё дыхание на мгновение замерло.

На холсте было изображено ромашковое поле. Простые, но такие живые белые цветы будто тянулись к солнцу, сияющему на чисто-голубом небе.

— Как красиво, — прошептала я, сама не замечая, как мои губы дрогнули в улыбке.

Дрэйк, уловив мой тихий вздох, тут же поднял табличку с номером.

— Три тысячи, — спокойно произнёс он, глядя прямо на сцену.

Ведущий кивнул, фиксируя ставку, но тут же поднялась другая рука.

— Пять, — послышался голос из глубины зала.

Я замерла, резко повернув голову.

Дэвид стоял в окружении своих компаньонов, а его спутница улыбалась, будто происходящее было её личной игрой.

— Шесть с половиной, — вновь произнёс Дрэйк, даже не повернув головы в сторону соперника. Его тон оставался ровным, но я почувствовала напряжение в каждом слове.

— Десять, — с лёгкой ухмылкой добавил Дэвид.

Мой пульс участился. Я не могла поверить, что Дэвид всерьёз решил вмешаться, да ещё и таким образом.

— Двенадцать тысяч, — твёрдо заявил Дрэйк, на этот раз не сводя взгляда с ведущего.

— Пятнадцать, — тут же бросил Дэвид.

Я почувствовала, как жар поднимается к щекам. Неужели они собираются сделать из этого поле боя?

— Тридцать тысяч, — голос Дрэйка был резким, как удар ножа.

Наступила короткая пауза, когда Дрэйк произнёс свою финальную ставку. Его голос был настолько холодным и уверенным, что я увидела, как Дэвид замер. Он понял, что игра закончена. Возможно, не в его пользу.

— Тридцать тысяч раз! — объявил ведущий, обводя зал взглядом. — Два!

Дэвид молчал, явно не собираясь делать новую ставку.

— Три! Продано за тридцать тысяч! — ударил молоток.

Аплодисменты раздались в зале, но я лишь судорожно вдохнула.

Дрэйк повернулся ко мне, на его губах играла лёгкая, едва заметная улыбка. Он протянул мне руку, мягко касаясь пальцами.

— Картина твоя, Агнес, — сказал он. Его голос был спокойным, но в нём читалась скрытая победа.

Я сжала его ладонь, не в силах найти слова, и только кивнула, смотря на картину, которую выносили со сцены, чтобы упаковать и потом передать её нам, но мысли были заняты совсем другим.

Даже тридцать тысяч долларов для Дэвида были ничтожно малой суммой. Он мог бы потратить их за одну ночь в каком-нибудь клубе или на очередной подарок своей спутнице. Эти торги для него не значили ничего. Он не собирался покупать эту картину. Её ценность будто бы заключалась в том, чтобы как можно сильнее испортить нам этот вечер.

Дэвид не хотел победить, он хотел нас измотать. Хотел показать, что всё ещё может вмешиваться в мою жизнь, вызывать у меня те самые реакции, которые он привык видеть раньше.