Чтение онлайн

— Но сейчас вы и сами целитель, я чую это.

— Сейчас да, — согласилась, мысленно давая себе подзатыльник. Что-то я разговорилась!

И с умным видом промолчала. Не буду же я говорить, что научилась пересаживать дар, да?

— И вы научились прививать своим целителям не только регенерацию, но и морфизм?

— Всё верно.

— А другие стихии? Пробовали?

— Нет, — покачала головой. — Целители в них не нуждаются. И я, честно скажу, не рискну. Активация спящего дара — пожалуйста, эта методика освоена. Да, будет больно и не мгновенно, но это реально. Однако, прививать боевые стихии пока не рискну.

—

Пока?

И тут я выложила свой козырь. Сколько можно уже?

— Я беременна, — сообщила присутствующим с очаровательной улыбкой. — И не берусь за то, в результате чего не уверена.

— О… Мои поздравления, — широко улыбнулся император. — Отрадно слышать, что в столь замечательной семье совсем скоро случится прибавление. Уже знаете, кто будет?

— Нет, — качнула я головой, краем глаза замечая на себе чересчур пытливый взгляд цесаревича, но запрещая себе думать лишнее. Я вообще-то замужем! — Срок ещё не столь велик.

— Как бы то ни было, поздравляю, — повторил Романов-старший. — Итак, основные моменты озвучены, Полина Дмитриевна. Решение, я так понимаю, за нами?

— Всё верно.

— Тогда, пожалуй, — он тонко усмехнулся, бросив косой взгляд на сына, — на правах главы семьи первым воспользуюсь оказией. Скажите, в какую цену обойдется мне процедура поглощения трех ядер регенерации прямо сейчас?

Вот он спросил!

Торопливо пораскинув мозгами и прекрасно помня, что мне эти ядра достались бесплатно, тем не менее откопала в недрах своей памяти среднюю рыночную цену, затем стоимость своей консультации… Рабочего часа как такового…

И озвучила:

— За проведенную диагностику пять тысяч. С каждого. За точечное вмешательство в организм Елизаветы Константиновны — десять тысяч. За три ядра регенерации — девяносто тысяч. За медицинское сопровождение процедуры — тридцать тысяч. Итого…

— Погодите-погодите, — бесцеремонно перебил меня Алексей. — А я?

— Если вы об активации спящего дара, то сегодня уже не получится, — качнула я головой. — Только завтра после обеда. Сама активация — пятьдесят тысяч.

Ну а чего мелочиться, правда? Всё-таки не рядовые граждане на прием пришли, да и услуга уникальная.

— Каждое последующее ядро с медицинским сопровождением — сорок тысяч.

Взглянула на императрицу и озвучила предложение персонально ей:

— Елизавета Константиновна, вас приму в любой другой день, если пожелаете. Цена та же. Цена первой процедуры — пятьдесят тысяч, каждой последующей — сорок, но вам для начала хватит и двух ядер. Можно больше, но с разрывом не менее чем в неделю.

— А морфизм? — снова влез нетерпеливый цесаревич, тут же заработав строгий взгляд от отца, но Алексею было не до него.

— Ядра ваши, работа моя. Простите, своими не поделюсь, слишком ценный ресурс. И только через неделю после работы с ядрами регенерации. Для вашего уровня хватит трех.

— Ясно, спасибо.

В итоге договорились, что с императором я работаю сейчас, цесаревич приедет ко мне завтра, а Елизавета Константиновна — послезавтра. Оленька тоже хотела намекнуть, что не прочь узнать, какие в ней есть спящие дары и активировать хотя бы один новый, но если наличие ветра, тумана и земли я скрывать не стала, то от принудительного пробуждения отказалась сразу. Личный уровень да и возраст слишком малы, чтобы перегружать себя неконтролируемыми дарами. Не раньше, когда

девушке исполнится восемнадцать, а уровень подрастет хотя бы до шестерки.

Ольга расстроилась, а вот её мать явно выдохнула напряжение, благодарно улыбнувшись мне поверх плеча дочери.

При этом все трое попросили поприсутствовать в момент процедуры принудительного вживления нового дара, но сомневаюсь, что увидели хоть что-то, ведь основные процессы происходили внутри императора, которого я для надежности усадила на стул с высокой спинкой и всё время, пока в его ладони растворялось ядро (банку мне принес Савелий по звонку), прижимала ладонь к обнаженной груди, которую мне предоставили, сняв пиджак и расстегнув рубашку.

Боже мой, я трогаю обнаженного императора!

Думала ли я об этом ещё три месяца назад? Нет, конечно!

А сейчас он мой пациент. С ума сойти!

При этом первое поглощение далось Александру достаточно мягко. Циркуляции он был обучен, но я всё равно проконтролировала, следя за тем, чтобы перламутр плавно перемешался с остальными стихиями, и искренне порадовалась тому, как ловко он со всем этим справился.

Не даром правит страной уже третий десяток лет!

Второе ядро тоже пошло хорошо, а вот после третьего император отчетливо вспотел, но мы всё равно довели дело до конца. И я вспомнила, что не сказала главное.

Вот черт!

— Всё прекрасно, у вас превосходно развитый дар и идеальное владение стихиями, — польстила я Романову-старшему. — Сейчас ваше тело заряжено дополнительной энергией сразу трех ядер и вы испытываете невероятный подъем сил. Рекомендую интенсивные физические, либо магические нагрузки, сейчас они пойдут только на пользу. Плюс активные медитативные практики каждый день в течение недели, но лучше дольше. Ну а как развивать дар, думаю, вы и сами знаете.

— Но вы можете подсказать, — хитро прищурился император, промокая вспотевший лоб платком, заботливо поданным императрицей.

— Знаете… вы застали меня в некоторый расплох, — призналась с легким смешком. — Если позволите, я пришлю вам методичку чуть позже, нужно собраться с мыслями.

— Конечно. Лучше на личную почту, — предложил Романов-старший и вручил мне визитку, где было всего два строки: адрес почты и номер телефона.

Однако!

После этого, уточнив итоговую сумму счета за этот визит, император невозмутимо поинтересовался, может ли он оплатить банковским переводом, на что я ответила утвердительно, и через десять секунд на мой счет капнула сумма в три моих прошлых зарплаты.

Ну, что сказать? Расту!

Помимо этого мы сразу договорились с Алексеем, что завтра я приму его так же — в два, императрица тоже после некоторых раздумий записалась уже на среду и тоже на два, ну а я в завершение всего этого набралась наглости и заявила:

— Ваше императорское величество, я могу надеяться, что моя помощь не станет достоянием общественности? Не поймите меня неправильно, я согласна помогать тем, кто в этом действительно нуждается, но не стану делать это из-за минутной прихоти какого-нибудь ленивого князя или легкомысленной баронессы. Мой рабочий день и так расписан по минутам и мой долг состоит прежде всего в оказании помощи нуждающимся. Бойцам, которые рискуют своими жизнями на передовой. Понимаете?