Графиня
Шрифт:
В итоге решили, что народу наберется от шестидесяти до сотни, окончательно смотреть будем ближе к дате.
Когда этот вопрос был решен, мы перешли к обсуждению места. Я хотела открытый павильон и торжество на улице, но это если погода не подведет. Стужев шутливо заверил, что персонально отгонит от Твери все тучи заранее, лишь бы ничто не испортило нам праздник.
А я подумала о разломах… Может и их все заранее ликвидировать? Эх, мечты-мечты…
В общем, договорились, что завтра я всех лечу, а Егор ищет нам место и распорядителя, который займется всем, чем обычно занимаются такие люди на свадьбах. Поиском нужного цвета пригласительных, составлением
Финансовую сторону вопроса он тоже берет на себя.
— Я говорила, что люблю тебя?
— М-м… Сегодня вечером точно нет.
— Люблю.
— Вечность бы слушал.
Увы, время неумолимо подбиралось к полуночи и совсем скоро я услышала стрекот вертолетных лопастей. Даже пошутила, что воякам пора строить тут полноценную вертолетную площадку для удобства, на что Стужев хмыкнул и «по секрету» сообщил:
— Да, я уже рекомендовал им подумать над этим. Всё-таки дорожное полотно и берег не предусмотрены для частых посадок вертолетов. Мы с Доком уже прикидывали, чуть дальше будущего госпиталя есть пустырь, там раньше была платная огороженная автостоянка, но сейчас заброшена. Не знаю, почему. Я подал мысль Ибрагимову, дальше пусть сами думают. Идем, глянем, кто прибыл.
Мы как раз успели спуститься вниз, встретив в холле и капитана Шапошникова, который тоже у нас прописался (бесплатно, непорядок!) и уже встречал сопровождающего, который летел с ранеными. Капитан Тамаридзе был типичным горцем с орлиным носом и горячим взглядом темно-карих глаз, но обо мне уже явно наслышан, потому что первым делом отдал честь и представился, затем вручил сопроводительные документы на бойцов и целителей и деловито поинтересовался, куда всех размещать.
— Да прямо сюда, — разрешила я щедро, показывая на холл рядом с собой. — Дальше мы сами.
При этом первыми бойцы сопровождения начали закатывать каталки, но где-то между пятой и шестой в особняк вошли два возрастных дядечки на вид лет шестидесяти. По ощущениям — под сотню. Оба невысокие, но крепкие, с ясными и очень умными глазами. Первый был до ужаса похож на Эйнштейна — особенно непокорными кудрями и усами цвета соль с перцем, звали его Вахтанг Лионидзе. Без отчества. Да, он сам попросил. Второй горец был ещё более седым, но лысым, зато с бородой. Звали его Давид Ратиев.
Оба были целителями первого уровня и сходу попросили звать их исключительно по именам. При этом меня уважительно называли «ваше сиятельство» и никак иначе, искренне поблагодарили за наличие обустроенной комнаты, попросили позаботиться об ужине для них и дали понять, что через полчаса будут готовы к операции. Ну или операциям, как пойдет.
А как пойдет?
Присмотревшись ко всем без исключения пострадавшим, которым не повезло зачищать мощную лавовую аномалию (все до единого были горелыми пирожками), я прикинула свои шансы не перенапрячься, и поняла, что они крайне низки. Придется действовать поэтапно.
И, пожалуй… Да, надо попробовать. Надо!
Но сначала проконсультируюсь с остальными.
Пока Док, как самый компанейский из нас, помогал разместиться приезжим аксакалам, Стужев, спустившийся вниз вместе со мной, изучал пострадавших откровенно мрачным взглядом. И я точно знаю, какие в этот момент его одолевали мысли.
Слишком много. Слишком много для меня одной…
Но разве я одна?
— Егор, — я сама шагнула к нему и привлекла внимание, первая обняв его за талию, — только
без паники. Моя главная задача — вскрыть. Остальным займутся специалисты. Клянусь, я буду себя беречь, мне есть ради чего жить.— Ты самая умная и проницательная Зараза, — мягко усмехнулся Стужев, обнимая меня в ответ. — Начинаю подумывать над тем, чтобы тебя переименовать.
— О, нет, не надо, — запротестовала со смехом. — Мне очень нравится мой позывной. Оставляет простор для действий. А ты шел бы спать, а? Обещаю, присоединиться максимум часа через два-три, не позже. Лучше хорошенько поработаем с утра, как все отдохнут. Кстати, поздравляю с единицей. Как насчет того, чтобы сделать тебя ультрой?
— Яд… — Егор поморщился, — не самая приятная стихия. Но ты права. Смотрю на этих бойцов, вспоминаю сегодняшний разлом и четко знаю — ты права. Не время быть слабым. Займемся сразу, как освободишься и отдохнёшь. И только под присмотром Дока. Хорошо?
— Как скажешь.
Я была само благоразумие, заодно подумав о том, что стоит приживить регенерацию и Стужеву. Почему нет? Он сильный маг. Опытный мульт. Он справится, уверена. Тем более регенерация сама по себе довольно мягкая способность, Док даже не пикнул.
А уж под моим присмотром и вовсе всё пройдет идеально!
Хм, а если… Сначала приживить регенерацию? Всем по очереди нашим ребятам, а? Это ведь будет настоящий прорыв! Даже если не научатся сходу использовать её сами, то мне будет намного проще их лечить, как в случае с Ярославом!
А ведь это идея, черт возьми! Гениальная идея!
И почему она не пришла мне в голову раньше?
Осталось только узнать, сколько у нас этих ядер всего, чтобы не прогадать. Да, это очень важно!
В итоге, когда мне удалось отозвать в сторонку Дока, в моей голове роилось столько интересных мыслей, что я вывалила их на Савелия одним махом. Он даже растерялся поначалу.
— Так, стоп. Полиночка, не так быстро. Про Егора понял, одобряю. Но не яд, ни в коем случае. Опасная штука, очень. А вот регенерация — это мысль. Отличная, скажу я вам, мысль. Свою я уже, можно сказать, почти освоил и даже кое-что опробовал, мне понравилось. По ядрам так сразу не скажу, но я себе запасец изначально оставлял сотни в две, надо глянуть, сколько осталось. На наших точно хватит. Идея великолепная, поддерживаю от и до. Но не с разбегу, постепенно. А вот насчет Вари не совсем понял. Вы уверены?
— Нет. Но надо попробовать. Если она действительно универсальный энергетический вампир, то может питаться в том числе крупицами той стихии, которая враждебна для пострадавших бойцов. Да, я понимаю, это чудовищный стресс для ребенка — увидеть покалеченного человека, но для неё самой это будет великолепная возможность осознать свою значимость. Понять, что она действительно сможет стать врачом и помогать людям. Понимаете? У нас восемь угольков, большая их часть — маги стали, воздуха, тумана, льда. Для них магма губительна. Сама я… Сами понимаете, мне перенапрягаться нельзя.
— Понимаю, — торопливо подтвердил Док. — А целители даже первого уровня одного такого зараженного будут чистить часов пять-шесть, не меньше, этот момент мы уже обсудили. Что ж… Это бесчеловечно, но… Поговорим об этом с девочкой завтра. С самого утра. Хорошо? И с ней, и с её отцом. Он должен понимать, куда мы втягиваем его ребенка. Только так.
Поморщившись, тем не менее кивнула. Да, только так. Было бы Варе хотя бы шестнадцать, можно было бы взять на себя хотя бы часть ответственности. Но девочке всего девять, совсем малышка.