Говорящие часы
Шрифт:
— Ник Бос знает.
— Но не скажет!
— Я считаю, он и сделал это, — заявил Сэм.
— Что? Украл часы и вернул обратно? Тот, кто это сделал, тот и убил Корниша… Нет, не может он быть бродягой из Миннесоты!
— Почему? Ник в прекрасной форме. Он вовсе не такой паинька, каким прикидывается. И на него работает банда гангстеров.
— Может, один из них… А еще это мог сделать Джим Партридж или кто-то из его подручных. Или даже Эрик Квизенберри. Мисс Раск добралась до Миннесоты на машине… А если он не поехал на поезде, а полетел на самолете? Тогда он
— Но он же отец Тома!
— В жизни всякое бывает! Отцы убивают сыновей, и наоборот. За суммы меньшие семидесяти пяти тысяч. К слову сказать, я даже не знаю, не отлучался ли Джо Корниш на той неделе из поместья на пару деньков. И вряд ли удастся это выяснить.
— Ну и что?
— Впрочем, будь Корниш жив, из него получился бы никудышный свидетель… Может, именно его послала в Миннесоту Бонита? А вчера прикончила, чтобы все досталось ей…
На столике зазвонил внутренний телефон. Джонни взял трубку, беззаботно произнес:
— Алло!
— К вам мисс Раск, мистер Флетчер, — сказал оператор.
— Пусть поднимется! — Положив трубку, он сказал Сэму Крэггу: — Мисс Раск! С каждой минутой дело начинает становиться все интереснее.
Глава 20
В дверь постучали. Джонни встретил Дайану Раск, смущенную, с испуганными глазами, со свертком, завернутым в коричневую бумагу и перевязанным прочным шпагатом.
Она поставила свою ношу на столик.
— Здравствуйте, мисс Раск! — сказал Джонни. — Садитесь, пожалуйста!
— Я на минуту. — Она покачала головой. — Забежала… поговорить с вами и поблагодарить за то, что избавили меня от допроса, как говорится, при всем честном народе.
Джонни сделал неопределенный жест рукой, ожидая продолжения, и перевел взгляд на сверток.
Сначала она прикусила губу, потом вздохнула:
— У мистера Квизенберри неприятности. Полиция… кажется, подозревает его в…
— В убийстве Джо Корниша? — прервал ее Джонни. — Вполне естественно. Но его ведь не арестовали. И не арестуют… еще какое-то время.
— Нет-нет, но вчера вечером его очень долго допрашивали, и сегодня утром снова… Мама беспокоится.
— Понимаю. — Джонни задумался. — Нелегко ей сейчас! — Он взглянул на сверток, и тут она решилась:
— Вы произвели большое впечатление на маму. Она говорит, вы единственный догадались… насчет нас с Томом. И потом, позавчера она видела вас — вы продавали книги. Она считает, что вы прирожденный коммерсант… И поскольку у нас нет денег, чтобы помочь мистеру Квизенберри, маме пришло в голову… — Дайана прикоснулась к свертку. — Мистер Квизенберри отдал мне «Говорящие часы». Сказал — они мои. Вот мы с мамой и подумали — раз тот человек, мистер Бос…
— Хотите продать часы ему? — Джонни поморщился. Вот глупышка! Сначала постаралась вызвать сострадание, затем польстила… — Вы, стало быть, хотите, чтобы я — именно я — продал эти часы? Для вас?
Она кивнула.
— Мистер Бос предлагал огромную сумму. Но мы не уверены, что он и в самом деле готов заплатить столько.
Джонни
подошел к столику:— Часы ваши. Хотите продать их — ваше дело. Ладно, наведаюсь к этому мистеру Босу вместе с вами. Подожди меня здесь, Сэм.
Джонни поймал такси. В машине Дайана Раск наконец созналась:
— Часы больше… не говорят…
Джонни не слишком удивился. Вору пришлось бы чересчур долго возиться с заменой пластинки, поэтому он вернул часы вообще без нее.
— Они сломались, — продолжала Дайана. — То есть не совсем… просто исчезла пластинка с записью. Это… имеет какое-то значение?
— Нет, что вы! — успокоил ее Джонни. — Никакой разницы. Новую пластинку можно купить за доллар… Который час? Вообще-то у меня есть часы, но сейчас они в ломбарде в городе Денвере. Это в штате Колорадо.
Она посмотрела на свои наручные часы:
— Без десяти двенадцать.
— Сбавь скорость, приятель! — сказал Джонни водителю. — Нам надо быть на месте после двенадцати. — Он подмигнул Дайане. — Ему придется ждать до часу. Только тогда он обнаружит, что часы не говорят. Впрочем, он раньше их слышал.
В две минуты первого они вошли в кабинет Николаса Боса.
— Я вернулся, — радостно сообщил Джонни девице в приемной. — Принес греку кое-что в виде дара.
— Существует высказывание, — сурово отозвалась девица, — что надо бояться греков, «дары приносящих». Минутку, проверю, не занят ли мистер Бос.
Он оказался не занят. При виде свертка его глаза просияли.
— Что у вас здесь? — Он был само нетерпение.
Джонни установил сверток на стол, взял ножницы и не спеша перерезал шпагат. Затем снял оберточную бумагу.
— Любуйтесь! — воскликнул он. — «Говорящие часы». Они ваши, мистер Николас Бос! Жемчужина любой коллекции — и всего за семьдесят пять тысяч долларов плюс десять тысяч.
Бос вздрогнул:
— Что вы иметь в виду? Семьдесят пять тысяча плюс… сколько?
— Плюс десять тысяч. Гонорар в виде премии, что вы мне обещали, если я найду часы. Так и быть, три сотни на расходы сбрасываю!
— Вы сумасшедший! — задыхаясь от гнева, выкрикнул Бос. — Вы не находить часы. Она не потерялась…
Джонни растянул рот в улыбке, но глаза у него метали молнии.
— Отказываетесь от своего слова, да? Очень хорошо… — Он принялся упаковывать часы в бумагу. Не торопясь, чтобы в любую секунду остановиться. Бос наблюдал за его действиями абсолютно спокойно. Джонни связал вместе два куска веревки. — Извините, что потревожили, — сказал он, — но мы пришли к вам первому, хотя у нас есть еще два предложения…
Николас Бос тихо рассмеялся:
— Сколько вы хотеть? Три тысяча доллар? Пять?
— Ха-ха! Все, должно быть, шутите… За эти старинные часы я выручу восемьдесят тысяч. В любой день, в любое время.
— В такой случай, мой друг, я не мешать! — усмехнулся Бос.
Джонни медленно обвязывал сверток веревкой. И тогда Дайана Раск не выдержала:
— Ваша цена, мистер Бос?
Джонни вздохнул. Кто ее просил? Ломает всю игру. Бос мечтает заполучить часы и заплатит за них. Обязательно!