Чтение онлайн

– Джейс, что ты задумал?

– Помнишь рассказ о свадьбах нефилимов? Мы не обмениваемся кольцами, мы помечаем друг друга Знаками любви и верности. – Джейс посмотрел на Клэри широко раскрытыми, доверчивыми глазами. – Я отмечу тебя, Клэри, и руна свяжет нас навсегда. Знак небольшой, но постоянный. Хочешь?

Клэри не спешила соглашаться или отказывать. Постоянный знак? В столь юном возрасте? Мать придет в ярость. Ну, раз никакие слова убедить Джейса не могут, так, может, руна верности его удовлетворит? Молча Клэри протянула Джейсу свое стило; принимая пишущий стержень, он нежно коснулся пальцами ее ладони. Холод крепчал, Клэри дрожала заметнее, все тело мерзло, за исключением руки,

за которую удерживал ее Джейс. Он бережно провел стило по коже и, не встретив сопротивления, нажал сильнее. Жар, исходящий от кончика стержня, замерзшая Клэри приняла почти с благодарностью. Она терпеливо следила, как Джейс выводит узор из прямых линий и острых углов.

Чутье забило тревогу: линии знака говорили отнюдь не о любви. Руна несла в себе нечто темное, подавляющее и порабощающее. В ней читались утрата и мрак. Неужто Джейс рисует не ту руну? Да нет, не мог он напутать… И все же странное онемение поползло к плечу, по нервам пробежал тревожный импульс. Голова закружилась, земля поплыла под ногами…

– Джейс, – высоким, испуганным голосом позвала Клэри. – Джейс, ты не ошибся?..

Он выпустил ее руку. Держа стило с уверенной небрежностью – как и оружие, – Джейс произнес:

– Прости, Клэри. Я и правда хочу привязать себя к тебе. Лгать о таком я не посмел бы.

Она открыла было рот, желая спросить, о чем он, – и тут ее заволокла тьма. Уже в падении Клэри ощутила, как Джейс ее ловит.

Проболтавшись, казалось, целую вечность среди гостей на ужасно скучной вечеринке, Магнус наконец отыскал Алека. Юноша сидел за столиком в углу, позади букета из искусственных белых роз, в компании забытых полупустых бокалов. Сам Алек выглядел точно таким же, забытым, потерянным. Положив подбородок на руки, он пялился в пустоту и не поднял взгляда, даже когда Магнус изящно присел рядом на поставленный задом наперед стул.

– Хочешь, вернемся в Вену? – спросил маг.

Алек, продолжая смотреть перед собой, не ответил.

– Или едем в другое место? Куда хочешь? В Таиланд? Южную Каролину? Бразилию? Перу? Ой нет, в Перу мне путь заказан, совсем забыл. Долгая история, но можем вместе над ней посмеяться.

Судя по выражению на лице Алека, смеяться он настроен не был. Юноша демонстративно отвернулся в сторону струнного квартета, притворяясь, будто зачарован музыкой.

Обделенный вниманием, Магнус для развлечения принялся менять цвета напитков: шампанское в одном бокале стало синим, в другом – розовым. Магнус почти закончил перекрашивать третий бокал, и тут Алек шлепнул его по руке:

– Прекрати. Люди смотрят.

Магнус посмотрел на руки: с кончиков пальцев срывались голубые искорки. Да, заметно. Сжав пальцы, он заметил:

– Надо же спасаться от тоски смертной. Ты вот со мной не разговариваешь.

– Правильно. В смысле, не разговариваю.

– О-о… Я предлагал вернуться в Вену или рвануть на Таиланд, на Луну, а ты не соизволил удостоить меня хоть каким-нибудь ответом.

– Я сам не знаю, чего хочу.

Понурив голову, Алек играл с чьей-то пластиковой вилкой. Даже сквозь полуопущенные, тонкие, как лист пергамента, и бледные ресницы виднелись его глаза, светло-синие. Магнусу всегда нравились люди, больше всех других живых созданий. Он часто задавался вопросом: почему? Их век короток, как предупреждала Камилла. Однако смертность делает людей людьми, заставляя гореть, светить ярко, хоть и недолго. Как говорил поэт, смерть – мать красоты [27] . Интересно, Ангел не думал подарить своим слугам, нефилимам, бессмертие? Несмотря на мощь, силу, во все века в битвах они гибли и гибнут как обычные люди.

– Снова этот взгляд, – проворчал Алек. – Ты словно видишь то, чего не вижу я. Камиллу вспоминаешь?

– Нет. Что из нашей беседы тебе удалось подслушать?

– Почти все. – Алек ткнул вилкой в скатерть. – Я стоял под дверью, и мне хватило…

– Сомневаюсь, что ты нас понял. – Магнус взглядом притянул к себе вилку и накрыл ее ладонью. – Хватит изводить себя. Что из сказанного мною Камилле тебя так обеспокоило?

Алек посмотрел на мага:

– Кто такой Уилл?

Магнус выдохнул, издав подобие тихого смешка:

– Уилл! Боже правый! Сколько воды утекло… Он был нефилимом и внешне походил на тебя, это правда, но ты на него не похож. Джейс и то больше напоминает Уилла, характером по крайней мере. И наши с Уиллом отношения даже близко не стоят с тем, что у нас тобой. Я удовлетворил твое любопытство?

– Надеюсь, я не тень твоего мертвого любовника?

– Это слова Камиллы, не мои. Камилла – умелый интриган и опытный манипулятор.

– Но ты не возразил ей.

– Нельзя поддаваться на ее уловки. Прикроешь одну сторону – она нападет с другой. Единственная защита – притвориться, будто тебя ее речи не трогают.

– Она говорила, что милые мальчики – твоя погибель. Отсюда вывод: я лишь один из длинного списка. Ушел или умер один – приходит другой. Я ничто, я… галочка напротив пункта.

– Александр…

– И это, – продолжал Алек, глядя в стол, – особенно несправедливо, ведь ты для меня не просто очередной любовник. Ради тебя я изменил жизнь, вот только ты не меняешься. Все вы, бессмертные, такие. Для вас ничто не важно.

– Говорю же, ты мне важен…

– Белая книга, – сменил тему Алек. – Отчего ты так страстно желал заполучить ее?

Магнус озадаченно посмотрел на него в ответ:

– Сам знаешь, Белая книга – сборник очень мощных заклинаний.

– Который понадобился тебе с конкретной целью, я прав? – Алек судорожно вздохнул. – Можешь не отвечать, по твоему лицу вижу, что прав. Ты искал… заклятие, способное меня обессмертить?

– Алек, – прошептал потрясенный до глубины души Магнус. – Нет. Я… на такое не решусь.

Алек пристально взглянул на него своими синими глазами:

– Почему? Почему за все прожитые годы ты ни разу не пытался обессмертить любимого? Разве не хотелось бы тебе видеть меня рядом вечно?

– Конечно хотелось бы! – Магнус чуть не сорвался на крик. Заставив себя понизить тон, маг добавил: – Пойми, ничего не дается даром. Цена бессмертия…

– Магнус, – подбежала, размахивая телефоном, Изабель, – Магнус, надо поговорить.

– Изабель. – Вообще-то сестра Алека Магнусу нравилась, но время для разговора она выбрала неудачно. – Милая, прекрасная Изабель, уйди, пожалуйста. Момент неподходящий.

Изабель посмотрела на Магнуса, на Алека и снова на Магнуса:

– Не хочешь услышать новость? Камилла сбежала из Святилища. Мама требует немедленно прибыть в Институт и помочь отыскать вампирессу.

– Нет, – ответил Магнус. – Эту новость я слышать не желаю.

– Что я скажу? Плохо. Может, отвечать на вызов ты не обязан, но…

Магнус понял, что Изабель подразумевает под «но»: если маг не откликнется на вызов Конклава, его заподозрят в пособничестве Камилле. Магнусу такого даром не надо, к тому же Мариза придет в ярость и окончательно испортит магу отношения с Алеком. И все же…

– Камилла сбежала? – спросил Алек. – Еще никому не удавалось бежать из Святилища.

– Значит, – сказала Изабель, – она первая.