Героев выбирает небо...
Шрифт:
«Что же тебе здесь понадобилось?» — пытался понять я, пробираясь сквозь массу тел и мусора, вслед за незнакомкой. Она же в свою очередь шла так, словно не замечала всей этой мерзости вокруг, даже дала нескольким мальчишкам пару монет. Я шел позади нее, пытаясь не выпустить из взгляда. Незнакомка резко свернула в очередной переулок из множества, и я прибавил шагу. Ребята, что следили за ней разделившись, сделали также. Двое направились в переулок, а третий прямо там, на центральной улице, на моих глазах, направился к группе мужчин сидевших на летней площадке в кафе. Внешний вид мужчин не порождал сомнений, кто были эти люди. Явно местные бандиты, выходцы из Таухида. Свернув за ней, я увидел краем глаза, мелькнувшие силуэты преследователей незнакомки и перешел на легкий бег, чтобы не упустить их из виду. Забежал в небольшой дворик, опоясанный двухэтажными зданиями, где свора мальчишек играла мячом во что-то на подобии футбола. Девушки и «маратовцев» там не было. Осмотрел дома, но не заметил никаких следов, куда они исчезли. Вглядываясь в улочки и узкие переулки, увидел кого-то мелькнувшего в одном из них, и побежал туда. Метнулся в ту сторону на всех парах, свернул за угол и оказался в еще одном таком же дворике, но уже пустынном. Побежал в соседний дворик и еще в один, на пролет, сквозь предыдущий. Как вдруг, услышал возню и сдавленные крики, словно там происходила борьба. Метнулся на звуки и, выбегая из-за угла, влетел лбом в одного из «маратовцев», который судя по всему,
— Не двигайся! — рука машинально легла на рукоятку «Форта» лежащего в набедренной кобуре и я услышал повторную команду.
— Не делай резких движений! Я выстрелю! — Я медленно поднял руки вверх, а меня за шиворот схватили, резко разворачивая лицом в бок, и с силой пихнули в стенку дома, так, что я ударился об нее головой. Незнакомка взвизгнула от боли, (наверно попыталась обернуться и посмотреть, что происходит) а меня левой рукой ударили в грудь. В правой сверкнул длинный клинок, который впился мне режущей кромкой в шею, под самый подбородок. Напротив меня, почти нос к носу очутилось лицо «маратовца», напряженное, но при этом очень уверенное. Я продолжал держать руки вверху, прижимая их тыльной стороной к стенке. Боец, что держал меня, сказал что-то, поднимающемуся с мостовой напарнику на своем языке и тот, кидая в мою сторону злобные взгляды, куда-то умчался.
— Какого черта ты за нами следишь? — Зашипела державший меня воин, с силой тряхнув меня и ударив о стену. Я лишь зашипел сдавленным голосом, а боец продолжил задавать вопросы:
— Кто ты такой? На кого ты работаешь? — Глядя на меня горящими, черными глазами, выпалил он. — Кто тебя послал?
— Меня зовут Камиль. Камиль Ларин. Я работаю на оружейной фабрике Орасмара. Я просто хочу задать девушке пару вопросов. — Сказал я, глядя как он, постепенно, отодвигает от моего горла нож, и ослабляет хватку.
— Мертвым ответы не нужны Камиль Ларин, поэтому не утруждайся их зада…
В этот момент я резко ударил его по рёбрам справа, а левой ухватил запястье руки, в которой он держал оружие. Вывернул руку, и нож упал на каменную мостовую, издавая тонкий металлический звук. Сам же в этот момент, хватая за шиворот его куртки, всей своей массой разворачивая его тело, вдавил его на свое прежнее место, в стену, выламывая левой рукой его правую руку. Я сам дернул из набедренной кобуры форт и, приставив ствол почти в упор его головы, потянул спусковой крючок. Оглушительный звук, ударил по ушам и я на секунду зажмурился от неожиданности. Эхо в этих узких улочках было просто невероятным. Незнакомка, же тем временем, ударив своего мучителя затылком в переносицу, развернулась и схлестнулась с ним в схватке. «Маратовец» был не на много больше ее, а она сама искусно владела рукопашным боем, поэтому у них началась ожесточенная схватка. Но когда прогремел выстрел, незнакомка отвлеклась в мою сторону, а боец предательски ударил ее в солнечное сплетение и пустился бежать. Я, вытирая рукавом кровь с лица, брызнувшую после устранения своего оппонента, увидел этот подлый удар и убегающего бойца. Не задумываясь ни на секунду, я побежал за ним. Забежал в один переулок — никого, лишь топот убегающего бойца. Второй, третий, и лишь мелькающий силуэт, скрывающийся за очередным углом. Я бежал, что было сил, и слышал позади себя, топот по брусчатке, раздававшийся от чьего-то бега. Выбегая из такого же, похожего на все предыдущие переулки, выбежал на небольшую площадку двора и так резко затормозил, что чуть кубарем не покатился по мостовой. Передо мной стояли пятеро бойцов, включая того, за кем я гнался и того, которого я лбом сбил с ног в переулке. Тот, что убегал, тяжело дышал, но увидев меня, хищно оскалился и достал пистолет, направляя его на меня. У остальной четверки, в руках было по автомату АК-74. С момента моего появления прошло буквально пару секунд и я, увидев эту картину, было дело, собрался нырнуть за угол, но понимал, что не успеваю. Как вдруг, меня за шиворот кто-то резко дернул, и я залетел за угол, ровно тогда, когда в стену дома, стоявшего позади меня, впился рой смертоносных пуль. Я упал на мостовую, больно приложившись копчиком, и посмотрел наверх. Это была незнакомка. Она только, что спасла меня, мелькнула мысль в голове, но рассиживаться было некогда. Надо бежать. «Бежим!» — Скомандовала она, словно прочитав мои мысли, и мы побежали. Ситуация, поменялась ровно на оборот. Теперь мы (!!!) убегали сломя голову, а за нами гнались разъяренные бойцы. Я не знал, куда надо бежать, чтобы отделаться от погони, но незнакомка, похоже, хорошо здесь ориентировалась, поэтому, мне ничего не оставалось, как просто бежать за ней. Мы проносились сквозь, улочки и дворики, небольшие площадки и переулки и… забежали в тупик! Я чуть сквозь землю не провалился, таким сильным было мое потрясение. Посмотрел на незнакомку недоумевающим взглядом, отмечая в сознании, что шум от погони все ближе и ближе. Она посмотрела на меня и спокойно развернулась в сторону выходи из этого тупика, но было уже поздно. Наши преследователи, как раз вбежали в тупиковую улочку, преградив нам путь к отступлению. Они тяжело дышали и ругались, но увидев нас, резко остановились и на их лицах промелькнуло злорадство. «Попались!» Я еще раз взглянул на девушку, но она смотрела прямо перед собой на наших будущих палачей. Не один мускул не дрогнул на ее лице и я, на мгновение, восхищаясь ее хладнокровием, успокоился. Если уж она может принять смерть достойно, то мужчина это сделать обязан. Она словно почувствовав мои переживания, взяла меня за руку, а я отвернулся от нее и посмотрел в глаза убийцам напротив. В этот самый момент раздался жуткий грохот выстрелов, словно обезумевший водопад обрушился с огромной горы на нас и я зажмурил глаза…
Сколько времени прошло после этих оглушающих звуков, я не знаю, но за это время вся жизнь вполне бы успела пробежать перед глазами, хотя ничего подобного не случилось. Я чувствовал, что по прежнему стою и по ощущениям жив и здоров. Медленно раскрыл глаза и увидел пять мертвых тел, лежащих на мостовой впереди себя. Девушка так и держала меня за руку, но уже смотрела мне в лицо. Я перевел взгляд на нее, а она, улыбнувшись, показала мне глазами куда-то наверх. Я поднял взор к небесам и на их фоне, на крышах с двух сторон, увидел четверых мужчин в черной форме и балаклавах. Они держали в руках по автомату Калашникова, но я не рассмотрел каких именно, из-за сошедших на землю сумерек. Бойцы смотрели на нас, а незнакомка, отпустив мою руку, показала им палец вверх и направилась к трупам. Она собрала с них оружие, обыскала карманы и, вручив часть ноши мне, жестом пригласила проследовать за собой.
Мы шли первое время в тишине. Я был еще в шоке, от неожиданно случившихся событий, а незнакомка явно что-то обдумывала. Затем я собрался с мыслями и спросил ее, куда мы идем. Она сказала, что кое-кто хочет со мной встретиться, и что я сам скоро все узнаю. Мне не хотелось с ней спорить и поэтому мы пошли дальше, а я не стал задавать других вопросов.
Мы, петляя по этим, воистину, крысиным лабиринтам, вышли к большому зданию. Строение было довольно большим, из ракушняка, который виднелся под облупившейся со временем известняковой штукатуркой. Несколько этажей и комбинированная крыша, вначале пологая, затем
переходящая в чердак с окнами. Вокруг всех окон был черный нагар, который к верху от них простирался на полметра. Складывалось впечатление, что в этом здании когда-то случился пожар. Строение широкое и длинное, как самолетный ангар. Подошли к главному входу и я увидел покореженную медную табличку с выгоревшими буквами, но надпись можно было прочесть: «Б. льниа… посё. к… Ор. сма..». Надо же — это наверное первая больница еще на тот момент посёлка Орасмар. Дверь была заколочена поперёк большой плоской деревяшкой. Я спросил:— Нам сюда? — Она ничего не ответила и повела меня в обход здания. Мы прошли в вестибюль, где уже совсем не было мебели, только горы мусора, да копоть на стенах. В потолке зияла огромная дыра на половину всего вестибюля. Возможно это бала приёмная больницы, судя по ее расположению. Здесь было пусто. По бокам дальней стены было две двери. Мы направились сразу к левой двери и скрывающимся за ним коридором. Здесь было очень темно. Глаза, как-то странно, резко привыкли к темноте, и уже можно было разглядеть дальний конец коридора. Так же было и во время боя на хуторе Тепляковых. Я почему-то очень хорошо все видел в ночи. Словно кошачьим зрением. Здесь же темное помещение, без проблесков света, но я по прежнему, все отлично вижу. Повернув за угол, обнаружил еще один коридор, но короче. По левую стену коридора имелось множество комнат, большинство из которых были с дверьми нараспашку. Запертыми оставались лишь две из комнат, я думаю — это палаты. В трех из них двери отсутствовали. На полу одной из них толстый слой пыли, разбросанные грязные тряпки, разломанный стул. Во второй — по центру палаты камни выложенные кругом, вокруг выжженного деревянного пола. Кто-то здесь разводил костер. Третья комната с немного приоткрытой дверью. Что там, я не видел. Продолжая экскурсию по больнице, мы дошли до конца коридора к лестнице, ведущей на второй этаж. Здесь уже были ощутимые следы пожара, хотя скорее даже копоти от едкого дыма. Поднимаясь по лестнице, мысленно морщился от скрипов, издаваемых деревянными ступенями. Но к нашим скрипам прибавился еще некий звук. Звук, похожий на чьи-то шаги. В сознание возникло волнительное чувство нереальности происходящего. Но было что-то еще. Стойкое ощущение присутствия еще кого-то. Наверху определенно кто-то был. Шаги, которые слышал, были тому явным подтверждением. Девушка же шла без всяких опасений, видимо зная, кто нас там ожидает.
Когда мы ступили на дощатое покрытие второго этажа, моему взгляду открылся еще один длинный коридор. Двери в палаты здесь уже располагались по обеим сторонам. Многие из них были так же либо без дверей, либо открытыми настежь. И в самом конце, в комнате слева, я увидел плавно поигрывающий на стенах свет. Там горела свеча, а может масляная лампа. Мы направились к источнику света. Звуки стихли. Я слышал только размеренные шорохи собственных шагов и шагов девушки. Мы вошли в комнату.
Посреди комнаты я увидел деревянный, обшарпанный стол, на котором стояла масляная горелка, размеренно источавшая свет, едва освещающий центр помещения. За столом сидел мужчина, крепкого телосложения в серой форме, неизвестного мне образца. Одежда была выцветшая, но опрятная и чистая. Мужчина сидел, немного отстранившись от стола так, что свет от горелки освещал его силуэт лишь до середины груди. Плечи и голова его оставались в тени и были неразличимы в кромешной темноте вокруг стола. Перед ним стояла железная, хромированная кружка, из которой тоненькими струйками курился пар от остывающей жидкости внутри. Руки мужчина держал на столе ладонями вниз и всем своим видом источал спокойствие и уверенность. Я всего пару секунд осматривал его, перед тем как услышал шум за приоткрытой дверью, расположенной слева от стола. Там уже хозяйничала девушка, бесцеремонно прошедшая внутрь помещения. Я оставался стоять в дверях, когда тихий, но твердый голос из темноты сказал: «Ну что ты стоишь в дверях Камиль, проходи, я тебя ждал». Все, начиная от тембра, тона и неповторимой сухости до манеры говорить, наталкивало меня на одну лишь мысль: «Я раньше слышал этот голос, но никак не мог вспомнить откуда он мне знаком».
— Кто ты? — Я постарался убрать дрожь из голоса вложив побольше хладнокровия, а обладатель голоса медленно наклоняясь в сторону стола так, что его лицо подсветилось масляной горелкой, сказал:
— Привет Камиль! Не ожидал?
Это был Глеб. Я от неожиданности и растерянности, так и продолжал стоять в дверях. Пока я стоял, из соседней комнаты появилась незнакомка, в одной руке державшая толстую свечу, покрытую стеклянной колбой с перфорацией, а в другой еще одну, на этот раз глиняную кружку, с чем-то очень горячим.
— Камиль, присаживайся, нечего стоять в проходе. Нас ждет долгий разговор. — Глеб устало улыбнулся и плавным жестом пригласил меня к столу. Незнакомка поставила передо мной кружку с напитком и удалилась обратно в соседнее помещение. Затем подошел к столу, попутно прихватив стул, стоящий возле стены, сел. Девушка вернулась из соседней комнаты и, поставив еще одну кружку на стол перед собой, села слева от Глеба. Свечу, она подвинула к краю стола с моей стороны. Я несколько мгновений сверлил девушку взглядом, бесцеремонно рассматривая, затем перевел взгляд на Глеба, спросил:
— Что все это значит?
— Не волнуйся, сейчас мы все тебе расскажем. Так уж получилось, что ты влез в игру, о которой ты сам и не подозреваешь. Но для начала я хотел бы тебе представить мою напарницу. Ее зовут Шелами. — Глеб, посмотрел в сторону девушки, но она никак не отреагировала. — Мы с Шелами ведем в Орасмаре расследование, невольным участником которого ты и стал. В день моего приезда в Орасмар, я закупил и переправил партию оружия в Лаган, но по дороге на караван было совершено нападение. Весь конвой был перебит, а груз бесследно исчез. Помнишь, я тебе рассказывал, что это уже не первый такой случай и что именно поэтому делу я и прибыл в Орасмар. В городе я нахожусь инкогнито и был вынужден поселиться здесь в трущобах, чтобы те люди, с которыми я вел переговоры, ничего не знали о моем приезде. Среди них много высокопоставленных чиновников города, начальники министерств, руководство фабрики, комендатуры и военной полиции. Информация о поставке оружия была строго засекречена. Но все же, о ней стало известно агентам наших врагов. Из-за большого количества задействованных, хоть и высокопоставленных, людей, в операции, выяснить, кто предал нас и продал информацию, не было ни малейшего шанса. Мы начали искать зацепки. Шелами прислали из Лагана для внедрения в структуру предполагаемых исполнителей и спонсоров диверсионных подразделений, действующих на территории города. Я в свою очередь вел тайное следствие и слежку за подозреваемыми. По нашим данным в деле были замешаны представители племен Дауа и Тыман на территории Орасмара. Как ты уже знаешь — это братья Бараевы, владельцы частной оружейной мастерской. Шелами под видом любовницы Аслана Бараева, вошла к нему в доверие и пыталась разузнать их причастие и намерения изнутри. Мы первое время разрабатывали версию о причастности к заговору Степана Теплякова, хутор которого мы с тобой отбили у тыманцев. Но по этому направлению никаких доказательств мы не нашли. Поэтому бросили все силы на разработку братьев Бараевых. Вследствие связи Аслана с Шелами, мы узнали о радикальных настроениях младшего из Бараевых — Марата. Он давно пытался переубедить брата в необходимости устранении орасмарской фабрики путем проведения диверсии, но Аслан был очень категоричен в этом вопросе и наложил на его обсуждение строжайшее табу. По наблюдениям Шелами, Марат не отказался от своих взглядов и принял решение вывести фабрику из строя, без поддержки брата, втайне от него. Скорее всего, у Марата появились некие покровители из вне, которые осуществляли его поддержку.