Гадюка
Шрифт:
Девушка попыталась прикусить нижнюю губу, но Маркус прорычал:
— Нет, Кэти. Я хочу все слышать.
Одним резким движением он вогнал в нее член, заставив вскрикнуть от вспышки удовольствия.
— Вот так, chica. Дай мне услышать, как ты кричишь, когда я трахаю тебя, как сексуальную сучку.
От этих резких слов она задохнулась, потому что они дали ей почувствовать себя так сексуально, как Маркус и говорил. Он снова уткнулся лицом ей в шею, а затем прикусил кожу, оставив след.
Затем вышел полностью и, прежде чем она смогла перевести дыхание, снова резко вогнал член. Господи Иисусе, ощущения были невероятными. Он полностью ее заполнял, и это было восхитительно. Он жестко трахал ее, снова и снова, заставляя впиваться ногтями ему в спину, пока пожар внутри нее не стал разрастаться, и она кончила прежде чем кто-либо из них ожидал.
Маркус продолжал мощно двигаться, продлевая ее экстаз и вызывая дикий восторг. Она поняла, что он не кончил вместе с ней. С каждым толчком он хрипло стонал от удовольствия. Он снова заговорил на испанском на этот раз шепотом ей на ушко.
Она чувствовала, как напряжены мышцы его спины и как все его тело напряглось, словно змея, готовая атаковать.
Кэти вцепилась ему в волосы и оттянула голову назад, впиваясь в его губы диким поцелуем. Маркус просунул язык ей в рот и начал двигаться сильнее и быстрее. В какой-то момент он подцепил ее ногу под колено и зажал подмышкой, полностью открывая ее мощным толчкам.
Она отстранилась и произнесла:
— Не останавливайся, я...
Маркус поцеловал ее, просунул руку между их разгоряченными телами и отыскал ее клитор. Она почувствовала, насколько была мокрой и поняла, что ей нравится секс с Маркусом - такой липкий и безумный.
Новая волна удовольствия стала нарастать внизу ее живота. Вероятно, завтра она не сможет ходить.
Маркус ласкал ее и трахал, и давал Кэти почувствовать себя женщиной так, как никто прежде. Господи, в тот момент она готова была отдать ему свою душу.
— Hazlo de Nuevo. Deja escucharte (7).
Он потянул ее за волосы и простонал ей на ухо что-то, что она разобрала как: "Сейчас, Кэти!"
Она закричала, когда новая волна оргазма накрыла ее. На этот раз Маркус падал вместе с ней. Он схватил ее за задницу и крепко прижал к себе, трахая безжалостно. Она ловила обрывки фраз, сказанные им на испанском. Ей не нужно было знать язык, чтобы понимать, что они были грубыми, и ей нравилось это. Ей нравилось то, каким диким и необузданным он был.
Когда все кончилось, Кэти начала замечать детали, как, например, ощущение его взмокшей кожи, мелких капель дождя, попадающих в открытую дверь и охлаждающих их разгоряченные тела. Маркус был очень тяжелым, но в данную секунду Кэти была настолько расслаблена, что едва могла думать, не говоря уж о том, чтобы жаловаться. Вместо этого она крепче обняла его руками и ногами, отчаянно нуждаясь в его близости.
Как бы ни безумно это звучало, но на секунду она действительно осознала, какой сильный мужчина был в ее объятьях. Он выжил в обстоятельствах, с которыми большинство
людей просто не справилось бы, - это сделало его сильнее и свирепее. Она понимала, что люди видят его жестким и опасным человеком, и тот факт, что Маркус был готов показать ей другую сторону себя, опьянял Кэти.— Спасибо, - проговорила она в дрожащей тишине.
Он поцеловал ее в нежное местечко за ухом и убрал назад ее волосы, прилипшие к шее. Затем он приподнялся и посмотрел на нее. Его взгляд был полон нежности.
— Ты в порядке?
– Спросил он.
Она кивнула и, прикусив губу, застенчиво улыбнулась.
— Это было впечатляюще. Не могу поверить в то, что ты сказал.
Она почувствовала, как румянец покрывает щеки. Он в замешательстве посмотрел на нее.
— В машине... До того, как ты пришел ко мне. Это же просто скандал.
— Ты имеешь в виду мастурбацию?
– Он нахмурился.
– Серьезно?
— Да, - она широко улыбнулась. Каждая минута, проведенная с ним, дарила наслаждение.
– Никогда не слышала, чтобы кто-то говорил, как ты. Я не знала, что мужчина может быть грубым и таким... сексуальным одновременно. Это уникальное сочетание.
Она пожала плечами и отвернулась.
— Мне нравится это. Очень.
Маркус замер. В воздухе повисло напряжение, и Кэти пожалела о том, что произнесла. Он обхватил рукой ее щеку и задумчиво погладил большим пальцем нижнюю губу. Даже сквозь смущение она почувствовала наслаждение.
— Mierda (8), - простонал он, а затем наклонился и прижался лбом к ее лбу.
– Мне очень жаль, cari~no (9).
— Почему?
Она провела рукой по его спине. Интересно, какие татуировки украшают его горячую кожу под ее пальцами.
— Я чувствую себя восхитительно. Это лучшее, что я испытывала...
— Лучшее?
– В голосе Маркуса слышалось страдание. – Здесь, на полу?
— Да.
Она обняла его крепче, желая облегчить его мучения.
— И до этого... Твои пальцы и язык... Я никогда...
– Она покачала головой.
– Я и не знала, что бывает так восхитительно.
— Нет, - он отстранился, все еще глядя на нее сверху вниз.
– Не будь такой хорошей. Я трахал тебя на полу, Кэти. Я - pendejo.
Он провел рукой по лицу и поправился.
— Сволочь.
— Я не думаю, что ты - сволочь, - поспешно сказала она, ненавидя то, что он не понимает этого.
– Ты не понимаешь. Грейсон бы никогда не сделал этого на полу. Мы бы постелили полотенце на постель, прежде чем заняться сексом на кровати.
Она провела рукой по его щеке.
— Мне все нравится. Уверяю. Я понимаю, как безумно это звучит, но пол - лучше места и не найти. Меня даже не волнует, что дверь все еще открыта. Мне нравится, что она открыта. Мне нравится, что я думаю меньше с тобой.