Фея
Шрифт:
– А я как-то тебя не очень.
– Ир, ты свободна сегодня, вообще сейчас? – Я поняла, к чему он клонит.
– Я не против.
– Вот и славно.
– Что «не против», что «славно»?
– Тебе не понять. Ты слишком тупой и здоровый, – грубо ответила я, продолжая попивать шоколадный напиток с трубочки.
Саша пришла через две минуты, оправдалась тем, что задержал декан ее кафедры. Мы пошли к Артуру. Точнее поехали на его машине. Пф, слабак. Я с шестнадцати на мотоцикле училась кататься.
Доехали мы быстро. Слишком быстро, даже удивительно, что не было ни одной пробки.
Аня сидела у себя и переписывалась с подругой.
– Тук-тук, –
– О, Ирка. Тебя Артур привел?
– Да. Еще Саша тут и Миша, – сказала я. Не привычно называть этого упыря по имени.
Анька притащила лимонад и печенье, и мы сели с ней на кровать. Учить.
Сначала была биология. Дурацкий предмет. Ненавижу биологию и все, что с ней связано. У меня пусть и были хорошие оценки по этому предмету, но я всей душой ненавидела его. И сейчас ненавижу. Я объяснила ей: как, что и зачем. Объяснила новую тему и разобрала старую. На биологии мы решили закончить и просто разговаривали.
Насколько я знаю, ей нравится Руслан – баскетболист нашего универа. Очень странно, ведь он не имеет с девушками отношений более трех дней. Я таких людей не понимаю. Он ведет себя как шлюха – лишь бы удовлетворить свои потребности. Меняет девушек. Это как-то… мерзко? Наверное. Аня говорит, что он как-то приходил к Артуру в гости. Приставал к ней, чуть не поцеловал. Но, как сказала девушка, «помешал» всему брат. Не знаю, как она, но я была бы благодарна своему брату.
Потом мы заговорили с ней о мире, мировых проблемах, проблемах людей, проблемах студентов, проблемах подростков. Единственной проблемой в нашем разговоре было лишь то, что она очень замкнутая и грустная.
Я часто даю ей совет. И сейчас она нуждалась в моем совете как никогда. Пусть даже если голубоглазая не говорила об этом. Я видела. Чувствовала.
– Поверь мне, я знаю, как это. Я знаю, как плакать в душе, чтобы никто тебя не услышал, я прошла через это. Я знаю, как ждать, когда все уснут, чтобы рассыпаться на части. Ты просто хочешь, чтобы все плохое закончилось. Я в точности знаю каково это – когда никто о тебе не беспокоится и не волнуется. Я тоже была в этом возрасте. И я помню это…
Бесстыдство
Я шла от Артура пешком. Одна. Без всякого желания на сопровождение и компанию.
Прогуливаться по парку, идя в сторону своего дома, было хорошей идеей: гулять всегда приятно. Приятно думать обо всем, что увидишь. Например… Например, я вижу воркующую парочку на лавке возле ларька с мороженым. Они мило краснеют. Прямо впереди, в десяти метрах. Я прохожу мимо них.
– Вы такие милые, аж блевать тянет, – зевнула я.
***
Александра приехала ко мне ровно в пять, когда я начала рыться в своем шкафу. Я была обречена с самого начала: лишь потому, что мне нечего было надеть. Однако, шкаф от моих шмоток уже не закрывался.
Подруга ворвалась в мою комнату, когда я пребывала в белом нижнем белье. Я в одну секунду накинула халат на себя и присела на кровать. Подруга странно смотрела на меня, будто ей что-то не нравилось.
– И на что ты рассчитываешь в таких трусах?
Брюнетка скрестила руки на груди и покачала головой. Почти все ее шутки склонялись к разврату, но чаще всего это было смешно нежели обидно или грубо.
Я покрутила пальцем у виска, намекая на глупость и неуместность ее шутки, и вздохнула, пожала плечами, упала на кровать. С одной стороны, мне нравились
дискотеке. В школе я ни одну, на которую была приглашена, не пропускала. Иногда приходила в шортах или джинсах, но была там до последнего.– Ну точно не на бесстыдство со стороны главаря баскетбольной корзины, – Где-то в глубине своей души я, возможно, рассчитывала на это, но это ВОЗМОЖНО.
– Он любит черное белье, – скептически сказала она, пристально посмотрев на меня. Ирония в этом диалоге была только в том, что на мне белое.
– Да не нужен он мне! – как обычно я вспылила на этой шарманке и смутилась, не заметив. Смирнов своим существованием меня раздражал: я просто знала, что где-то есть этот придурок, что он живет и давит на окружающих.
– Ха-ха, да не бесись ты так. Я просто решила проверить твою взвинченность по поводу вечера.
Саша сразу достала бордовую кожаную юбку, черные чулки с кружевом и темно-зеленый, словно изумруд, топ на бретелях с еле заметными звездами на груди. Мне понравился ее выбор. Саша прекрасно подбирала наши наряды, создавая ощущение, что мы сестры-близнецы.
Моя подруга была уже одетая в темно-изумрудное платье а-силуэтом. Оно безумно подходило ей по фигуре, очерчивая талию.
– Что ты придумала сделать с волосами? – она посмотрела на мое отражение в зеркале.
– Выпрямить и…
– Не продолжай, я возвращаю тебе твою диадему.
Сентябрь в этом году славился только теплой погодой, но мне все равно пришлось надеть колготки в мелкую сетку. Самое забавное, что именно сейчас, в шесть вечера, температура составляла почти двадцать шесть градусов. Немного не свойственно Неоновому Городу.
***
В семь мы уже были в университете, в актовом зале. Пока ректорат и деканат произносили речь о новом учебном году, о важности экзаменов и сессий, о надобности знаний, «ведь для вас начался новый этап, новый уровень, и вы должны пройти его, иначе будете дворниками» и так далее, я думала о всей ненадобности этой речи.
Я не люблю подобные встречи по одной-единственной причине – наличие руководства и «душещипательных» речей о важности знаний, «которые вы получите в течении учебного года».
Когда мы только поступили на первый курс, нам рассказали о том, что студенты – новый образ жизни. Мои тупые однокурсники с тупыми шуточками восприняли эти слова как «тараканы в общаге», «пельмени на завтрак/обед/ужин» и «постоянный секс».
Но как же они ошиблись, когда поняли всю трудность занятий в этом университете. По началу, я восхищалась студентами, которые пребывали на третьем и четвертом курсах филологического, потому что они говорили очень красиво и научно, но быстро в них разочаровалась, когда увидела в Паутине их фото топлес и фотографии с вечеринки, где они снимали топики и майки, даже бюстгальтеры. Ужас.
Я не следила за ходом своих мыслей, потому не сразу заметила, как все уже танцевали, веселились и пили. Иногда такие знания, как «уметь не пьянеть» – жизненно необходимые. В таком случае, надо поскорее начать веселиться.
Внезапно мне стало грустно. Я чувствовала себя одиноко в толпе пьяных студентов. Не понимаю, как кто-то смог пронести алкоголь. Ректорат вынюхивал всех. Но, видимо, в больших количествах пили только те, кто держал себя в руках.
Уже через полтора часа я была в хлам, но сознание мое пока не подводило, но это пока. Мой брат в углу зажимал какую-то второкурсницу, кажется, это Люда – наша староста. М-да, ну и вкусы у моего братца.