Файл
Шрифт:
— Слушаюсь.
Он не знал, зачем сказал Илладрии так поступить. Это было в целом не очень разумно, но после впечатлений сегодняшнего дня Талик был готов рискнуть и вмешаться.
— И еще, Илладрия, ты сможешь открыть портал на несколько миль вперед по курсу движения?
— Конечно, Пророк.
— Очень хорошо. Я поговорю с Варбоссом, чтобы он отправил своих ребят, уточнишь с ним детали потом. И да, такой момент. Ты очень часто повторяешь «Пророк». Это смущает.
— Я… — голос эльфийки звучал растерянно. — Но, как я могу, это же…
— Я в тебя верю, ты сможешь.
— Я приложу все усилия, чтобы выполнить вашу волю, Про… простите…
Прервав [сообщение],
— Как бы это все провернуть…
— Пророк, позвольте мне покарать ублюдков! Их деяния омрачили ваше святое спокойствие, я лично отправлю их за это в ад! — Склонилась перед ним до этого момента безмолвная Дрэга.
— О, сначала я так и хотел поступить. Но это не очень хорошая идея. Отправить тебя туда — все равно что сжечь дом, чтобы избавиться от таракана. Я хочу от этих… людей… слишком многого, чтобы просто взять и перебить.
Дрэга все равно выглядела расстроенной, и он попытался ее утешить.
— Дрэга, я очень ценю твое желание мне помочь. Но ты для меня слишком ценна, чтобы вот так гонять тебя истреблять всех пидарасов подряд. Ты понадобишься, если появится действительно серьезная угроза, и тогда — я верю, что ты проявишь себя во всей красе. Хорошо?
— Конечно, пророк. Простите мое недостойное поведение…
— Все нормально. Пойдем.
Направляясь к порталу обратно, Талик использваол новое [сообщение]
— Варбосс, ты занят?
— Внемлю тебе, Пророк.
— Я хочу выяснить, на что способны твои парни в новом мире. Самый низкий уровень у тебя 30, если я правильно помню?
Акуро
Акуро с утра пребывал в самом хорошем настроении за последние несколько дней. Вчера вечером, прибыв в деревню, он, конечно, собирался развлечься самому и дать порезвиться своим парням. Но он и предполагать не мог, что все так удачно сложится. У этого сброда была с собой вполне симпатичная девчонка, да еще из того типа женщин, которых он терпеть не мог. Самоуверенная, наглая, не знающая своего места. С этим самым стержнем, которого у баб быть не должно. Было огромным удовольствием смотреть, как она ломается и сдается, принимая жизнь такой, как есть.
Его воины оценили подарок и не слазили с этой сучки до поздней ночи, с перерывом на выпивку. Даже удивительно, что она не издохла под одним из них. Правда, после использования какому-то дураку пришла в голову идея бросить ее куда-то в скотный сарай, чтоб не мозолила глаза своим видом. Зрелище действительно было так себе, и лидер не стал устраивать репрессий. Акуро побрезговал идти добивать — он не любил навозную вонь, и не захотел допускать, чтобы одежда и волосы ей пропитались. Ей все равно было долго не протянуть.
Крестьяне (он уже давно расценивал жителей Зеленого предела как своих крепостных) должны быть ему благодарны. Ведь именно благодаря тому, что Акуро нашел такую забаву для своих воинов, их женщинам не пришлось занять ее место.
Авантюристы его откровенно разочаровали. Он был наслышан о доблести и изобретательности искателей приключений, о боевом опыте и прочих вещах. Сначала он даже слегка струхнул, узнав, кто они такие. Все-таки, местные жители могли вычудить что-то вроде найма головорезов, чтоб избавиться от него. Он давно дал им понять, что входит в сотню сильнейших мечников Теократии. Его не призывали в Писания только из-за неоднозначного прошлого, и даже тот факт, что он теперь уважаемый бизнесмен, не помогал против закостеневших в своих догмах глав Церкви. Он был бы только за — все-таки, как воин, он
уже достиг некоторого предела, который можно преодолеть только в бою с сильным противником. Писания занимались, среди прочего, как раз уничтожением подобных целей. Ну и кроме того — уважение, почет, хорошая материальная база, доступ к сильным волшебным предметам и прочие бонусы.Мысль податься в авантюристы он когда-то с сожалением отверг. Возможность сталкиваться с сильнейшими чудовищами манила. Тяжелый походный быт, запрет на привычные вещи, такие, как насилие и грабеж, приводили в недоумение. Он не привык себе отказывать в простых удовольствиях и очевидной выгоде. Мысль о том, что он не будет иметь права забрать понравившуюся вещь, или молча принять отказ женщины, была неприемлемой. Уже не говоря о том, что нормальный бизнес не сделаешь.
Мысли опять вернулись к авантюристам. Все-таки, что они там на самом деле забыли? Он ожидал от них многого, но, несмотря на разочарование, был рад разминке. И в деревне его хоть ненадолго отпустило дурное предчувствие, а сейчас опять вернулось.
— Командир. — Выбил его из размышлений хриплый голос Шрама, старого ветерана и одного из людей, которым он реально доверял. — Гляньте.
Акуро присмотрелся вперед, куда указывал Шрам. Вдалеке, у пологого спуска, посреди дороги стоял какой-то мужик со здоровенным топором. Было похоже, что он так стоит уже некоторое время, будто ждет чего-то.
— Это еще что? — Вальяжно протянул Акуро. — Благородный мститель или тупой бандит? Ну-ну. Едем дальше, подъедем на расстояние выстрела — тормозите телеги. Всем быть готовыми к бою, зарядить арбалеты и смотреть по сторонам. Поднимите щиты по бокам клеток, товар беречь как свои яйца.
По мере приближения Акуро смог рассмотреть мужика и насторожился. Это был явно не человек, а больше походил на помесь гоблина и огра. Темного, грязно-зеленого цвета, на полголовы выше Акуро, плечистый, увитый буграми мышц, с небольшим брюхом. Из нижней челюсти, занимавшей едва не пол-головы, торчали клыки размером с палец. Бычья шея, маленькие изодранные уши, сильно выдающиеся надбровные дуги и почти полное отсутствие лба. Из глубины глазниц процессию сверлили крохотные, близко посаженные поросячьи глазки.
Странный монстр стоял в расслабленной позе, держа топор на плечах. Одет он был в какую-то кожаную рвань с ржавыми железными вставками, но топор приковал глаза Акуро. Это было произведение искусства, а не оружие. Простых форм, но идеального исполнения, из слоеной стали. Акуро понял, что получит это оружие любой ценой.
Акуро поднял руку, и процессия остановилась. Сам он, взяв с собой двоих ближайших соратников, выдвинулся чуть вперед. Монстр, к его удивлению, оказался говорящим.
— Эй, говноеды, кто тут самый крутой? — Голос был по стать, хриплый, низкий и слегка шамкающий.
– Я буду с ним биться.
Акуро едва не засмеялся от иронии ситуации. Да, монстр не выглядел слабым, но это всего-лишь получеловек. И оно посмело обращаться к теократам в таком тоне?
— Хах, Шрам, убей убогого.
Старый ветеран молча кивнул и рысью направился к расслабленно стоявшему монстру. Когда он пдъехал и замахнулся саблей, Акуро понял, что монстр не просто не выглядел слабым. Он им и не был.
Зеленая тварь, не меняя расслабленной позы, с едва уловимой скоростью прямо с плеча махнула топором. Удар был такой силы, что Шрама буквально снесло с лошади, которая с истошным ржанием рванула в сторону. Всадник, разрубленный от плеча до груди, отлетел на несколько шагов, шлепнулся пустым мешком так и остался лежать, лишь подергивались конечности.