Чтение онлайн

— Это ты правильно сделал, капитан, что избавился от той рыжей ведьмы — от нее все равно никакого проку, а парень хоть ночные горшки выносить будет — все польза.

И тут же хрюкнул, получив от Марго тычок в живот, прокашлялся и заржал. В каюте было тесновато — причиной тому семь сундуков с сокровищами, расставленных на палубе — видимо дядя вчера постарался. Рыжая сразу заинтересовалась их содержимым, а еще тем, где она будет спать.

— Много будешь знать — скоро состаришься. — Ответил я на первый вопрос. — А спать будешь здесь. — Показал я на свою кровать. — А я сверху. Можешь успокоиться — я имел в виду второй ярус, который сейчас закажу плотникам.

— А почему не я сверху? — Отмерев, спросила принцеска.

— Если тебя не тошнит от качки, и по ночам не делаешь пи-пи в кроватку, то можешь ты.

На что рыжая только высокомерно фыркнула.

Плотники заявили, что смогут заняться этим только завтра с утра — заодно и топчан принесут, и необходимые материалы. Ладно, день можно и подождать, а сейчас я решил переговорить с Зафаром по поводу экспедиции в Китай за порохом. Сам Зафар в Китае не был, но восточное побережье Индии, Цейлон и

Индонезию знал неплохо, а также знал порты, где дожидались найма опытные кормчие ханьцы. Я вкратце рассказал ему суть экспедиции, затем обговорили с ним размер оплаты труда и премиальные за доставку пороха, он согласился. Следующим на очереди был Дядя. Гуфар про порох не слышал, но сказал что знает старейшину ханьских купцов в Райсуте. Среди сокровищ дяде попадался перстень с зеленым камнем в виде головы дракона — здесь эти камни не ценятся, но ханьцы его считают императорским камнем. Если старейшине подарить этот перстень и если райская птица не ошиблась и этот порох существует, то он о нем узнает. Гуфару не на кого было переложить свою работу и поэтому он предложил отложить визит, но тут же заметил, что их с ханьцем познакомил Али — отец Искандера — к которому тот относился с заметным уважением, и если мне не терпится, то я сам смогу побеседовать со старейшиной, а имя моего отца откроет мне двери его дома. Мне не терпелось, поэтому я сразу же приступил к поиску перстня, на который у меня ушло не менее получаса из-за одной рыжей особы, которая совала свой любопытный нос в каждый сундук, постоянно мешалась и заслоняла мне свет. Деда с собой брать не стал, — приличные купцы как базарные скоморохи в гости не ходят. С подарком — судя как округлились и загорелись глаза флегматичного до этого момента худосочного старца — я не прогадал. Он что-то долго лопотал по своему обращаясь ко мне — потом видимо осознав свою оплошность, заговорил на арабском. Обращение состояло из одних вопросов — откуда это, знаю ли я что это, что я хочу за это? На что я ответил что «это» из старинного индийского клада, что «это» — я не знаю, но Гуфар сказал что «это» вам понравится, а хочу я за это информацию — и начал объяснять, какого плана мне нужна информация. Когда я закончил, в глазах китайца застыла досада — было видно, что о порохе он ничего не знает. После недолгой паузы он предложил прерваться на угощения которые сейчас принесут, а тем временем посыльные пригласят всех знающих людей из его общины и достойного переводчика. Угощение состояло из сладостей, разнокалиберных печенюшек, и ЧАЯ! Довольно быстро начали прибывать «знающие люди» — тяжелое дыхание и красные лица говорили о том что добирались сюда они как минимум быстрым шагом, и что власть и авторитет у старейшины отнюдь не формальные. Я снова повторил все что я знаю о порохе, а переводчик, уточняя каждое значение непонятного слова, переводил. После непродолжительной паузы один из знатоков почти прокричал — Хаяо! — и некоторые его коллеги повторили это слово и закивали головами. Переводчик перевел прозвучавшее слово как «огненное лекарство» или «огненное зелье». Точно! Ведь Дед же говорил, что на Руси порох называли огненное зелье! Со старейшиной договорились что завтра на «Сафанну» доставят рекомендательные письма и полное описание на арабском, где будет укзано кому и где их передать. А еще я стал владельцем брикета чая размером с кирпич, который ханец наотрез отказался продавать, а просто подарил.

В моей каюте меня ждало зрелище достойное описания — Марго вырядилась в красное платье с открытым воротом и обвешалась драгоценными украшениями как новогодняя елка, на голове у принцессы сверкала корона. Зашедший вслед за мной Гуфар — видимо поинтересоваться, как прошла встреча — просто остолбенел. Он, занятый своей работой был не в курсе моего приобретения, и открывшаяся картина повергла его в шок. Как позже признался мне, он подумал что каким-то образом случайно попал в гарем халифа.

— Знакомьтесь, дядя. Будущая — как говорит предание — царица Африки, а в настоящее время моя головная боль и наложница Марго.

При этих словах я показал «царице» кулак, который она «не заметила».

— А этот достойный купец — мой дядя Гуфар, прошу любить и жаловать.

После того как все недоразумения были улажены, решили поступить следующим образом — «Сафанна» со мной, гурской сталью и половиной сокровищ везет нас до Каира, после чего мы караваном следуем в Александрию, а судно возвращается в Райсут и грузится приготовленным дядей за это время товаром и затем следует в Китай. А половину сокровищ дядя превращает в деньги и дает в рост под проценты надежным клиентам в Багдаде, что не менее выгодно чем торговля и морские перевозки. Проводив дядю, подговорил Фараха чтобы он зашел в мою каюту будто бы поинтересоваться что леди желает на ужин, и между делом заметить, что у рыжей потемнел кончик носа. Вернувшись, озадаченный андоррец рассказал, что при этом упоминании Марго резко сняла корону и золотую цепь с кулоном, а затем вытолкала его вон. Когда я вошел в каюту, принцесса вновь обрела облик юноши и внимательно разглядывала свое лицо в зеркальце. Рассказал Деду, чем закончились мои переговоры с китайцами и поделился проблемой, что Зафар не умеет читать и за время рейса может все забыть или перепутать. Дед тут же нашел радикальный способ решения проблемы — просто под гипнозом забить в него все эти данные: где, что, кому передать, пропорции пороха на китайском (продиктовать переводчику и записать транскрипцию), как упаковать, и технику безопасности при обращении со взрывчатыми веществами. Хотел лечь спать на палубе кормы, но решил что народ не поймет, и чтоб не позорится, ночевал в своей каюте и на своей койке, а Марго улеглась на палубе, застеленной парусиной и подушками.

Утром укрыл парусиной сундуки, еще раз обговорил конструкцию второго яруса кровати с плотниками, оставил андоррца в качестве наблюдателя, а сам с Марго и Дедом двинул в сторону облюбованного нами пляжа. Учебные бои решили провести следующим образом: первый — рукопашный, второй — кинжальный, а третий — по итогам первых двух, на усмотрение рыжей. Вспомнив отбитую промежность негрилы, максимально собрался, Дед подал команду — файтинг — понеслось. Надо сказать, девочка конечно не панчер (нокаутер), но скорость и точность ударов у нее потрясающие! Опять же передвигается быстро и непредсказуемо, как будто инерции для нее не существует. Но вот защита у нее слабовата — рассчитана на уклонения и отскоки от длинных ударов наотмашь, блоков не ставит. На подножки и подсечки начала реагировать после того, как пару раз растянулась на гальке — быстро учится, это плюс. Минута боя показала что боец она отличный, но поскольку в скорости и реакции я

не уступал, то и аргументов против меня у Марго не было. Когда она поняла что мальчик для битья из меня не получается, а скорее наоборот — рыжая впала в ярость. Чтоб избежать случайных травм, пришлось успокоить съехавшую с катушек девицу ударом в под дых. В кинжальном поединке я тоже одержал верх, но пришлось постараться. Видимо я поторопился с выводами, что блоки ей неизвестны — после ее блока следовала молниеносная контратака, и будь кинжалы настоящие, мои предплечья были бы изрезаны до костей. Следующую атаку Марго провалила, получив колотый удар в печень и скользящий по шее — мне помогло то, что неожиданно для нее я сменил стойку на левостороннюю, лишив смысла подготовленную ею комбинацию ударов для атаки. Для третьего поединка рыжая затребовала копье и щит.

— У нищих слуг не бывает — можешь прогуляеться на «Сафанну». Скажешь Зафару, пусть подберет тебе что-то подходящее, и пусть наконечник снимет с древка — мне лишние дырки в организме не нужны.

Пока ожидал Марго, вдоволь наплавался и понырял. Правда далеко не заплывал и стилет на правом предплечье был при мне — хоть сознание услужливо стерло из памяти подробности нападения акул, но осадочек остался. Я даже слегка вздремнул, растянувшись в позе «морской звезды» на теплой, мелкой гальке, когда прозвучала команда «подьем»! Это скомандовала рыжая, притом на русском — видимо запомнила сегодняшнюю побудку. Растерянность и обида бесследно исчезли с лица наложницы, уступив место обычной наглой улыбке. Овальный, высотой около метра щит и полутораметровое древко, неравномерно оплетенное в средней части кожаным шнуром, составляли ее вооружение. Выполнив замысловатый, но красивый экзерсис (комплекс тренировочных упражнений, способствующий развитию силы мышц, эластичности связок…) напоминающий ката с шестом из восточных единоборств, Марго встала в боевую стойку. Наблюдая за ее приготовлениями, я «пятой точкой» почувствовал, что сейчас мне не поздоровиться — и ожидания меня не обманули. Короткое копье — по сути, дротик — жалило с частотой и со скоростью электрической швейной машинки, попытка перехватить копье закончилась ударом щита в мою голову, от которого звезды вылетевшие из глаз, заслонили весь небосклон. В общем, салага стал карасем, а я безоговорочно поверил в то, что истыканная стрелами престарелая амазонка — ее бабка — с помощью копья лишила жизни четырех подготовленных воинов, соответсвенно и в то, что со львом рыжая справится играючи. Вообще копьем Марго владела виртуозно — могла поймать на наконечник подкинутое колечко или сбить в воздухе три одновременно подброшенные монетки.

Позже по итогам боя Дед вынес вердикт.

— Если такое с тобой может проделать Марго, то значит, может кто-то еще. А следовательно нужна надежная защита, которая не стеснит движений и сможет противостоять подобным атакам. Это в первую очередь бахретец, латные перчатки и наручи. Бахтерец выигрывает в степенях свободы у тех же юшмана и калантаря, а кроме того прямые колющие удары отправит в рикошет, а боковые проникающие переведет за счет плотно примыкающих друг к другу пластин — по касательной относительно тела. Латные перчатки и наручи сами по себе уже и щит, кастет и ловушка, способные, достаточно безболезненно отклонить удар копья и щита, а также удерживать вражеское оружие и наносить ощутимые удары. И вообще по прибытию в Александрию нужно срочно собирать опытные, но не закостенелые кадры в области кузнечного дела, литья, ювелирки, столярки, прочих специалистов, ну и художника.

— А ювелиров и художников зачем? Будем чеканить и рисовать свои деньги?

— А кто тебе, Саня, изготовит перо для письма, рейсфедер, циркуль, транспортир и линейки со шкалой для чертежей, компас и квадрант для навигации, кто нарисует карты?

— Ну ты Дед и силен! Неужто карты на память помнишь?

— Конечно помню — туз, король, дама, валет и так далее. — Дед изобразил смешок и продолжил. — Шучу, а вообще-то хорошая мысль — если сделать карты размером с домино, то я вполне смогу играть, да и само домино не помешает. А по поводу карты — примерно помню, но главное я могу с высоты птичьего полета разглядеть довольно обширные участки, в том числе рифы и мели, и с твоей помощью перенести все это на карту. Так что карта у нас будет накопительная, — опять чему-то усмехнулся он.

В тот день мы довольно долго говорили о первоочередных шагах, которые предстоит сделать. В том числе о том, что для осуществления наших грандиозных целей нам нужна большая команда преданных единомышленников.

Вечером Марго, расположившись на втором ярусе нашей кровати, завела разговор о покупке для нее комплекта оружия и доспехов. Разумеется все только самое необходимое и недорогое. За прошедший день «корабельное радио» в лице Гуфара поведало о тех бесчисленных опасностях и баталиях, которые удалось пережить только ее господину и его дяде, поэтому для нее борт «Сафанны» в настоящее время представлялся одним из самых опасных мест в мире. Но надо отдать ей должное — девочка не сдрейфила, а только озаботилась превентивными мерами, которые позволят с большей долей вероятности избежать участи экипажа, который она уже заочно записала в смертники. Немного поразмыслив, решил, что ее желания не лишены смысла — мало ли что может случиться при переходе Красного моря и караванного пути до Александрии, а как боевая единица она внушительная сила — и дал добро. А также решил приобрести стреломет, как на «Амире» — тоже не помешает.

После утренней побудки отвел всю свою команду на пляж, где извалял каждого в гальке, а потом всех с помощью тех же щита и копья, отдубасила Марго. Далее довольная рыжая прихватив Басима и мой кошель, отправилась за покупками, а я с командой перешел к водным процедурам. Кроме андоррца плавать не умел никто — пришлось надавить «на слабо», чтоб загнать всех в воду. До тех пор пока не пообещал первому кто научится плавать золотой, энтузиазм команды был практически на нуле. А затем пообещал каждому научившемуся плавать еще один золотой за обучение этому искусству пары новобранцев, которых будет не менее сотни — дело пошло.

Выбор Марго Дед одобрил. Мелкоячеистая кольчуга двойного плетения до локтей и бедра, набитый хлопком поддоспешник. Островерхий шлем с кольчужной брамицей и со стрелкой, прикрывающей нос. Полутораметровое копье с обоюдоострым листовидным наконечником не менее сорока сантиметров длины с небольшим крюком на конце. Листовидный легкий щит со стальной окантовкой и дециметровым шипом в центральной части. Латная рукавица, наруч и наплечник на правую руку. Завершал ансамбль широкий кожаный пояс со стальными бляхами и длинный кинжал — скорее дага — с усиленной гардой.