Эпоха Дугаров
Шрифт:
– Демиан Амон и Присцилла Де’Лин, – объявил герольд.
Забавно, остальные не стоили даже упоминания. Задело ли это гордость юного Морокеи? По крайней мере, он выглядел куда более напряженным, чем узкоглазый старик Ямада и его двое подчиненных.
Уверенной поступью мы пересекли огромный зал, расставленные вдоль стен стражники внимательно наблюдали за нами: вооруженные арбалетами – располагались слева и справа, мечами – у трона и дверей. Здесь собрался, казалось, весь придворный люд. Это объясняло отсутствие придворных слуг на нашем пути. Зал утопал в разнообразии одежд: бархат, шелк, кружева. Собравшихся не менее сотни. Они провожали нас взглядами от дверей до императорского
И вот тогда я обратила взор на каменный пьедестал.
Прошедшие месяцы никак не отразились на Джованни. Все та же надменная гримаса, тонкие пальцы, отыгрывающие недовольную дробь на подлокотнике. Он гордо восседал на троне с накинутой на плечи мантией из волчьей белой шкуры, черная корона прикрывала лоб. Рубины в ней переливались в солнечном свете, что нельзя было сказать о затуманенных голубых глазах.
Придворный люд расступался перед нами. Благоухание, исходившее от лордов и леди, резало нос: я не переносила столь резких запахов апельсинового масла.
– Ну, здравствуй, Присцилла, – выбил знакомый голос почву из-под ног.
Мы остановились. Шумные переговоры тотчас стихли, и я медленно подняла взгляд по каменным ступеням. «Здравствуй» – это все, что он мог мне сказать? После того как подослал наемников, мечтающих о вознаграждении, и заставил меня бегать от них по лесам? После того, как вероломно приказал убить Хаку? «Здравствуй», – боль кольнула разум. Джованни не интересовал ни Демиан, ни прибывшая разношерстная свита – он смотрел только на меня. Презрение? Нет, было в этом что-то еще, подмазанное его дивной улыбкой, которая говорила: «Я знаю то, о чем ты даже не догадываешься».
Амон, было, открыл рот, но Джованни оборвал его:
– Бард, ты свободен, – маг лениво поднял запястье и указал Ерихону в сторону выхода. – Я знал, что ты не подведешь. Тебя уже ждут.
Какое-то мгновение я переваривала смысл услышанных слов, однако поведение барда окончательно меня сразило: он просто поклонился и ушел под перешептывания людей и злорадные ухмылки, спрятанные за шелковыми платками.
Скинув с себя тяжесть повисших в воздухе вопросов, Амон вышел вперед и встал возле закованных в броню мечников, охраняющих подход к ступеням.
– Мы пришли поговорить с тобой, Джованни, и дело не только в праве на трон. Хватит играть в игры: Берселия тонет в нищете, земли умирают, люди покидают свои дома, а с моря нас давит Песок. Северу как никогда нужен сильный правитель, и им должен быть я, – на мгновение зал окутала тишина, а лорд выжидающе подставил руку к подбородку. В его лице читался еле уловимый интерес, но это больше походило на скуку. – И меня поддерживают не только северяне, которых ты заклеймил мятежниками, – продолжил говорить Демиан под нарастающий гомон. – Со мной Юг, и даже люди гёто. И если ты не примешь наших условий, нам придется пойти на столицу войной.
Если Демиан и репетировал речь, то прозвучала она неубедительно, будто он только что ее придумал. Знать засмеялась, и даже слуги позволили себе мерзко захохотать вместе с помпезными лордами. Амону не хватило решимости в голосе, как и злости, которую тот испытывал, но почему-то скрывал.
Смех Джованни прокатился раскатом грома:
– И
ты серьезно в это веришь, мальчишка? – оскалился он. – Вы многого не знаете. Империя уже моя, и я не собираюсь уступать трон какому-то слизняку, возомнившему, что семья Амон еще имеет вес в обществе. Глупости. Запад уже признал меня императором, а на очереди ждет Восток.– Каким образом?! – Лоурен, чья храбрость оказалась сильнее здравомыслия, встала на защиту Демиана, в то время как я потерялась в каком-то дурмане, борясь со своими страхами. Мой взгляд опустился на грязные пятна подола ее платья.
– А вы разве не слышали? – самодовольно фыркнул лорд. – Буквально на днях семью Вайлон постигло несчастье, и место хозяина Запада занял его советник.
– Твой друг, – внезапно заключил Морокеи. – Я прав?
– Сегодня вечером та же участь ждет семью Теган на Востоке, – публика взорвались овациями одобрения, а Джованни хищно прищурил глаза. – Ты ведь Ортакор, мальчишка? Радуйся, что твой отец вовремя покинул город, но надолго его не хватит.
– Моя армия раздавит тебя прежде, чем ты шагнешь на Южные земли! – с вызовом бросил юноша, но внимание лорда уже переключилось на кого-то позади меня.
– Что же касается тебя, – я обернулась – обращался он к Салазару. – То я, признаться, поражен. Столько выдержки, смелости, хитро провернутых авантюр… и ради чего это все? Ты переметнулся на светлую сторону или это всего лишь убедительная игра? – заметив вопросительные взгляды, обращенные на переводчика гёто, Джованни, насмехаясь, улыбнулся. – Никто не знает, я угадал? Ты все держал в секрете от своих друзей? Что же, тогда я сам сделаю всю грязную работу. Дамы и господа, – лорд поднялся с трона и развел руками, обращая к себе внимание и взывая к тишине. – Позвольте представить вам…
– Заткнись! – по лицу поплыл жар с таким же пылом, как и дрожь по рукам. Мне хватило наглости прервать императора на полуслове, и теперь толпа придворных поедала меня глазами.
– О, – изобразив удивление, Джованни не сдержал издевательского смешка. Лицемерно-ангельское лицо подхлестнуло мою ярость. – Это твой новый приятель? Как мило, что ты защищаешь его. А где же твои остроухие полукровки? Я так хотел познакомиться с ними лично, прежде чем рассказать о тебе множество интересных вещей.
Я промолчала, закусив губу. Мой взгляд был прикован к носкам грязных сапог, а пальцы болели от натуги, сжатые в кулаки. Старый наставник Келль говорил всегда смотреть врагу в глаза, но после общения с Марком и лупоглазым эльфом я открыла истину, что в глазах врага – только смерть.
– Присцилла, почему ты не смотришь на меня? Боишься? Ты не хочешь ничего мне объяснить? Нам всем. Или ты желаешь, чтобы я рассказал о тебе всю правду?
У меня засосало под ложечкой. Шестеренки скрипели в голове, но я не понимала, к чему он клонит. Знала лишь, что мы зря теряли время – обмена подарками не предполагалось, вина и эля не предлагалось. Лорд старательно затягивал разговор, но для чего? Что он задумал?
Напряжение в воздухе ощущалось физически. Из-за трона вышло несколько людей в черных одеяниях – то же происходило и в толпе. Эльфийский слух улавливал щелчки заряженных арбалетов у рядов стройных колон.
Салазар встал передо мной и закрыл своей спиной.
– Это уже переходит все границы, Джованни, прекращай свой спектакль. Время разговоров закончилось. Быть войне, и твоих людей никто щадить не станет.
Темнота сгущалась с потолка, закрыв богатые расписные узоры. Она заскользила по стенам, окнам, остерегаясь солнечных лучей, и клубилась черным дымом. Холод пополз по коже. Я вновь одернула Сола за рукав, но он был слишком занят.