Элуран
Шрифт:
– Сейчас не важно, зачем он это сделал, может он вам хотел так помочь, не выдавая себя. Думаю, вам всё-таки стоит поехать в ближайшие дни в Крехт. Терять время в таком случае нельзя.
– Ехать в другую страну из-за какого-то непонятного письма, при этом бросив лавку? Не только абсурд, но ещё и убытки за время нашего отсутствия. Знаешь ли, нам потом ещё и налоги платить нужно и на что-то жить, а в итоге промотаем все деньги на эту поездку, которая может оказаться совершенно бесполезной.
Мириам положила руку на плечо Валенти, медленно провела ей сверху вниз по спине и обняла юношу, утыкаясь лицом ему в плечо. Это
– Езжайте, а я буду работать в вашей лавке, пока вы не вернётесь. Я возьму только двадцать процентов от общей прибыли, которая выйдет в конце. Если что, то какие-то кончившиеся ингредиенты и товары я буду понемногу закупать, а расходы записывать. Договорились? – она положила голову на плечо Вито и прикрыла глаза.
Девушка почувствовала, как элуран медленно расслаблялся, от него не исходило напряжение, не чувствовалась нервозность, только усталость. Она и сама устала. Эта встреча всё-таки их по-своему вымотала и им теперь требовался покой.
Вито в ответ приобнял Мириам и погладил её по распущенным светло-русым волосам и шумно, со свистом выдохнул. Она знала, как его успокоить, ну или как заставить хотя бы умерить пыл. Предложение оказалось заманчивым и выгодным для них: Мириам получала деньги и они втроём не оставались после приезда на мели, единственное, что его не устраивало, так это то, что она сама себе поставила такой небольшой процент за многочасовую работу в душной лавке.
– Не двадцать процентов, а сорок, и это решение не обсуждается. Если что, то можешь жить у нас и пользоваться всем домом, чтобы не ходить каждый день так далеко. Правда у нас не дом, а развалюха, – последнюю фразу он сказал почти шёпотом, было слишком стыдно. – Я могу перенести твои вещи к нам, чтобы ты лишний раз не таскала тяжести. Наверное, всё-таки мы поедем завтра, быстро соберём самые необходимые вещи и сядем на ближайший по расписанию поезд в Розен, остановимся у сестры на день-два и снова в путь, потратим так, наверное, недели полторы, но это как минимум, как максимум – две с половиной со всеми остановками. А потом будет спокойная дорога домой. Наверное. Если с нами ничего не приключится.
– Без разницы, какой дом, дом есть дом и правда, это намного лучше, чем отсюда каждый день ходить к вам. Может мне даже полегчает, пока буду жить у вас, кто знает. А вещи я сама потихоньку перенесу, мне совсем немного нужно. Думаю, встретимся завтра у вашей лавки, только скажи, во сколько, – Мириам ткнула юношу лбом в своё плечо. – И прекрати волноваться и нервничать из-за всякой ерунды. Куда делся тот самый Вито? Жизнерадостный и наглый южанин, который без приглашения заваливался ко мне в гости всего на полчаса, а в итоге оставался до самого обеда следующего дня?
Молодой человек не ответил, лишь коротко пожал плечами и посмотрел куда-то себе под ноги. Сейчас не было того самого запала, чтобы быть весёлым и резким Вито Валенти, которым он был практически всегда. Единственным исключением, которого не касалось его резкость и некоторая порывистость – девушки и дамы, однако, он нередко позволял себе всякого рода наглости «во благо», к примеру, сделать комплимент какой-нибудь милой леди даже несмотря на то, что та точно шла со своим кавалером. Иногда за эту
наглость он получал по носу.В голове было совершенно пусто, но пустота не угнетала, наоборот, сейчас от этого было так легко и хорошо, Вито не хотел забивать голову ненужными беспокойствами, от которых становилось только хуже.
– Приходи в четырнадцать, я всё объясню и покажу. Кстати, мы же можем оставаться кем-то вроде близких друзей, ведь так?
Девушка отлипла от плеча Вито и хитро улыбнулась, щурясь. Лицо вновь приобрело былую бледность.
– Если ты имеешь в виду под «близкими дружескими отношениями» всё то же самое, что было до этого, то как пожелаешь, я лично очень даже не против. Но всё-таки советую поменьше ко мне заглядывать.
Вито взглянул на часы. В этой беготне он потерял слишком много времени – часы показывали семь вечера, пора идти домой, подменять Нино или Ала и поздним вечером решать вопрос с отъездом.
– Мириам, извини, но мне уже нужно идти, – Вито не стал выпутываться из объятий или спихивать женские руки, он бы с удовольствием посидел так ещё немного, но увы, время было не на его стороне. – Если что, то мы обязательно увидимся завтра и после того, как я вернусь в город.
Мириам неохотно отпустила Вито и внимательно следила за тем, как тот накидывает на себя пиджак и убирает в карман письмо. Проводив Валенти до двери, она придержала его за рукав, останавливая.
– Если что, то ты ничего от меня такого не слышал и ничего не знаешь, а такая разбитость из-за расставания, понял?
Молодой человек отмахнулся и освободил руку из хватки Мириам.
– Я сам найду что сказать, если вообще будет такая надобность. До завтра.
Вито покинул квартиру, тихо прикрыв за собой дверь, и быстро спустился по лестнице. Он старался ни о чём не думать, но мысли сами собой толпились в голове и взбирались друг на друга, им становилось тесно, а Вито было всё тяжелее отвлечься от этого.
Выйдя на улицу и вдохнув грязный, пропахший гарью воздух, Валенти чуть отвлёкся от гнетущей наполненности мыслями, притом печальными и неприятно тяжёлыми. Он бесцельно осматривал улицы и серые однотипные дома, запихнув руки в карманы брюк и чуть ссутулившись. Иногда мимо проходили рабочие, расходились по домам после своих смен, уставшие, нахмуренные, в их глазах можно было проследить всё что угодно: от тихой злости до самой крайней степени бессилия, когда было всё равно что делать и куда идти – дни в таком состоянии просто пролетали незаметно и довольно бесполезно. Но Вито всё равно не мог сосредоточить на этом внимание полностью, хотя это и помогло ему отвлечься.
На торговой площади народа так и не убавилось. Вито что-то пробормотал себе под нос, окинув необъятную толпу взглядом, пожал плечами и стал проскальзывать между людьми, стараясь прижаться как можно плотнее к стенам домов, так хотя бы была меньше вероятность того, что толпа засосёт в самую свою пучину и выплюнет где-то на другом конце площади, противоположном от нужного. Дальше следовал знакомый и любимый восточный жилой район, достаточно тихий и расслабляющий после шума площади. Жители этого района были куда более веселы и менее замучены, чем те, кто жил в заводском районе, хотя, сравнивать два этих места было глупо и бесполезно. Жизнь в двух местах в приделах одного города так отличалась, что Вито было странно это понимать и осознавать.