Элен & Эльза
Шрифт:
– Это тебе на удачу, – она протянула обувь Эльзе. – Я буду молиться за тебя. Дай Бог, чтобы сегодня звезды сошлись, как надо.
Эльза обхватила шею сестры и разрыдалась. В тот же момент прозвенел первый звонок – сигнал зрителям занять места в зале.
Глава 6. Бал
Грянули мощные аккорды вступления, зашумели лебедки за сценой, и кулисы полетели в разные стороны. Пять, шесть, семь, восемь – и кордебалет высыпал на сцену. Танцовщицы закружили в парах, вся сцена заполнилась всполохами света и зайчиками от блесточек на костюмах. Элен была во второй группе и старалась поддерживать синхронность. Вступление было достаточно насыщенным и, по счастью, не слишком долгим. Зависла пауза, притух свет, и, подсвеченная лишь лучом световой
3
Spiccato (итал.) – музыкальный штрих, используемый на струнных смычковых инструментах.
Господин Остерманн остался, если можно так сказать, неимоверно доволен. Краем глаза он весь танец наблюдал за Кохом – тот был напряжен, как барс перед прыжком: глаза следили за Эльзой, не отрываясь, рука беспрерывно теребила мундштук сигариллы. Сегодня явно кто-то будет осыпан похвалами, и Август заранее был к этому готов. Как только танец закончился, он в три прыжка оказался на сцене и, поддерживая руку Эльзы, уже кланялся, не скрывая ублаготворенную улыбку, попутно рассылая воздушные поцелуи. Триумф – дело приятное, как не верти.
Занавес выдержал несколько поклонов и наконец закрылся. Наступала основная часть бала – танцы с офицерами. В программе вечера допускались и прочие проявления уважения величию Республики, но никто не собирался кругами слушать гимн и прославлять, безусловно, мудрое руководство, а вот поднять бокал-другой во славу нации и здоровье Канцлера, согласитесь, – отличный повод разогнать кровь. Публика постепенно сбрасывала с себя официоз, офицеры веселились, танцуя с молоденькими танцовщицами, серьезные дяди растекались в улыбках при виде такой красоты, а их жены тайком любовались выправкой армейских и недоверчиво косились на старлеток.
Александр никогда не был большим любителем балета, так, где-то что-то читал, видел или слышал, не сильно в то вникая. Тем страннее для него была собственная реакция на сегодняшнее действо, которое, к большому удивлению, его чертовски захватило. Можно сказать, выволокло душу из глубин его нутра на самую поверхность. И эта удивительная танцовщица. Она была абсолютно чудесна и безудержно прекрасна. Её черты были так естественны, а движения точны и превосходны, что молодому офицеру ничего не оставалось, как попросту безнадежно влюбиться. Вот и сейчас он с надеждой наблюдал её в другом конце зала, пока она общалась в обществе двух взрослых мужчин, дорого одетых, один из которых до того выходил на поклон – это был, скорее всего, директор местной балетной школы, и второй, судя по всему, был еще более важной персоной. Все трое были в приподнятом настроении, улыбались, и видно было, что, беседуя, то и дело пытались перекричать грохотавшую на танцполе музыку. Александр направился к ним.
– Позвольте представиться, – молодой офицер шаркнул ногой на старинный манер. – Александр!
– Мы немного заняты, не примите за неуважение, – слегка скривился господин Остерманн. Кох только слегка закатил глаза, но сразу же улыбнулся, повернувшись к Александру, и произнес:
– Вы тоже были впечатлены танцем Эльзы?
– Я не видел ничего лучшего до сегодняшнего дня!
– Мне она тоже весьма понравилась. Думаю, с этого момента она станет успешно развиваться под моим патронажем. Вы можете поискать себе другую партнершу для танца, пока мы обсуждаем детали, не правда ли?
– Да, – смутился Александр. Хм, настолько резко и грамотно его осадили. Зато он теперь
знает Её имя. Эльза. Он отошел на несколько шагов. Постояв немного, он решительно направился к бару. Опрокинув пару бокалов, он немного поводил взглядом по толпе, выискивая подходящую для вендетты девушку, перекинулся парой колкостей с таким же горемыкой и вышел на улицу. Нет, черт возьми, какие же великосветские крендели! Кровь начинала бурлить. Он выкурил сигарету и собрался уже возвращаться в зал, как заметил Эльзу у служебного входа. Она стояла как ни в чем ни бывало, кутаясь в куртку и потягивая кофе.– Вас наконец оставили эти два остолопа? – нарочито небрежно спросил Александр, подойдя поближе.
– Молодой человек, а вы не поклонник светских манер, – усмехнулась девушка, парень ей явно понравился, но его неожиданная прямота немного смутила.
– Было шумно, вы, наверно, не расслышали, меня зовут Александр, – как ни в чем ни бывало продолжил он. – Я подходил к вам в зале, когда вы беседовали с этими… двумя старикашками, – Александр расплылся в улыбке от своей, как ему показалось, весьма удачной шутки. – Вас же Эльза зовут? Эта музыка, этот танец… Я просто восхищен вашим выступлением!
– Эль… Эльза, да, все верно, – девушка странно улыбнулась, – спасибо за комплимент, весьма приятно.
– Я могу вас угостить чем-нибудь?
– Вы знаете, я бы даже перекусила, от танцев и волнения, знаете ли, есть что-то очень хочется, – балерина с насмешкой взглянула на Александра. Тут он вытянулся в струнку, поправил китель и протянул согнутую в локте руку девушке:
– Для Вас сегодня открыты все рестораны, мадам! – и нарочито подобострастно поклонился.
Девушка рассмеялась. Они прошли внутрь к фуршетному столу. Это не совсем походило на ресторан, но там оставались какие-то закуски и напитки, что сейчас их вполне удовлетворило. Энергичная музыка волнами раскачивала зал, атмосфера становилась все более раскованной, и вот уже они вдвоем пульсировали в такт этой музыке вместе со всеми остальными на огромном танцполе. Александр ловил себя на мысли, что Эльза каким-то неуловимым образом умудрялась слегка меняться весь вечер, скажем, иногда обрывая разговор и продолжая его через некоторую паузу. А иногда у нее неожиданно появлялись какие-то вещи, вроде шарфика, а затем так же бесследно пропадали. Но если отбросить все подобные странности, то все было просто замечательно: они пели, хохотали и танцевали, практически не останавливаясь.
Наконец господин Остерманн взял слово и объявил праздничный вечер оконченным. Он горячо поблагодарил мужественных офицеров Армии Республики за достойную службу, еще раз похвалил своих воспитанниц за прекрасное выступление и власти города – за шикарный прием. А также предложил поднять бокалы за здоровье Канцлера, конечно.
Подвыпившие офицеры небольшими кучками побрели в сторону Канцелярии, за которой уже достроили шатер для ночлега, а в балетной школе постепенно начал гаснуть свет. У входа остался стоять только Александр. Он ждал Эльзу. Медленно тянул последнюю сигарету в предвкушении приятного вечера в обществе неимоверно прекрасной девушки. Неожиданно их вышло сразу две.
– Эльза? – только и смог промямлить он.
– Эльза.
– И Элен, – почти эхом повторила вторая и засмеялась. Звонкий смех Элен вывел Александра из ступора, и почему-то он тоже рассмеялся. Смешинка перекинулась на Эльзу, и вот уже они все трое хохотали друг над другом. Наконец раскрасневшиеся от смеха сестры объявили, что в утешение они позволяют проводить их обеих до дома. Александр глянул на часы, вспоминая, что увольнение в связи с балом продлили до суток, улыбнулся и сказал, что лучшего охранника в это время скорей всего им уже не найти.
– А мы ничего и не боимся! – почти синхронно отчеканили девушки. – У нас тут всегда спокойно.
– Даже скучно, – добавила Эльза уже одна и, поняв это, потупила глаза. Александр неуверенно ухмыльнулся. Он поднял почти невесомую сумку сестер, перекинул через плечо и зашагал вперед. Элен с укором глянула на сестру и пошла вслед. Эльза улыбнулась и побежала обгонять сестру.
– А насколько ты задержишься у нас? – прощебетала она как ни в чем ни бывало. Александр закатил взгляд, нахмурился и произнес в шутку, слегка чеканя по-военному: