Ефрейтор Икс
Шрифт:
Денис, было, попытался исчезнуть за прибрежными ивами, но Генка ловко перехватил его, и заговорщицки что-то нашептал на ухо. После чего Денис от него не отходил ни на шаг. Но Павлу некогда было голову ломать, чем таким Генка мог привязать к себе непоседливого Дениса, рвавшегося обследовать окрестности. Когда Ольга последней спустилась к берегу, Павел быстренько достал из сумочки моток веревки, нож в ножнах, привесил ножны на веревку и обвязал вокруг талии. Сдвинув ножны на спину, беззаботно насвистывая, спустился с берега и вошел в воду. Он не боялся потерять нож в воде, ножны застегивались на тугую кнопку. С минуту, поплескавшись вместе со всеми, он встал у берега по плечи в воде, проделал гипервентиляцию на девять
Без плеска, всплыв на поверхность, он поплыл неторопливым размеренным брассом, осторожно косясь на берег. Вскоре поравнялся с компанией; трое парней непринужденно расположились вокруг куска полиэтилена заставленного пивными бутылками, чем-то еще, возможно покрепче. Павел окинул быстрым взглядом окрестности, больше никого не было видно. Черт, но в машине их сидело вроде бы четверо… Пока он разглядывал компанию, его заметили. Один из парней что-то сказал, и двое других медленно обернулись. Поглядев на Павла вроде бы равнодушно, они снова принялись за пиво. Проплыв еще немножко, Павел торопливо переплыл протоку, и вылез на острове. Перевалив узкий остров, заросший ивняком, он пошел вверх по течению по горячему белому песку.
Черт возьми! Жизнь почти наладилась; есть деньги на шашлыки и хорошее вино, живи, да наслаждайся солнышком, а тут какие-то уроды сидят и пялятся на тебя в бинокль! И ведь не подойдешь, не спросишь, чего им надо? А если спросишь, получишь в ответ: – "Ты, дядя, с какого хрена сорвался?"
Павел еще издали услышал вопли и смех, несущиеся из протоки. Веселье было в полном разгаре, Генка уже таскал Ольгу на руках, а Димыч на мелководье обучал Дениса рукопашному бою в воде. Одна Вера пыталась чинно плыть против течения. Павел переплыл протоку и вылез на берег. Незаметно сунув нож в сумку, подошел к машине и открыл багажник. Послышался голос Димыча:
– Девочки, вы маленько подогрейте шашлыки над углями, а мы сейчас решим, с чего начнем; с водочки или белого вина…
Они с Генкой с двух сторон обошли машину, склонились к багажнику, Димыч спросил:
– Ну, что?
– Трое. Сидят и пиво пьют. Одни парни.
– Ясненько… – протянул Димыч. – В машине их четверо было… Это что же, выходит мы и правда, не всех птичек переловили? Или, за тобой, Паша, охотятся две банды.
Они прихватили бутылку водки, побольше пива, и, пересмеиваясь, отпуская шуточки, пошли к достархану. Женщины уже сидели там, Денис чистил апельсин, от шашлыка он наотрез отказался, видимо объелся в самом начале. Димыч разлил водку, дамам налил белого вина и принялся говорить тост. Он мастерски копировал грузинский акцент, и тост был явно грузинский, но Павел уже забывал начало фразы, когда Димыч еще не добирался до ее конца.
Тост оказался таким длинным и цветистым, что дальше бутылку допивали уже без тостов. Удивительно, но и после второй Павел не чувствовал себя опьяневшим; так только, слегка отяжелевшим. Генка осушил бутылку пива, и они с Денисом, заговорщицки перешептываясь, направились к машине. Некоторое время постояли, склонившись над открытым багажником, потом хлопнула крышка багажника, и они направились на берег, а потом по берегу вниз по течению. Генка что-то нес перед собой.
Вот оно что, наконец, дошло до Павла, Генка пообещал Денису показать автомат, а может, и пострелять из него. Не зря же они пошли в сторону топтунов.
Димыч отошел немножко
вверх по береговому откосу, сказав жене, что его что-то сморило, и ему надо вздремнуть. Павел сразу догадался, что он туда не дремать пошел. Просто, с того места было видно соседей. А поскольку Павлу никаких распоряжений не поступало, он лежал на солнышке, попивал пивко и наслаждался жизнью, как умеют наслаждаться жизнью закаленные солдаты между боями. Чуть заметный ветерок доносил разговор женщин. Они думали, что Павел ничего не слышит, но он отлично разбирал каждое слово.Вера говорила:
– Это же невыносимо, каждую ночь, когда он задерживается, сидеть и ждать телефонного звонка, и известия, что он погиб, выполняя служебные обязанности…
– Ужасно, кто спорит, – откликнулась Ольга, – но если заставлять мужчину делать то, что ему несвойственно, он это будет делать спустя рукава и никогда не добьется успеха. И потом, это в тебе не более чем эгоизм говорит. А ты подойди с другого боку. Какая разница, если ты от него уйдешь, или его убьют? Никакой. Вы все равно расстанетесь. Только, если его убьют, ты будешь получать пожизненную пенсию…
Вера задумалась, потом рассмеялась:
– До чего ты мудрая женщина, Оля… А что, скажешь, и с его бабами мириться?
– Господи, Вера! Я ж тебе говорю, мужиков не переделаешь. Полмира живет по законам шариата, мы, русские, еще тысячу лет назад были язычниками и многоженцами. Видимо, в этом что-то есть… Видимо, природой предрасположено, чтобы мужчина имел несколько женщин…
– Тебе хорошо говорить… Твой-то всегда на виду, и не отговорится, что на оперативном мероприятии был…
Ольга рассмеялась:
– Ты бы слышала, какие он истории выдумывает, когда связывается со своей очередной поэтэской! Самое смешное, что он искренне в нее влюбляется, но и меня любит, вот и разрывается пополам. Нет, Вера, я бы на твоем месте Димыча ни на кого не променяла, разве что на Пашку… Надежные они. И ведь посмотри на них, их ведь так просто не убьешь, как тигры на охоте. Вроде отдыхают, водку пьют, а насторожены так, что отсюда слышно, как нервы звенят. Ты думаешь, Димыч там спит на солнышке? Куда там, за соседями наблюдает. И думаешь, почему у него все время рядом свернутое полотенце лежит? Да пистолет в него завернут. И у Пашки все время сумочка под рукой. Я точно знаю, что у него там нож и револьвер лежат.
– Оля, да ты что?! – Вера чуть было не подскочила.
– Понимаешь, за Пашей уже неделю какие-то люди следят, а во вторник даже утопить пытались. Позавчера он на рассвете явился в наручниках. Сказал, что какие-то люди возле дома скрутили и в подвал запихали, но ему сбежать удалось.
– Оля, надо уезжать отсюда! Ну его к черту, такой пикник…
– Успокойся, пожалуйста! – Ольга укоризненно покачала головой. – Наши мужики нас в обиду не дадут. Я, например, чувствую себя даже в большей безопасности, чем в городе. Просто, Вера, наберись терпения. Все будет. Только не мешай ему. Они ведь лучше знают, что делать. Если поехали на пикник, значит, считают, что это безопасно. Если твой Димыч не увольняется из органов, и не нанимается в холуи к какому-нибудь богатею, значит, так надо. Значит, иначе он не может. Мы ведь тоже столько лет жили в полнейшей нищете; года три вообще одной картошкой с постным маслом питались. Но ведь нашел Паша выход. И твой Димыч найдет, ты только потерпи…
Тут невдалеке раздалась длинная, на полмагазина, автоматная очередь. Вера вскочила, Ольга тоже машинально вскинулась на ноги. Павел проговорил назидательно:
– Когда поблизости раздаются выстрелы, первым делом надо распластаться на земле, а потом уж выяснять, кто стреляет и в кого…
Ольга тут же бросилась на землю, потянула за собой Веру.
Подал голос Димыч:
– Не бойтесь. Это Генка с Денисом забавляются.
Тут послышалась серия из коротких очередей.
Димыч сказал: