Единственная для Люцифера
Шрифт:
— А с ним что? — Она наклоняется к лежащему и громко храпящему Люциферу.
Резко все затихают и поворачивают свои головы в сторону этих двоих.
— Хм… уснул засранец! Надо же, — констатировал кто-то из присутствующих и Марио громко засмеялся.
Лили
Когда мы с мамой съехали со своей маленькой и тесной квартирки в плохом районе, к ее новоиспеченному супругу, мне было восемь лет. Будучи мужчиной серьёзным Марио, подошел к нашему переезду со всей своей ответственностью. Лучшие дизайнеры города трудились над оформлением нашего нового жилища. Мне была выделена огромная комната в правом крыле на втором этаже. В левом жил Паоло его сын от предыдущего брака. Мы с ним всегда не особо общались. Разный возраст. Разные интересы.
Но, время шло. Мы росли. Со временем наши отношения приобретали более дружеские очертания. Паоло заботился обо мне, как истинный старший брат. Хотя таким и не являлся. Марио не удочерял меня, а у меня был свой отец. Правда, мне запрещали с ним общаться.
Что греха таить, лет после пятнадцати, я начала тайно засматриваться на Луккезе младшего. И воспринимать его, как привлекательного, молодого мужчину. С этого самого момента, в мою юную голову начали проникать, далеко не юные мысли. Я фантазировала о том, а что было бы, если бы мы перешагнули эту невидимую черту между нами? Я более чем уверена, что в отличие от меня, у Паоло таких мыслей не было. Он всегда был окружен девушками своего возраста и никогда не жаловался на недостаток внимания с их стороны.
Будучи ребенком спокойным, хотя, правильней сказать удобным, со мной никогда не было проблем. Я не спорила. Не капризничала. Не протестовала. Всегда была занята только учёбой. Интроверт до мозга костей. Про таких, как я, ещё говорят «книжный червь». В моей жизни ничего особенного не происходило. Конечно, не учитывая только то, что муж моей матери крестный отец местной мафии. А так в принципе ничего.
В нашем доме ни для кого не секрет, чем на самом деле, кроме бизнеса, занимается глава семьи. Все знают и все интеллигентно умалчивают об этом. Меня, как правило, никогда не посвящают в семейные дела и проблемы. Но я все равно стараюсь держать ушки на макушке.
В отличие от меня, Ванесса всячески пытается вникнуть во все сферы жизни семьи Луккезе. Она крутит и вертит Марио так, как сама того хочет. Не зря говорят, что за любым успешным мужчиной, всегда стоит умная и хитрая женщина.
С Марио у меня сложились абсолютно нейтральные отношения. Я никогда не пылала к нему пылкой любовью послушной падчерицы. При этом всегда уважала его. И была благодарна за все то, что он для нас с мамой делал. В подтверждение этого при посторонних я называла его папой. В свою очередь Марио всегда относился одинаково к детям одинаково. Он не делил нас на чужих и своих. Всегда был предельно строг, как со мной, так и с Паоло. Со временем Паоло стал правой рукой своего отца. Он получил диплом юриста и вёл весь легальный бизнес своего отца.
Сейчас мне восемнадцать. Я учусь в местном колледже. Хочу в этом году сдать вступительные экзамены в университет, чтобы переехать в другой штат. Подальше от своей чересчур заботливой матери.
На данном этапе своего развития, всю свою жизненную мудрость я, как правило, черпаю из книг, интернета и разных романов о любви.
Паоло… Он, несмотря на свои сицилийские корни, совсем не похож на итальянца. Ни нравом. Ни внешностью. Светло-русые волосы. Голубые глаза. Светлая кожа. Всем этим он пошёл в свою мать. О ней мне мало что известно. Для него это открытая, зияющая рана в которой мне не хочется ковыряться. А спрашивать об этом у Марио желания как-то особо не было. Я знаю только то, что ее звали Эмили и она бедняжка умерла очень молодой. Луккезе младший для меня был примером для подражания во всех смыслах. Всегда и во всем лучший. Всегда и во всем первый. И совершенно не важно это учеба или спорт. Лидер. Настоящий красавчик. Девчонки всегда смотрели на него с неприкрытым вожделением в глазах, не стесняясь пускать во всю слюни.
За время учебы в университете у Паоло появилась девушка. Некая Джеси. Я видела
ее всего-то ничего. Несколько раз. И то мельком. Но и этого хватило, чтобы она мне не понравилась. Надутая блондинка. Искусственная. Фальшивая. С видом ангела в сахарном сиропе. Фу! До сих пор тошнит от неё. Даже при одном воспоминании. После окончания учебы парень год стажировался в Европе. Он был юристом при посольстве. Видимо из-за этого они и расстались с Дженис на какое-то время. Но когда он вернулся в США что-то в нем изменилось. Он стал более скрытным что ли.Возможно, конечно, все дело в ревности. А может виной всему мой юношеский максимализм. Но я тихо ненавижу эту Дженис. Мне хочется, чтобы они снова расстались. И Паоло был бы тогда только моим.
За четыре месяца до событий
Осень. На улице холодный ноябрьский вечер. Сырой ветер дует мне в лицо. Я поправляю берет на голове и спешно шагаю по Пятой Авеню. В душе таится надежда, что я все-таки смогу словить хоть одно свободное такси. Людей на улице немного. А те одинокие прохожие, которые встречаться на моем пути прячутся от ветра за воротниками. Когда в этом городе начинает портиться погода, так сразу кто-то невидимый объявляет охоту на желтые машины с шашечками на крыше. Ветер беспощадно треплет мои волосы, а ощущение такое, что треплется сердце внутри.
Я подхожу к краю тротуара и поднимаю руку. Визг тормозов. И вуаля! Происходит чудо. Возле меня останавливается такси. Запрыгнув внутрь, я наконец-то перевожу дыхание.
Я всегда стараюсь быть пунктуальной. Но, к сожалению, это получается не всегда. Точнее, никогда. У меня в жизни есть проблема. Я хронический «опоздун» и это не лечиться. Пробовала. Не получилось. Я опаздываю всегда и везде. Меня за это не любят преподаватели в колледже. Эту эстафету, точнее нелюбовь ко мне, им передали мои учителя, по какой-то невидимой сверхчувствительной связи. Преподам приходиться закрывать глаза на мои постоянные опоздания, потому как учусь я хорошо. Можно сказать, что я лучшая студентка на курсе. Конечно же не обходится и без нагоняев. Редко, но все же я пишу объяснительные по этому поводу.
За окном автомобиля мелькают дома, оконные витрины модных магазинов и разноцветные вывески. Спустя минут десять я прибиваю к месту назначения. Оставляю водителю, судя по внешности индусу, щедрые чаевые и выскакиваю из машины. Пулей лечу в здание. Пока капсула лифта поднимает меня на девятнадцатый этаж, я достаю из сумочки маленькое зеркальце и привожу себя в порядок. Дверь лифта отъезжает в сторону, и я оказываюсь на светлой площадке. Быстро нахожу нужную дверь. Пропустить ее трудно, потому как из-за нее доносится эхо происходящего за ней веселья. Жму на звонок и пытаюсь натянуть улыбку перед камерой домофона. Спустя буквально несколько секунд дверь передо мной распахивается, и я встречаюсь с парой наиграно сердитых глаз.
— Ну неужели, — моя подруга Агата показательно всплескивает руками. — Наконец-то пришла эта зубрилка! — с упреком в голосе она обнимает меня.
Агата, это, пожалуй, единственный человек на планете Земля, который не бесит и не раздражает меня своим шумом. Ее дикая энергия заряжает. А веселый норов не дает соскучиться и забыться в этом бренном мире. Кажется, что мы дружим с Агатой целую вечность.
— Прости меня, — я покаянно упираюсь лбом ей в плечо. — Я торопилась как могла, — говорю, переводя дыхание.
— Лили, по-моему, мы с тобой договаривались. Ты должна была приехать ко мне в половине восьмого, — она отводит руку в сторону и тоненькими пальчиками показывает на свои новенькие эпл вотч. Параллельно хвастаясь подарком.
— А что, уже восемь? — Включаю актрису погорелого театра. — Я хотела успеть. Честно. Это все из-за Паоло. Точнее из-за его приезда. Моя мать окончательно сошла с ума. Она готовится с таким размахом, что кажется не пасынка встречает, а очередную свадьбу планирует.
— Напомни-ка мне, сколько у них с твоим отчимом было свадеб? — Спрашивает Агата, пока я снимаю мартинсы в прихожей.