Чтение онлайн

– Я позабочусь, чтобы он вернулся в Дорн.

Но как? В виде пепла? Это потребовало бы еще больше огня, чего сир Барристан не мог вынести. Мы должны очистить его кости от плоти. С помощью жуков, а не кипячения. Молчаливые Сестры проследили бы за этим у него дома, но здесь Залив Работорговцев. Ближайшая Молчаливая Сестра находится в десяти тысячах лиг отсюда.

– Ступай спать, дитя. В свою собственную постель.

– Не сочтите это наглостью, сир, но вам следует сделать тоже самое. Вы не спали целую ночь.

Не в моем возрасте, дитя. Грандмейстер Пицель как-то сказал ему, что старикам не нужно спать столько, сколько молодым. Он достиг такого возраста, когда ему уже не хотелось закрывать глаза, опасаясь того, что

они уже не откроются. Возможно, другие люди и желали бы умереть в постели, но такая смерть не для рыцаря Королевской Гвардии.

– Ночи длинные, - ответил он Миссандее, - И всегда есть много разных дел. Здесь как в Семи Королевствах. Ты сделала достаточно, дитя. Иди отдыхай.

И если боги будут милостливы, тебе не приснятся драконы.

После того, как девушка ушла, старый рыцарь откинул покрывало, чтобы напоследок взглянуть в лицо Квентина Мартелла, или на то, что от него осталось. Плоть настолько слезла, что он видел кости черепа под ней. Его глаза были полны гноя. Он должен был оставаться в Дорне. Он должен был оставаться лягушкой. Не все люди предназначены для танца с драконами. Когда он снова накрыл его одеялом, он поймал себя на мыслях о том, будет ли кто-то накрывать его королеву, или ее тело будет лежать неоплаканным среди высоких трав Дотракийского Моря, слепо глядя в небо, пока плоть не покинет кости.

– Нет, - поизнес он вслух, - Дейенерис не умерла. Она оседлала дракона, я видел это собственными глазами.

Он говорил это тысячи раз... но каждый следующий день надежды становилось все меньше. Ее волосы были в огне. Это я тоже видел. Она горела... и если я не видел ее падения, то сотни клянутся, что видели.

День надвигался на город. Хотя дождь еще шел, расплывчатый свет пробивался сквозь небо на востоке. И вместе с солнцем прибыл Бритоголовый. Скахаз был одет в свою обычную одежду - черную складчатую юбку, поножи и нагрудник. Медная маска у него под рукой была новой - голова волка с вывалившимся языком.

– Итак, - сказал он вместо приветствия, - Дурак мертв, не так ли?

– Принц Квентин умер незадолго до рассвета.

Селми не удивился, что Скахаз уже знал. Слухи быстро разносятся внутри пирамиды.

– Совет собрался?

– Они ждут дозволения десницы.

"Я не десница!", - хотела выкрикнуть какая-то его часть. Я простой рыцарь, защитник королевы. Я никогда не хотел этого. Но королева ушла, король в цепях, кому-то нужно править, а сир Барристан не доверял Бритоголовому.

– Были какие-либо вести от Зеленой Грации?

– Она еще не возвратилась в город.
– Скахаз был против того, чтобы послать священницу. И сама Галазза Галаре не хотела браться за это дело. Да, она допускала, что могла бы отправиться в путь, во имя мира, но Хиздар зо Лорак лучше подходил для переговоров с Мудрецами. Однако Сир Барристан не отступал так легко, и в конце концов Зеленая Грация склонила голову и поклялась сделать все, что в ее силах.

– Что в городе?
– наконец обратился Селми к Бритоголовому.

– Все ворота закрыты и решетки опущены, как вы и приказывали. Мы выявляем любого наемника или юнканца, оставшегося в городе, и высылаем или арестовываем тех, кого поймаем. Большинство, по-видимому, затаились; вне всяких сомнений, в пирамидах. Безупречные на стенах и башнях, и готовы к любому нападению. Две сотни знатных горожан собрались на площади, стоят под дождем в их токарах и вопят об аудиенции. Они хотят освобождения Хиздара, а еще хотят моей смерти и чтобы вы убили этих драконов. Кто-то им сказал, что рыцари смогут это сделать. Люди все-еще собирают трупы из пирамиды Хазкара. Великие Мастера Йеризан и Ухлез покинули свои собственные пирамиды из-за драконов.

Сир Барристан знал все это:

– Итог резни?
– спросил он, страшась ответа

– Двадцать девять.

– Двадцать девять?

Гораздо хуже, чем он даже мог представить. Сыны Гарпии возобновили

свою скрытую войну два дня назад. Три убийства в первую ночь, девять - во вторую. Но рост с девяти до двадцати девяти только за одну ночь...

– Счет пойдет за тридцать еще до полудня. Почему вы так мрачны, старый рыцарь? Чего вы ожидали? Гарпия хочет, чтобы Хиздара освободили, поэтому-то она и послала своих сыновей обратно на улицы с ножами. Все убитые, как и раньше, вольноотпущенные и бритоголовые. Один даже был из моих Медных Бестий. Знак Гарпии оставляют рядом с телами, нарисовав мелом на тротуаре или выцарапав на стене. Помимо этого там были и послания: "Драконы должны умереть", гласили они, и "Хиздар- герой". "Смерть Дейенерис" тоже встречались, до того как дождь смыл надписи.

– Насчет отплаты за кровь...

– Двадцать девять сотен золотых монет с каждой пирамиды, да, - проворчал Скахаз.
– Ее-то соберут... но потеря несколько монет никогда не остановит Гарпию. Только кровь может это сделать.

– Это вы так думаете.

Снова он о заложниках. Он бы убил каждого из пленников, если бы я позволил.

– Я слышу об этом в сто первый раз. Нет.

– Десница королевы, - проворчал недовольно Скахаз.
– Я думаю, что эта самая десница словно старая баба -морщинистая и слабая. Молю, чтобы Дейенерис вернулась к нам как можно быстрее.

Он стащил свою медную маску волка с лица.

– Ваш совет будет совещаться бесконечно.

– Они - это Совет королевы, а не мой.
– Селми сменил свой промокший плащ на сухой, подпоясался поясом с мечом, и последовал с Бритоголовым вниз по лестнице.

Сегодня утром в Колонном зале не было просителей. Хотя он и принял титул Десницы, сир Барристан не собирался прекращать рассмотрение жалоб в отсутствие королевы, как и не позволил бы Скахазу мо Кандаку сделать это. Нелепые драконьи престолы Хиздара убрали по приказу сира Барристана. Однако он не поставил назад простую с подушками скамейку, которой пользовалась королева. Вместо этого, установили большой круглый стол в центре зала, с высокими стульями вокруг него, где люди могли посидеть и поговорить, как равные.

Они поднялись, когда сир Барристан спустился по мраморным ступенькам, Скахаз Бритоголовый на его стороне. Людей Матери представлял Марселин, с ним был Саймон Полосатая Спина, командующий Свободными Братьями. Стойкие Защитники выбрали нового командующего, Летнего Островитянина с черной кожей по имени Тал Торак, их старого капитана, Доброго Моллоно Йоса, унесла бледная кобыла. Серый Червь вместе с тремя евнухами сержантами в остроконечных бронзовых шлемах от Безупречных. Воронов Буревестников представляли два закаленных наемника, лучник по имени Джокин и и угрюмый, весь в шрамах, топорщик, известный просто как Вдовец. Вдвоем они командовали отрядом в отсутствие Даарио Нахариса. Большинство кхаласара королевы пошло с Агго и Ракхарио, чтобы искать ее в дотракийском море, но косой и кривоногий Ягга рхан Ронн выступал от всадников, которые оставались.

И через стол от сир Барристан асидели четверо бывших гвардейцев Короля Хиздэхра, борцов из ям, Гогора Гигант, Белакьо Костедробилка, Граф Камаррон и Пятнистая кошка. Селми настоял на их присутствии, несмотря на возражения Бритоголового. Они помогли Дейнерис Таргариен, взять этот город однажды, и об этом нельзя забывать. Пропитанные кровью скоты и убийцы, но по своему верные... к Королю Хиздару, да, но и королеве также.

Последним, громыхая, в зал вошел Силач Бельвас.

Евнух смотрел смерти в лицо, так близко, что он мог бы поцеловать ее в губы. Смерть пометила его. Он потерял два стоуна веса, и темно-коричневая, покрытая сотней выцветших шрамов, кожа, которая раньше была туго натянута на массивной груди и животе сейчас висела на нем свободными складками, свисающими и колеблющимися как халат, что в три раза больше хозяина. Его шаг замедлился и казался немного неуверенным.