Чтение онлайн

Оно не могло использоваться в качестве тупого оружия, но в качестве холодного ему не было равных.

Однако, Селти не зашла так далеко, чтобы убить бандитов, а просто вырубила их ударом рукояти косы в горло. Она чувствовала, что в прошлом лезвию косы приходилось сталкиваться с людьми, которые боялись Селти как чудовища, но такое поведение не приемлемо в современной Японии.

Все эти двадцать лет, помимо изучения языка, она практиковала удар не убивающий, а лишь вырубающий противника. Было бы лучше, если бы она изучала айкидо или самооборону, или же обучалась в школе каратэ, но она разочаровалась в этом плане, так как вокруг

не было ни одного додзё [8] , где позволяли бы заниматься в шлеме.

Сама по себе форма косы ограничивала её использование. Из-за стандартного изображения Смерти у людей сложилось ложное впечатление, что коса является универсальным оружием, в действительности же ей было далеко до мечей и ружей. Несмотря на это, Селти всё же использовала косу, а причиной этому были слова Шинры о том, что так легче “разрекламировать себя”.

Хуже всего было то, что Селти чувствовала, как ей начинает нравиться эта форма.

Однако, независимо от того, насколько мощное её оружие, всё это оказалось незначительным по сравнению с автомобильной аварией. Даже при том, что боль уже прошла, раздражение от своей собственной грубой ошибки всё ещё кипело внутри неё.

Интересно, сколько повреждений она сможет вынести, прежде чем умрёт? Конечно, она никогда не проверяла это, да и не было ни малейшего желания проверять. Размышляя над этим, Селти, ничего не скрывая, допечатала подробный отчет о проделанной работе для Шинры.

Узнав об аварии, Шинра, усмехнувшись, сказал:

– Спасибо, наверное, для тебя это было тяжело. Между прочим, есть кое-кто, тоже заслуживший похвалу.

[Что?]

– Источник, откуда мы получили информацию о месторасположении похитителей. Всё благодаря тому, что Орихара-кун протянул нам руку помощи.

Орихара Изая. Информатор из Синдзюки, который предоставит все виды информации в обмен на крупную денежную сумму. И, хотя вслух об этом не говорили, казалось, что это не основная его работа.

Селти много раз брала у него работу, но всё, к чему он приложил руку, оставляло неприятное послевкусие. По правде сказать, у неё не было никакого желания проявлять хоть какое-то дружелюбие в отношении его.

[Почему он?]

– О, он только заходил спросить, возьму ли я кое-какую работу, ну я и спросил, знает ли он что-нибудь в обмен на аванс. Когда я дал ему номерной знак, он сразу же сказал мне про ту стоянку.

Услышав это, Селти мысленно заскрежетала зубами. Невероятно, даже не имея головы, она могла так легко вообразить чувство скрежета зубами?

Когда она задавалась вопросом, какая часть её тела помнит это ощущение, руки Шинры внезапно опустились на её плечи. Должно быть, он перешёл в эту сторону комнаты, пока Селти размышляла по этому поводу.

– Эй, самое время принять уже решение, да?

[Какое?]

Прочитав вопрос на экране, Шинра неуклюже улыбнулся.

– Ты знаешь, о чём я говорю.

Прежде чем она успела напечатать свой ответ, он продолжил:

– Ты, без сомнений, самое мимолётное и неортодоксальное существо. Вот почему можно без преувеличения

сказать, что шансы на реализацию твоего желания чрезвычайно малы.

[Чего ты добиваешься?]

– Буду краток. Брось это.

Стук клавиатуры прекратился, и неестественная тишина повисла в комнате.

– Прекрати искать голову, давай уедем куда-нибудь. Куда угодно. Если захочешь, я использую все средства в моём распоряжении, и мы уедем к тебе на родину. Я поеду туда с тобой, и мы всегда будем вместе.

Судя по тому, что Шинра убрал весь сложный словарь из своего лексикона, он был чрезвычайно серьёзен.

[Разве я не говорила это много раз? Я не собираюсь сдаваться.]

– Во всём мире, во все века, существовали бесчисленные мифы и народные сказки о безголовых людях, ищущих свою голову, так что я уверен, такие как ты были и в прошлом. Как в легенде о Сонной Лощине, по которой недавно сняли кино, возможно, существовал кто-то, похожий на тебя в 1800-ых. Может даже это была ты, просто не помнишь этого.

Выслушав долгую напыщенную речь Шинры, Селти напечатала честный ответ:

[Зачем мне похищать захудалого учителя?]

– Так ты читала оригинальный роман…

Сбросив его руки со своих плеч, Селти продолжила раздражённо печатать.

[Не то, чтобы ты мне не нравился. Это правда, живя с тобой как сейчас, меня всё устраивает.]

Увидев строку прохладных слов, Шинра вздохнул, бормоча про себя:

– Именно поэтому я продолжаю говорить тебе, что ты должна вести себя немного более женственно.

Мгновение. В этом крошечном окне времени, казалось, острое различие прохлады и тепла раскололо воздух между ними.

[Хватит. Я собираюсь принять душ.]

Селти стояла посреди окутанного паром душа. Вода стекала от красивой груди к плоскому животу. Её тело было такое же прекрасное, как у модели, но отсутствие головы придавало жуткости этому образу.

Намыливая свою шелковистую кожу, Селти взглянула в зеркало.

Это выглядело нереально: безголовая девушка вспенивает мыло на своём теле. Однако, для неё это не было странным.

Во время жизни в Ирландии, она не знала о таких вещах, как душ, а когда приехала в Японию, постепенно развила в себе такую привычку. Правда на её теле никогда не было грязи или пота вообще, но когда она думала о пыли и тому подобному, поселившемуся на ней, то уже не могла представить свою жизнь без ванны.

«Возможно, это доказательство того, что я придерживаюсь человеческих ценностей».

Если быть точнее, как даллахан, Селти всегда сомневалась в близости своих ценностей к человеческим. Когда она только приехала в Японию, то была сбита с толку многими вещами, теперь же она в большей степени находилась под влиянием японцев.

Недавно, она начала рассматривать Шинру как представителя противоположного пола. Вначале, она не понимала, что происходит. Но постепенно, осознала: «А-а-а, так вот что значит “влюбиться”». Однако это не означало, что Селти превратилась в девочку-подростка. В большей мере, это никак не повлияло на её жизнь.

Просто она осознала, что всякий раз, смотря телевизор и смеясь вместе с ним, она чувствовала себя чуточку счастливее по неизвестной причине.

«У меня те же ценности, что и у людей. Я обладаю таким же, как у людей, сердцем. И я могу соединиться с людьми через чувства. Должно быть, это так».