Дверь в никуда
Шрифт:
На опустевших землях возникло княжество — один из прибывших с сильной дружиной объявил себя повелителем, а земли частью заморской империи. Впрочем, подчинение империи было чисто номинальным, скорее нужным для создания видимости некой законности власти. Пересекать Море Ужаса все еще можно было только с большим риском. Так что регулярных плаваний не было. Подати на тот берег не отправляли, император не желал рисковать жизнью своих приближенных и воинов, посылая их в как бы заморскую колонию. Так что все подданство ограничивалось обменом письмами и подарками, скорее сувенирами, со случайными кораблями отчаянных торговцев. К счастью, князь и его потомки оказались достаточно умны и не воинственны. После нескольких неудачных экспедиций за горы был установлен мир с лесными эльфами. На берегу была установлена твердая власть, собирающая налоги и преследующая бандитов и воров, но не слишком притесняющая лояльных крестьян. Сто лет назад построили эту столицу, стены которой служили не столько защите от врагов, сколько защите от зимних ветров. В общем, приморское княжество процветало. И, что самое важное, был установлен жесткий запрет на иммиграцию с той стороны — главное требование эльфов при заключении мирного договора. Население стабилизировалось и война между
За этим интересным разговором добрались потихоньку до города эльфов. Сумерки уже сгустились до почти полной темноты и мрачные громады темных башен произвели на Никиту потрясающее впечатление. Башни оказались очень высокими, почти как многоэтажки двадцатого века. В них было, как сказал Маг, восемь-десять этажей. Весьма необычные постройки для такой вроде примитивной культуры. И было понятно, почему люди боятся этого города: башни не были безмолвными. Со всех сторон раздавались шорохи, вздохи, будто-бы звук шагов, вроде даже чьи-то голоса. Казалось, обитатели не покинули город, а продолжают жить тут, став невидимками силой своей магии. На самом деле, как сказал Маг, ничего опасного в городе не было, здания были пусты. А звуки создавала вентиляция башен — узкие щели и каналы, в которых гулял ветер и его звук причудливо отражался и усиливался. А также водопровод и канализация. Выше на горном склоне эльфы устроили водосборные бассейны, из которых вода по глиняным и деревянным трубам доходила до верхних этажей и там свободно переливалась в канализацию, уходящую за пределы города. Журчание, бульканье воды в трубах и кранах давали свой вклад в звуки города. Аня немедленно захотела осмотреть одну из башен. Здание было построено бог весть когда, во всяком случае Маг не знал этого, да еще последние два столетия простояло пустым. Но искусство древних строителей было так велико, что здание и сейчас не выглядело развалиной. Прочное, хоть сейчас заселяйся. Только пустое, без мебели, и никаких брошенных вещей. Попадались лишь старые птичьи гнезда, логова мелких зверьков, да многочисленные летучие мыши, нагромоздившие местами на полу огромные кучи помета. Но древняя вентиляция работала отменно, так что даже несмотря на кучи воздух был чист и свеж. Хотя жить здесь Никита бы не согласился — слишком угнетающе действовало отсутствие окон и странная планировка. Эльфы не признавали в своей архитектуре прямых углов, и причудливый лабиринт изогнутых коридоров с неправильной формы комнатами вызывал желание как можно скорее выбраться наружу. Очевидно потому, сказала Аня, что эльфы никогда не строили свои дома в виде срубов из древесных стволов. Любые другие материалы позволяют строить здания произвольной формы и разбивать их внутри как угодно. Технология постройки дома была очень необычной — кладка из крупных блоков очень твердого камня, скрепленных не минеральным цементом, а чем-то типа эпоксидки. Явно органическим клеем необычайной прочности и долговечности. Более ничего интересного внутри башни не было. Никаких магических надписей Никита здесь тоже не увидел и вздохнул с облегчением, когда они выбрались наконец на свежий воздух и вышли из города. Маг тогда рассмеялся и сказал, что в темноте ни один человек не отважится даже по дороге здесь пройти, хотя ни с кем в этом городе ничего не случилось. Ну, может пара искателей сокровищ свалились с башен и убились насмерть. Но это было исключительно в результате их собственной неосторожности — полированный камень местами очень скользкий. А страх этот появился сравнительно недавно. Для Мага, конечно, недавно — пару всего поколений назад. А когда-то люди жили здесь вместе с эльфами и ничего не боялись, хотя для них отсутствие окон и недостаток света были ощутимыми неудобствами.
Пока осматривали башни, на улице совершенно стемнело. Но это не доставило отряду никаких неудобств. Маг видел в темноте отлично, а остальные воспользовались ноктовизорами. Никита так и не понял, кстати, чем же пользовался Маг — обычной никтопией, ночным зрением животных, которое встречается и у обычных людей — дальтоников, и которое наверняка было у эльфов, или магическим зрением, не зависящим от глаз. Фонари решили не зажигать, чтобы не переполошить местных жителей «волшебным» светом. Никита сначала решил идти на магическом зрении, как в пещере. Но оказалось, что это не так удобно и требует слишком большого напряжения. В отличие от пола тоннеля, дорога здесь была неровной, с камнями, и было очень трудно точно определить их размеры. А все живые объекты — растения, букашки выглядели в магическом зрении намного ярче и крупнее неживых. В общем, через пару сотен шагов с десятком спотыканий и чертыханий Никита тоже нацепил ноктовизор. А идущий рядом Маг явно наслаждался всем этим спектаклем — с чувством юмора у него было все в порядке, что окончательно убедило Никиту в его совершенной человечности. Кстати, назначение и принцип ноктовизора Маг понял сразу, но, конечно, не устройство. Да Никита и сам, если честно, не очень понимал, как тонкие, без электронной оптики, кристаллы могут преобразовывать инфракрасное в свет, сохраняя полностью объемное изображение. Ему пока мало что говорили слова: активный нелинейный оптический преобразователь. А днем ноктовизор можно было использовать вместо обычных темных очков.
Дальнейший спуск не представлял сложности, а был лишь скучным. И еще удручала мысль, что на кой черт тащили с собой столько припасов, если идти до города было всего день. На вопрос Никиты Маг улыбнулся и ответил, что эльфы говорят: если до соседнего поселка день пути, то продуктов с собой нужно брать на пять дней. Если тебе не пригодится, то кто-то еще съест. И действительно пригодились — по дороге Маг завернул в маленькую деревеньку, скорее даже хутор, где, по его словам, жили его родственники. И рюкзаки полегчали заметно — местным жителям фрукты вроде не слишком были нужны, а вот мясо и молоко они приняли с большой благодарностью. Да оно и понятно: узкая приморская полоса пусть даже и изумительных по эффективности поливных полей не позволяла разводить достаточно скота. Вот для чего, оказывается, нужны были загорные поселения и тоннель-дорога, что подтвердил и Маг. Здешним людям животный белок был нужен
не меньше, чем земным. К счастью, каннибализм здесь не практиковали, в отличие от сталкивавшихся с аналогичными проблемами жителей центральной Америки и островов Тихого океана. Может потому, что здешние жители не боялись моря, и море это изобиловало рыбой и моллюсками.Впервые земляне увидели изнутри дом здешних аборигенов. Ничего особенного — жалкая лачуга с тяжелым запахом немытых тел и дыма. Все в одной большой зале с потолком, подпираемым толстыми деревянными столбами. Увы, не русский север с его громадными многоэтажными многокомнатными домами — здесь дерево берегли и использовали очень осторожно. Топливом, судя по запаху, служили даже не дрова, а кизяк. Стены же складывали из камня и глины, используя бревна лишь чтобы придать устойчивость неуклюжей конструкции. А баню при недостатке дров тоже устраивать сложно. Не зря же русские испокон веку в баню ходили куда чаще продвинутых европейцев: а чего не мыться, если дров и воды всегда больше, чем людей. Никита с облегчением выбрался из просторной, по меркам Москвы двадцатого века, но очень тесной для двадцать второго, да еще и переполненной перепуганными женщинами и детьми, комнаты. А вот Аня, похоже, была в полном восторге — еще бы! Конечно, она знала все это теоретически, но ощутить все собственными глазами, носом — да никакие экспериментальные моделирования такого не дадут. Можно поиграть в прошлое и в веке звездолетов, но ведь игроки знают, что через несколько часов или дней они вернутся в нормальные человеческие условия. А здесь не игра — жизнь, участники которой могут вернуться отсюда лишь в смерть.
Надо сказать, что Мага эти участники, похоже, боялись ничуть не меньше, чем пришельцев-землян, даром что родственник. Но это он сам знал, что он родственник — помнил, как родились предки их предков от сестры его матери. А для них это было за пределами родовой памяти. Для них Маг был вечен и непонятен, а потому и страшен. Конечно они обрадовались нежданному дару, но, похоже, Магу это было нужнее даже, чтобы просто ощущать свою причастность к человеческому роду. Никита поразился тогда своей удивительной мудрости: видно уроки психологии с Аней не прошли напрасно, других он научился понимать. Себя бы понять не мешало, но тут наука психологии бессильна — себя ни один психолог понять не еще смог.
Очки-ноктовизоры сняли еще вне пределов видимости привратных стражников, когда дорога резко пошла в гору. Ворота здесь на ночь не запирали, а стража стояла больше для взимания пошлины, как объяснил Маг. То есть, ворота-то оказались как раз закрытыми, но калитка со скрипом повернулась, едва путники вошли в пятно света от факелов на башнях. Наверное открытие калитки или ворот и составляло материальную основу взятия пошлины — не хочешь платить, не откроют. Но на этот раз обошлось без денег. Маг только переговорил со стражником, видно его знавшим, и пошел не оглядываясь дальше по пустому гулкому тоннелю, пронизывающему стену города. Толщина стены оказалась очень велика — это же часть горы, обработанная людьми стена кратера. Дальше тоннель переходил в такую же пустую и гулкую улицу. Где было гораздо темнее, чем в тоннеле, освещавшемся горящими факелами. Пришлось опять надеть ноктовизоры — улица была покрыта неровными каменными плитами, так что ходить по ней вслепую пришлось бы больше на четырех, чем на двух. А судя по запаху, делать этого не стоило. Вдоль улицы, как и в земных средневековых городах, были прокопаны дальние предки канализации, совершенно открытые. И вероятно давно засорившиеся. Дома в темноте разглядеть не удалось, только и понятно стало, что не такие высокие, как эльфийские башни, но и не одноэтажные. Маг уверенно вел их к центру города и вскоре, перебравшись через широкую загаженную площадь, путники вышли к дворцу — сооружению более крупному, чем другие дома. Не так в вышину крупному, как в ширину. Ширина эта скрадывала даже высоту прекрасных, издали виденых шпилей в центре дворца.
Маг безо всякого стеснения заколотил посохом в обитую металлом дверь. Отворили сразу — за дверью была стража. И Мага тут тоже знали, во всяком случае на этот раз стражники не задали ему ни одного вопроса. Только с любопытством разглядывали припозднившихся гостей. Вскоре из глубины дворца прибежал сонный мужик в представительной, хотя и помятой одежде. Маг немедленно начал отдавать распоряжения. Надо же! Как у себя дома распоряжается во дворце здешнего князя. Интересные тут порядки. Мужик галопом поскакал выполнять, а Маг тем временем повернулся к землянам с пояснениями:
— Пока вы в городе, мы будем жить во дворце, в комнатах для посланников. Я приказал принять вас как особо ценных гостей.
— А почему ты приказываешь княжеским слугам? Или ты и есть здешний князь? — поинтересовался недоверчиво Ербол.
— Я не князь — улыбнулся Маг — но здесь есть покои, предназначенные для приема послов. А я всегда сопровождал любые посольства. Я и вас представил как посланцев, что в общем соответствует действительности. Князь гостеприимен, если я могу поручиться за гостей. Завтра в середине дня князь вас примет. А сейчас будем отдыхать, день тяжелый выдался.
Набежавшая толпа слуг забрала у землян рюкзаки и повела их по коридору вглубь дворца. После лабиринта тускло освещенных коридоров, нескольких лестниц, Никита потерял направление и вряд-ли выбрался бы отсюда без провожатого. Он надеялся лишь на навигатор Ербола и его обостренное чувство ориентировки. Наконец вошли в просторную комнату, где их ждали несколько женщин. Слуги сложили рюкзаки у стены и вышли. Пока старшая из женщин переговаривалась с Магом, еще трое молоденьких и достаточно симпатичных с любопытством зыркали на землян. Закончив переговоры, Маг повернулся:
— Сейчас нас проводят в баню, потом накормят, а за это время служанки приготовят вам постели. Вы будете спать все вместе в одной зале, или каждый в отдельной комнате?
Аня взглядом выяснила мнение мужчин и дала общий ответ: — Все вместе. И еще насчет еды — передай им, пусть не усердствуют. Ты же знаешь, мы не все можем есть у вас. Ничего молочного точно не надо. А скорее всего мы своим поужинаем. Только пусть обязательно принесут чистой воды для питья.
Пожилая осталась, а молоденькие провели всех через несколько комнат в зал, посередине которого парил большой бассейн с прозрачнейшей водой. В воздухе стоял отчетливый запах тухлых яиц и еще чего-то резковатого. Впрочем, не слишком сильный запах. Бассейн был проточный, как в школьной задачке. Вода лилась в бассейн по медной трубе с причудливыми барельефами, чем-то похожей на ствол старинной кулеврины, а уходила из бассейна через широкое тоже медное жерло в стенке.