Дубль
Шрифт:
– Так ты что, специально?
– снова всплеснула руками Ксюша.
Говорить о том, как я достигла своей мечты было крайне стыдно, да и не хотелось окончательно добивать сестру правдой жизни.
– Да это я так... К слову пришлось. Ну что, мы вроде по магазинам собирались? Думаю самое время прикупить что-нибудь посвободнее, скоро понадобится.
– С удовольствием, - согласилась Ксюша и приложила руку к моему ещё плоскому животу.
– Расти маленький, мы тебя будем любить за всех отцов в этом мире!
Я чуть не прослезилась от того, сколько нежности было в её словах, сколько потаённой горечи. Я не сомневалась, что моему ребенку хватит нашей любви в достатке.
Глава 8
Виктория
Это было самое счастливое время в моей жизни!
Мне казалось, что у меня не просто выросли крылья за спиной - они обволакивали меня нежностью, заставляли парить высоко-высоко над миром вне проблем, злости, раздражения. Я просто не замечала всего того, что раньше доставляло неудобство и портило настроение. Я сознательно закрылась от мира розовыми очками и не собиралась их больше снимать.
Никогда не думала, что счастье может быть настолько всеобъемлющим, поглощающим! А причиной была всего лишь маленькая частичка, которая росла и крепла во мне с каждым прожитым днём. И чем больше она становилась, тем быстрее стирала из моей памяти человека, благодаря которому она появилась, тем легче мне было его отпустить. Всё, его больше нет в моей жизни и как-будто никогда не было. Я даже убедила себя, что всё сделала правильно: Глеб просто стал донором генетического материала. Ничего больше. Я заставила себя не искать в интернете о нём информацию и никому не рассказала о случившемся. Если бы мне пришлось всё повторить - я сделала бы это не задумываясь и ни о чем не жалея.
Единственное, что омрачало мое состояние был токсикоз, но и ему я в какой-то степени радовалась, ведь он свидетельствовал об изменении моего организма, в то время как никаких других проявлений беременности ещё не было.
В один из входных мы гуляли девичьей компанией в парке. Весна вступила в свои права и теплое ласковое солнышко пробегало по первой зелёной травке, путалось в волосах, рассыпало по коже веснушки и улыбалось. А я улыбалась ему в ответ, жмуря от яркого света глаза и слизывая с вафельного рожка подтаявшее мороженное. Мой ребёнок определенно будет сладкоежкой.
– Не могу поверить, что это правда...
– в который раз покачала головой Оля и недоверчиво посмотрела на меня.
– У тебя же никого нет!
– А вот это даже обидно...
– заметила я, тем не менее не переставая улыбаться.
– Если я не выставляю отношения напоказ это не значит, что их нет. Точнее не было.
– Но я твоя подруга! Думала, что подруга...
– насупилась Ольга и обратилась к Ксюше.
– Ты то хоть знаешь кто папаша её ребёнка?
– Эй, вообще-то невежливо говорить обо мне в третьем лице. И вообще, именно потому что ты подруга - узнаешь об этом одной из первых. Я даже на работе никому ничего не говорила. Буду трудиться до последнего, деньги мне понадобятся.
– Вот!
– Оля подняла с умным видом вверх указательный палец.
– Как ты собираешься его одна воспитывать? Папаша, кем бы он ни был, должен платить алименты. И не надо мне тут втирать про женскую гордость и бла-бла-бла... На неё памперсов не купишь, уж я то знаю, какие сейчас дорогие детские вещи.
Оля посмотрела через тропинку где ее сынишка играл с другими малышами.
– Нет, Оль, я всё для себя решила. Мать нас вон одна растила и ничего, справилась.
– А каким трудом это ей досталось, она рассказала? Ксюш, ну
хоть ты повлияй на эту упрямицу.Ксюша приобняла меня одной рукой и вздохнула:
– Это бесполезно! Ничего, вырастим. Мама была одна, а нас у малыша будет трое. У меня сейчас хорошие заказы пошли, буду откладывать.
– Слушай... А какой говоришь срок?
– вдруг вспомнила Оля.
– Это не тогда ли у нас ЧП с Рубином случилось?
– Ой, и правда, - воскликнула Ксюша.
– Ты ещё репортажи про это снимала. Там с кем-то и познакомилась? Или это кто-то с работы?
Я почувствовала как по спине пробежал холодок, а кусок ледяного мороженого встал поперек горла. Ольга подозрительно прищурила глаза и я прямо почувствовала, с каким скрежетом работают шестерёнки в её голове, сопоставляя факты. Только этого мне не хватает!
– Это было за несколько дней до этого, так что можете свои детективные штучки выключить. Одно с другим никак не связано! Оль, смотри, твой Павлик лупасит какого-то мальчика.
К счастью, мой крестник не подвёл и перевел внимание матери на себя, которая забыла про разговор и бросилась разнимать драчунов. А Ксюша была настолько доверчивая, что поверила сразу и даже не пыталась сопоставить дважды два, что естественно было мне на руку. Ещё раз убедилась, что ребенок от Глеба, который навсегда и неизвестно куда уехал, - это благо, а то у моей подруги хватило бы ума найти в нашем городке отца и привлечь его к ответственности. Надеюсь, к этому вопросу мы больше не вернёмся.
Через несколько недель я попросила Ксюшу сходить со мной на УЗИ. Приближался первый скрининг и я ужасно нервничала. Мы с сестрой смотрелись вместе необычно и привлекали к себе внимание, сидя рядом на лавке в коридоре поликлиники. Я даже развеселились, прошептав ей, что сейчас непонятно, кто из нас мама, а кто папа.
– Дурочка!
– ласково пожурила меня Ксюша и мы с ней обе прыснули со смеху.
– Зайцева по записи проходите, - вызвала нас врач и мы с сестрой тут же вскочили.
– Обе что-ли?
– спросила женщина, окинув нас удивленным взглядом.
– Нет, только я... А это моя поддержка, можно?
– схватила за руку Ксюшу, как-будто кто-то хотел у меня её отнять. Почему-то мне жизненно важно казалось присутствие сестры рядом в этот момент. Понятно, почему беременные таскают с собой мужей - разделить с ними самые важные моменты жизни.
– Ну, проходите... Вы на кушетку, а вы на стул.
– распределила места врач и села за свой аппарат.
На голый живот капнул холодный гель, и валик принялся его равномерно распределять. Не очень приятное ощущение, тем более когда внутри итак всё дрожит от волнения. Быстрый стук маленького сердечка неожиданно прошил тишину и Ксюша рядом громко всхлипнула. Наверное, это я должна была плакать от счастья, но мне было так хорошо, что хотелось петь. Именно в этот момент, когда я изогнулась от любопытства и увидела на экране непонятную букашечку, я в полной мере осознала, что мой ребёнок жив и судя по размерам в норме. А Ксюша пусть поплачет за двоих, мне ведь нельзя!
– Так, один плод измерила, теперь попробую второй. Так неудобно лежит...
– сказала спокойно врач, а меня словно обухом по голове ударило. Даже Ксюша перестала слезоточить и смешно открыла рот от удивления. Так значит мне не послышалось?
– Как второй?
– прохрипела я, обращаясь к врачу.
– А что, и второй там есть?
Женщина нечитаемым взглядом посмотрела на меня и сделала какие-то свои выводы.
– Первый раз значит пришли... Ну что ж, мне выпала честь поздравить вас с двойней.