Другие
Шрифт:
– На каком троллейбусе туда можно доехать? Я пошутил.
Трофим вооружен – в этом можно было не сомневаться. Но вот один ли он? Последнее сильно тревожило штурмана. После переполоха, устроенного Алхоевым и его приближенным Дагой, много людей бежало из крепости, кто-то вернулся, кто-то пропал без вести. В домах находились десятки трупов, уже обмытых и готовых к погребению. Штурман еще ночью спросил, где кладбище. Оказалось, в километре от крепости, за холмом.
«Что-то не заметил я тогда кладбища», – подумал Сергей, вспоминая тот день, когда увидел в бинокль крепость. Но в ту же минуту догадался, что кладбища он не видел, потому что оно было за холмом, где они никогда не были, в этом не было необходимости.
И вот теперь штурман думал, сколько людей
Проводника Пловцов решил прихватить с собой. На тот случай, если он приведет группу захвата в засаду. И теперь штурман и его люди стояли перед тяжелой дверью, сбитой из досок. Щели между ними были заколочены другими досками, так что заглянуть внутрь или, наоборот, посмотреть в щель и выяснить, что происходит на улице, было невозможно.
Сделав шаг назад, штурман ударил ногой по двери. Вбежав в распахнувшуюся дверь, он увидел стоящего в проходе человека. Этот человек сутки назад во время поиска бандитами Маслова ходил вместе с боевиками по домам и выдавал тех, кто встречал разведчиков наиболее радушно. Теперь очередь была за Пловцовым. Преимущество было в том, что в руках штурман держал автомат, а противник – кусок хлеба и кувшин с водой. Само присутствие этого человека на складе было нелогично и необъяснимо. Следуя к этому дому, Пловцов уже выяснил, что склад никогда не охранялся, а завскладом приходил сюда тогда, когда велел Трофим.
Горожанин бросил еду на пол, и в тот момент штурман резким ударом ноги в колено лишил его опоры. Выругавшись, он сунул руку за пазуху, чтобы достать оружие. Уже заметив краем глаза второго молодца, Пловцов врезал прикладом по кисти любителю поесть. От дикого вопля и хруста костей, раздавшихся в складе, старшему лейтенанту стало не по себе. Но воспоминание о тех часах, когда он проводил время под полом, захлестнули остальные чувства.
Прерывая вопль и болевой шок покалеченного, штурман с силой пробил ему ногой в лицо. Голова бандита дернулась назад, и он мгновенно потерял сознание. Все это продолжалось секунды три, не больше. Три секунды – достаточно для Пловцова, понимающего, что он делает, и ничтожно мало для второго, который не ожидал ничего подобного. Все, до чего он смог додуматься за этот отрезок времени, это повторить ошибку первого. Он попытался достать из-за пазухи какое-то оружие. Сергей схватил бандита за запястье руки и ударил головой в лицо. Из обеих ноздрей его сломанного носа хлынула кровь, и противник впал в состояние грогги. Пытаясь схватить обеими руками воздух, он, покачиваясь, словно пьяный, сделал несколько шагов назад и сел на пол. Его глаза, как у мертвого окуня, смотрели на Пловцова бессмысленным взглядом.
– Ищите атамана! – крикнул штурман разбежавшимся по дому после начала схватки спутникам.
Сам же бросился к двери слева. Здесь вообще было много дверей. Оно и понятно – для каждого вида хранимого – отдельное помещение. Ударить по ней он не успел.
Дверь открыл юный бычок в короткой тканой рубашке.
– Тебе чего?
Спортсменом молодой человек, конечно, не был. Вряд ли он и слово-то такое слышал – «спорт». Просто был крепким и загорелым. Видимо, много времени проводил на работах за пределами крепости. Если учесть, что он в данный момент входил в число людей, охранявших бывшего атамана, то нетрудно догадаться, чем именно этот молодой человек занимался за пределами крепости. Явно не лен жал.
Пловцов промазал мимо его небритого подбородка и тут же получил хук слева. Сработал рефлекс, и Сергей наклонил голову в сторону удара. Рисковый прием, но когда получается, эффект
потрясающий. Больно, правда. Зато у бычка выбиты о твердую штурманскую голову все пальцы на левой руке. Это Пловцов по треску костяшек понял. А это очень хорошо. Раз молодчик сразу сработал левой, значит – левша. Теперь правая в работе осталась. Главное, чтобы из-за его спины еще пара таких не выскочила…Однако паренек оказался не из трусливых. Стиснув зубы, пошел напролом. Ногами не работал. Спарринговаться с ним в замкнутом помещении у Сергея желания не было. Фанатики будут биться до последнего, а главная задача – разыскать Трофима, а не фанатов его перебить. Крепыш был меньше ростом, руки, соответственно, короче. Пловцов разорвал дистанцию, а когда тот расслабился и двинулся вперед, поймал его на противоходе все тем же прямым справа. Получилось отлично и, главное, вовремя. Нокаут!
Парень сел на задницу, некоторое время посидел, словно размышляя о прожитом дне, а потом завалился набок. Схватив его под мышки, Пловцов оттащил от двери.
На складе было темно, отчего улица в раскрытой двери казалась освещенной театральными софитами. Только сейчас Сергей понял, почему человек с кувшином замешкался. Он был ослеплен!
Сейчас все решают секунды.
– Трофим!
Тишина. Лишь на втором этаже стучат по перекрытиям ноги «дружинников» Пловцова. Удар сзади был такой силы, что он, пролетев несколько метров, не успел даже выставить перед собой руки. Автомат отлетел куда-то в угол, искать его не имело смысла. Темнота скрадывала расстояния и пространство. От удара лицом о какой-то предмет штурман на мгновение потерял ориентацию. Уже переворачиваясь на спину и скатываясь со стола на пол, он услышал звук удаляющихся шагов.
Некоторое время штурман лежал, силясь прийти в себя.
– Кто же меня так трахнул? – пробормотал старший лейтенант, облизывая губы.
И только сейчас понял, что заперт в какой-то комнате. Встав, он подошел к двери и попытался ее открыть. Створка даже не шелохнулась. Она сидела в коробке плотно и крепко. Отойдя и морщась от боли в затылке, Пловцов попытался ее выбить с разбегу. Не вышло. В голове кружилась мысль: «Вряд ли Стольников оказался сейчас на моем месте…»
Пловцов был заперт в комнате дома, а наверху вдруг прозвучали один за другим три выстрела. Раздалось несколько криков, еще два выстрела и топот.
– Классно я отделение в разведку сводил. Черт! – Сергей врезал коленом по двери. – И вообще, зачем я сюда пошел один?!
Умные мысли стали приходить в голову именно сейчас, а не тогда, когда он бил пособников Трофима. Сергей был почти уверен, что «дружинники» его или убиты, или бежали. Или половина перебита, а вторая бежала. Ни один из вариантов штурмана не устраивал.
Сейчас начнутся переговоры. Что Пловцов имеет? Залетевший в угол комнаты «АК», который еще нужно найти, и восемь магазинов к нему. Наган с облезшей деревянной ручкой и пять патронов в барабане. Да, еще около сотни метел, заполнивших треть комнаты.
– Эй! – раздался за дверью возглас. – Ты кто такой?
– Кролик Роджер.
А что еще ответить?
– Ты сейчас договоришься, странник! – последовал незамедлительный ответ. – Ты кто такой?
Заходить боятся. Справедливо полагают, что им из темноты запросто пулю в лоб вогнать могут. Поэтому и беседу ведут из-за угла.
– Ты там оглох, что ли?!
– Не ори! Это девятый дом?
Есть вопросы, которые ставят тугодумов в тупик. Несмотря на ситуацию, Пловцов скривил в улыбке губы.
– Какой девятый?.. Ты хочешь сказать, что как бы домом ошибся? – мыслительный процесс пошел. – А ты как бы не на склад шел, а к колодцу, да? Они маленько разные. По виду.
– А если я здесь в первый раз, откуда я знаю, как выглядит склад, а как – колодец?
Трофима здесь нет, потому что тот давно бы уже спросил: «Домом ошибиться можно, но зачем двери выбивать и людей бить?»
– Домом ошибиться можно, но обычно стучатся, а не бьют хозяев по роже, – опережая мысль штурмана, раздался за дверью голос. – Господин Пловцов, если не ошибаюсь? Каким ветром? Вы меня, кажется, звали?