Чтение онлайн

— Я возьму ключи.

Стражнику показалось, что он уже видел чужестранца, который наблюдал за новой гостиницей, но он никак не мог вспомнить его имя. Желтая шелковая рубашка и роскошная шерстяная куртка, коротко подстриженные волосы, открывшиеся, когда он снял шляпу с пером, прекрасной работы шпага на поясе и дюжина других мелких деталей указывали на солидное состояние. Однако черные сапоги были далеко не новыми, а прическа не совсем соответствовала моде.

Охваченный любопытством стражник подошел поближе. День выдался спокойным, и у него не

было никаких неотложных дел. Сейчас самое время продемонстрировать, что он честно несет свою службу. Поэтому вполне можно предложить молодому человеку совет или задать несколько вопросов.

Чужестранец не озирался по сторонам. Когда стражник подошел к нему, он продолжал изучать новую гостиницу, словно пытался разглядеть каждый камень фасада. Его куртка развевалась на холодном ветру, а широкополая шляпа, зажатая в руке, норовила сбежать от своего владельца.

— Выбрать название и повесить вывеску еще не успели, но перед вами гостиница, милорд, если вы ищете ночлег, — заговорил стражник.

Молодой человек обернулся.

— Гостиница? — спросил он. — Просто гостиница?

— Именно так.

— Мне говорили, что здесь находится другое заведение.

— Ах вот оно что, — проговорил стражник. Ситуация начала проясняться. — Около двух лет назад здесь действительно было некое заведение, кое-кто называл его «Домом шести лордов». Оно сгорело.

— Правда? А почему оно сгорело?

— Его поджег один из шести лордов.

Чужестранец нахмурится.

— В самом деле? Не понимаю, зачем нужно специально сжигать целое здание в центре города?

— Да, такое бывает редко, милорд, — согласился стражник. — Мы могли бы поспорить, но он привез с собой письмо от герцога Мэнфортского, дающее ему право поступать так, как он посчитает нужным. Кроме того, в письме содержался приказ для стражи — нам следовало выполнять все распоряжения подателя письма.

— Понятно! Это также необычно, не так ли?

— Да, милорд.

— А письмо не могло быть поддельным, как ты думаешь?

— На нем стояла печать герцога, к тому же того лорда сопровождал один из герцогских стражников.

— Кто же мог заслужить такое доверие герцога? — В голосе чужестранца неожиданно появился интерес.

— Я не знаю, милорд, он не назвал своего имени.

Арлиан попытался скрыть разочарование.

— Неужели его никто не узнал?

— Понятия не имею, милорд.

— Значит, он был в маске?

— Нет, конечно — только кто здесь, в Вестгарде, может знать всех лордов Мэнфорта в лицо?

— Ты хочешь сказать, что не знаешь никого из тех шести лордов?

— Именно, милорд. В конце концов, лавочники и домохозяйки Вестгарда не посещают дворцовых балов в Мэнфорте. Лично я знаю в лицо не более дюжины лордов — да что там говорить, я бы и самого герцога не признал, если бы он вдруг здесь появился! Например, вы мне кажетесь знакомым, но я не могу вспомнить…

— Ты меня никогда не видел, — улыбнувшись, сказал Арлиан.

Отвернувшись, он надел шляпу и зашагал прочь, придерживая ее рукой.

Стражник с сомнением посмотрел ему вслед, но не стал преследовать. Ни к чему совать нос в дела богатеев — он не настолько глуп.

Действительно, молодой лорд не хотел, чтобы

кто-нибудь узнал о его интересе к знаменитому борделю.

Слухи о таинственном лорде Обсидиане быстро облетели Мэнфорт. Городские лавочники с интересом наблюдали за появлением людей и фургонов — как местных, так и чужеземных. Вскоре начались работы по восстановлению Старого Дворца. Кое-кому из лавочников удалось войти в замок через заднюю дверь и предложить свои услуги и товары.

Управляющий, внушительного вида человек, который называл себя Вороном, был очень осторожен в своем выборе; он расспрашивал бакалейщиков, мясников, торговцев свечами, конюхов и прочих мастеровых об их условиях, потом спрашивал, кого они могут предложить из своих коллег, а затем, ничего не пообещав, вежливо отсылал прочь.

Единственным исключением стал работорговец. Он представился и заявил:

— Я не знаю предпочтений лорда Обсидиана, но мы можем обеспечить его практически всем, что он пожелает — любой возраст или пол…

— Лорд Обсидиан не держит рабов, — презрительно прервал его управляющий. — Мы набираем слуг из свободных граждан.

— Однако есть определенные роли… — угодливо залепетал работорговец.

Управляющий не дал ему закончить фразу.

— В доме лорда Обсидиана нет и не будет рабов.

Работорговец нахмурился и предложил:

— Тогда я могу предложить наши услуги вам…

— Нет.

— Лорду Обсидиану не обязательно знать…

— Я сказал, нет!

— Если вы меня выслушаете…

— С меня достаточно! — рявкнул управитель, и его ладонь легла на рукоять шпаги — шпаги аристократа, как отметил работорговец, едва ли подходящей для управителя. — Вон!

Работорговец потоптался на месте, пожал плечами и молча ушел.

Позднее он рассказал о своем разговоре с управляющим кое-кому из своих друзей. Вскоре о нем узнали и другие, многих стало разбирать любопытство, и они принялись задавать осторожные вопросы человеку по имени Ворон.

— Лорд Обсидиан не держит рабов, — отвечал им Ворон. — И я тоже. Вот и все. Таков наш принцип.

Интерес к лорду Обсидиану постоянно рос с того самого момента, как Монета доложила, что нашла покупателя на Старый Дворец. Потом, когда стало известно о его необычном отношении к рабам, интерес только усилился. Очевидно, Обсидиан не принадлежал к городской верхушке, поскольку никто из лордов Мэнфорта не возражал против рабства, — лорд Обсидиан мгновенно оказался среди них чужаком, человеком посторонним.

Некоторые обитатели Мэнфорта устроились на службу к лорду Обсидиану, слухи множились…

Сам Обсидиан до сих пор так и не появился, однако кроме управляющего и нанятой в городе прислуги, во дворце поселилось полдюжины иностранцев — явно прибывших в Мэнфорт откуда-то издалека, возможно, даже не из Земель Людей. Четверо мужчин и две женщины. Между собой они разговаривали на неизвестном наречии, а на языке Людей говорили с трудом или вовсе его не знали. Носили чужестранцы непривычно яркие одежды.

Фургоны, которые подвозили во дворец припасы, хорошо охранялись, а в некоторых из них находился груз, который быстро спрятали в надежно запертых кладовых.