Draco Sinister
Шрифт:
— Спасибо, мне хватает забот, чтобы не порезаться о реальное острие.
Слитерин встал из-за стола и обошел его, чтобы подойти к Драко. Драко дернулся назад, когда
рука Слитерина поднялась и легла на его плечо.
— Подойди сюда, к свету, — велел Повелитель Змей, и Драко нехотя двинулся вслед за ним
к огню. Слитерин остановился и положил обе руки Драко на плечи.
— Подними глаза и посмотри на меня, — велел он.
331
— Я предпочел бы не делать этого.
— Я не могу иметь генералом того, кто не может смотреть вверх. Ты будешь натыкаться на
предметы при ходьбе.
Драко поднял глаза и с трепетом, близким к отвращению, увидел свое собственное отражение
в глазах Слитерина. Повелитель Змей удерживал его в этом положении некоторое время,
разглядывая его лицо. Драко отвел глаза в сторону, страстно желая взглянуть на что-нибудь другое,
и его взгляд обежал стол Слитерина. Там лежали кучи чистого пергамента, стопки книг по Темной
Магии, и рядом с книгами…
Волна отвращения окатила его. Между двумя стопками книг лежал меч. Или часть меча. Если
быть точным, то это было лезвие. Длинное и мерцающее, цвета лунной дорожки на воде, такое же
длинное, как лезвие у меча Драко, и с таким же желобком посередине. Вот только этот меч
не оканчивался рукоятью. На его конце находился кровавый обрубок, в котором угадывалась часть
человеческой кисти руки.
Помимо его желания, из горла вырвался звук, будто он подавился.
Слитерин обернулся и посмотрел поверх его плеча. Его глаза блеснули при виде меча, и он
улыбнулся.
— Ты понял, что это, — сказал он.
Драко неохотно кивнул.
— Последний раз, когда я видел это, это было… частью Червехвоста.
— Как оказалось, Живой Клинок более полезен, чем слуга, с которым он соединялся, —
проговорил Слитерин, протягивая руку, чтобы погладить лезвие.
Он приподнял его, наблюдая, как свет струится по поверхности, подобно воде, затем положил его
назад.
— Ты знаешь, Драко, как делают Живой Клинок?
Драко покачал головой.
— Нет, но мне кажется, что ты собираешься рассказать это мне.
— Даже я не знаю всех секретов изготовления такой вещи. Но я знаю, что клинки, после того, как
они остынут, трижды омывают — в слезах феникса, человеческой крови и крови единорога.
Драко вздрогнул так сильно, что он был почти уверен, что его сердце остановится. Взгляд
Слитерина снова остановился на нем.
— Тебе это не нравится, — сказал он. — Что именно? Кровь единорога? Эта кровь очень полезна.
Она может продлить жизнь и даже спасти ее.
— Что же ты не дашь немного для Флёр? — сквозь зубы спросил Драко.
— Скоро придет время, когда я не буду нуждаться в ней, — ответил Слитерин.
— А придет ли время, когда ты не будешь нуждаться во мне?
— Это зависит от тебя. Драко, чем ты был занят последнее время? Хандрил в своей комнате и
пил столько,
что хватило бы на целый полк, по крайней мере, по словам твоего слуги. Вижу, что тыне пьянеешь от выпитого, что, конечно же, ценно, но это не то, что я искал в тебе, когда я назначил
тебя генералом моих войск.
— Что именно ты искал? У меня нет никакого опыта, о котором стоит говорить. У меня даже нет
опыта, о котором не стоит говорить.
Какое-то время Слитерин просто пристально смотрел на него. Кажется, он не рассердился, что
было не в его характере.
— Когда я был в твоем возрасте, я стремился участвовать в сражении. Я полагаю, тебе тоже
ужасно хотелось бы увидеть, как ведутся войны.
Драко удержался от ответа в том духе, что он не может вообразить, чтобы война велась так же
ужасно, как в те времена, когда Олаф Волосатый, король викингов, по ошибке заказал партию
из 20000 новых боевых шлемов с рогами внутрь. Кроме того, это было не совсем так. У Слитерина
была грозная армия.
Он так и сказал.
Слитерин кивнул:
— Я думал, тебя это заинтересует.
— Это так, но…
332
— Но что?
— Мир не такой, каким он был, когда ты… жил в первый раз. Теперь другое оружие, другие
законы, даже магия усовершенствовалась и изменилась…, — он прервался, сам не понимая, чего
ради он говорит это Слитерину.
— Я рассчитываю на это, — кивнул Слитерин. — Они забыли обо мне. Я только легенда,
ненастоящий, не угроза. Когда я обрушусь на них с моей армией, им нечем будет сопротивляться
мне. По сравнению с нынешними, мои прежние достижения станут бледной тенью. Такие, как ты и я,
живущие вечно, станут памятником моим трудам. И тысячи убитых для того, чтобы купить это
бессмертие, станут мерилом этих трудов.
— Убийца. Ты говоришь так, будто это пустяк.
— Магглы. Грязнокровки. Те, кто сопротивляются. Только они умрут.
— Сопротивляться будут все до единого. Сейчас не так, как в старые времена. Никто
в волшебном мире не желает, чтобы им правили. Этого больше нет.
— Если каждый будет сопротивляться, то и умрет каждый.
— Почему бы тебе просто не убить меня? — спросил Драко, вскинув голову. — Для чего я тебе
нужен, что ты сохраняешь мне жизнь, зная, что…
— Что тебе нельзя доверять? Ты не можешь бороться со мной. Это невозможно.
— Зачем я тебе нужен?
— Пророчество гласит, что я восстану к власти с моим потомком на моей стороне, и что вместе
мы принесем разрушение и хаос в волшебный мир. Однако, пророчества не неизменны. Я знаю это.
Но когда я создал цепь, приведшую к твоему рождению, смешав мою кровь и кровь существ, которых
я сотворил из элементов темной магии, я создал нечто уникальное. Я всегда подразумевал этот