Чтение онлайн

– Прости меня… – начала было она, однако разгневанный голос эрла прервал ее:

– Как ты посмела ослушаться моего приказа?! Наверное, ты полагаешь, что я потерял не только зрение, но и разум? Что за дочь я воспитал! Трусливая лгунья! Недостойная имени, которое носит! Господь Всемогущий! Сейчас я радуюсь, что никогда уже не смогу увидеть тебя!

Губы эрла перекосила нервная гримаса, а в его голосе звучало открытое презрение. Говоря с дочерью таким тоном, эрл, очевидно, стремился побольнее уязвить ее – и, вне всякого сомнения, ему это удалось.

– Нет, папа, что ты такое говоришь?! – в ужасе закричала Анжелика.

Ей и раньше доводилось

видеть, как он впадает в беспричинную ярость, и не раз, однако впервые гнев его был направлен непосредственно на нее. Анжелика знала, что отец рассердится на нее, однако и представить себе не могла, до какой степени…

– Харгрейвз! – Эрл повернул голову, обращаясь к своему секретарю.

– Я здесь, милорд. – Молодой человек в то же мгновение подскочил к эрлу, причем он так торопился, что чуть не опрокинул деревянный глобус.

– Вы уволены, – грубо проговорил эрл. – Теперь, когда вернулась моя дочь – хотя она и недостойна того, чтобы зваться моей дочерью! – я более не нуждаюсь в услугах секретаря, который плетет интриги за моей спиной, от которого нельзя ожидать исполнения даже самого простого поручения. Убирайтесь отсюда!

Лицо мистера Харгрейвза стало пепельно-серым, он был потрясен и глубоко оскорблен. Юноша открыл было рот, собираясь что-то возразить, затем повернулся к Анжелике, безмолвно взывая к ней о помощи, однако потом, спотыкаясь, покинул комнату, так и не сказав ни слова.

– Папа, но он ни в чем не виноват! – горячо воскликнула Анжелика, до глубины души возмущенная несправедливым решением отца. – Ведь это я во всем виновата, а вовсе не он. Это я решила поехать и отвезти письмо. Ты просто не можешь наказывать его за мой проступок!

– Ему следовало исполнить мое поручение, – жестко сказал эрл, и у Анжелики болезненно сжалось сердце от его неприветливого тона. – Я не потерплю, чтобы мне прислуживали люди, которые предают меня…

– Но ведь…

– Молчать! – яростно закричал лорд Эл-левуд. – Я могу выгнать Харгрейвза – но с твоей изменой мне придется мириться, так как я вынужден буду терпеть твое присутствие!

Анжелика уставилась на эрла, судорожно прижав обе руки к губам. Умом она понимала, что мстительная ярость ее отца во многом объясняется его страхом за нее и преувеличенным сознанием собственной беспомощности, однако легче ей от этого не было.

Анжелика почувствовала, как к ней подошел Бенуа, она подняла голову и увидела, сколь внимательно и сочувственно смотрят на нее его карие глаза. Ей показалось, что дремлющий в нем волк снова встряхнулся, готовый немедленно действовать.

– Милорд, – холодно заговорил он, – мне очень жаль, что вам пришлось провести несколько дней в подобном беспокойстве, однако у вас нет причин так бранить леди Анжелику. В ее намерения вовсе не входило заставлять вас тревожиться, кроме того, у нее были веские основания поступать именно так, как она поступила.

– Кто здесь? – Лорд Эллевуд вскинул голову, словно гончая, которая принюхивается к ветру. – Кто вы такой?

– Бенуа Фолкнер. – Он приблизился к эрлу.

Двое мужчин были во многом похожи – примерно одного роста, мускулистые и широкоплечие, однако тело эрла было сломлено болезнью, а силы его подточены вынужденным бездельем. Движения его были неуверенными и робкими. Бенуа, напротив, двигался с почти незаметной глазу грацией дикого зверя: столь же неслышно и осторожно – и

столь же опасно.

Анжелика посмотрела на обоих мужчин. Контраст между ними был таким явным, что ей стало больно за своего отца. Ведь она помнила времена, когда он был столь же уверен в себе, столь же решителен и спокоен, сколь Бенуа сегодня.

– Да, мне надо было догадаться, – с горечью проговорил лорд Эллевуд. – Я помню твой голос. Надменный, бесстыжий негодяй! Мне не следовало тогда полагаться на твое слово. Что ты сделал с моей дочерью? И почему ее не было здесь, когда я приехал?

Анжелика просто ахнула от неожиданности. Она думала, что отца так разозлил ее внезапный отъезд из Лондона в Суссекс, а оказывается, он злится на Бенуа! Видимо, ей предстоит еще многое объяснить ему! Кошмарная ситуация – ее поведению в глазах отца не было оправдания!..

В то же самое время Анжелику искушал соблазн ответить отцу резко, поставить его, в конце концов, на место! Да разве можно так поступать – заставить мистера Харгрейвза ехать вместе с хозяином в Суссекс только затем, чтобы уволить его в тот момент, как вернулась непослушная дочь?!

– С леди Анжеликой ничего не случилось, – спокойно ответил эрлу Бенуа.

Его глаза были устремлены на отца Анжелики, он стоял неподвижно, словно насторожившись и приготовившись к нападению. Он весь был туго сжатая пружина.

– Где она была?

– Это утро ваша дочь провела с сэром Уильямом Хопвудом, – ровным тоном сообщил Бенуа. – Ночевала она в трактире в Литлхэмптоне. Думаю, единственное, от чего ей пришлось страдать, – так это от смертельной скуки, и только. С вашей дочерью ничего не случилось, милорд.

Несколько секунд в библиотеке слышалось лишь неровное, с надрывом дыхание эрла. Грудь его вздымалась и опадала, пока он пытался справиться с гневом, что кипел в его душе.

Анжелика, по-прежнему без кровинки в лице, испуганно смотрела на отца. Руки девушки были стиснуты с такой силой, что розовые ноготки почти вонзались в ладони. Даже сейчас она не могла в полной мере представить себе, что, должно быть, испытывал ее отец, не видевший, где находится и что за люди окружают его, а потому вынужденный основывать свои суждения и решения лишь на голосах, доносившихся до него.

Конечно, немало потерявших зрение людей находят способ как-то примириться и справиться со своей немощью, однако эрл не принадлежал к их числу. Еще были живы в его памяти те дни, когда он был силен и молод. Примириться с новой жизнью, проводимой вслепую, в четырех стенах, казалось для него невозможным. Отсюда и происходил его гнев, изливаемый на любого, кто подвернется под руку в минуту горького отчаянья.

– Прикажите заложить карету! – ядовитым тоном произнес эрл. – Мы уезжаем. Я не желаю больше оставаться в этом доме, равно как и в присутствии людей, которые находятся тут. Сожалею, что мне в голову пришла мысль написать вам, – свирепо закончил он.

– А я сожалею о том, что мой посыльный не застал вас два дня тому назад, – спокойно ответил Бенуа. – Я незамедлительно отправил ответ на ваше письмо. Ее милость также написала вам, объясняя причины, в силу которых она решила задержаться. Если бы вы получили эти два письма, милорд, вы, несомненно, были бы избавлены от значительной доли пережитого вами волнения. Что же касается меня, я собираюсь сдержать данное вам слово и спасти юного лорда Леннарда.

Эрл коротко, презрительно рассмеялся, и смех его показался Бенуа и Анжелике настоящим оскорблением.