Дороги Богов
Шрифт:
Пугающее всесилие…
Он мчался по узкой лесной тропинке.
Эх, видели бы его сейчас ученые мужи космических ведомств!
Трава, стелющиеся кустарники, обрамляющие тропу, исчезали в пустоте. Не было ни звезд, ни тьмы.
Тропинка вела к тому участку колодца «Кантарат – ледяное сердце», где располагался карман персолипа. У Вадима не было ни путеводителя, ни каких-либо навигационных приборов, однако тропинка направлялась прямо к месту назначения. Он так хотел.
Возможно ли было преодолеть это расстояние
Он ехал не спеша. Тропинка петляла, огибала несуществующие стволы деревьев, проваливалась и взлетала вверх. По расчетам Вадима, она должна была постепенно перейти в сам колодец.
Но может ли он, пособник Захватчика, так просто взять и вынырнуть где-нибудь среди вселенной, да ещё на полпути от центра к Кантарату.
Разумеется, нет.
Вадим не собирался игнорировать предостережение Харта, он кое-что замыслил и оттого не слишком торопился. Требовалось время, чтобы освоиться с новым состоянием и проверить хотя бы часть своих возможностей.
По ходу движения Вадим несколько раз проводил эксперимент.
Он расширял пространство по сторонам и снизу, а сверху оставлял все таким, как есть. Когда трава и кустарники разбегались на десятки шагов и из земли вырастали деревья с изогнутыми стволами, Вадим вдруг набрасывал на себя тонкостенный колпак из… пустоты. Созданный из его собственной силы лес превращался в лабораторию, в центре которой находился невидимый мирок.
Поначалу эксперимент удавался плохо. Колпак то и дело терял форму, искажался, стенки его рвались, и мирок оказывался недолговечным.
Тогда Вадим пошел на хитрость. Вместо леса он создал подобие кратера, а колпак из пустоты соорудил в форме шара. Такой мирок оказался значительно устойчивее.
Пустота, которая не была даже вакуумом, мало-помалу начинала его слушаться. Вадим вновь и вновь сооружал шары, пока не добился идеальной формы. В таком виде колпак для своего жизнеобеспечения почти не требовал энергетических затрат и мог существовать неограниченно долго.
Оставшись довольным своим изобретением, Вадим приказал тропинке свернуть и, надавив на педали, выехал в колодец.
«Приветствую вас, Мастер Справедливости! – воскликнул персолип, лишь только Вадим завершил сотворение пустотного пузыря. – Ну, вы и шуму подняли в Мегафаре! Разговоры до сих пор не утихают. Однако я слышал, что вам удалось сбежать. Что Иное Подобие предоставил вам убежище. Это правда?»
– Мастер Справедливости? А что, пожалуй мне нравится это имечко. Скажи-ка, Странное Создание, ты по-прежнему мечтаешь пожить среди хомунов?
Персолип задумался.
«Если вы хотите отправить меня куда-нибудь в оболочку вселенной, то думаю, это не очень хорошая идея».
Вадим усмехнулся.
– А если ты сам при этом будешь в человеческой шкуре?
«Ах!»
Вадиму показалось, что гриб шевельнулся. Но нет. Такого не может быть. Персолип – форма статичная.
Странное Создание на чем-то усиленно сосредоточивалось:
Вадим это чувствовал.«Вы очень изменились, – наконец сказал персолип. – Что стало с вашими мыслями?»
– С мыслями всё в порядке, – ответил Вадим. – Но теперь они недоступны для других. Такая уж выработалась привычка. Ты на вопрос не ответил.
«Готов быть вашим вечным слугой и личным советником за обещанную человеческую шкуру!» – торопливо отчеканил персолип.
– Советником, говоришь… Что ж, это кстати. В таком случае, прежде чем приступить к экспериментам, давай поговорим. Вопрос первый. Что ты знаешь о Харте?
«Так у вас и впрямь есть лишняя человеческая шкура?»
– Возможно, даже не одна. Но твоё нетерпение мне не нравится. Ты просидел в пещере много веков. Попробуй подождать ещё немного. Итак, я спросил тебя о Харте.
«О, – спохватился гриб. – Безусловно! Харт – Иное Понимание. Он же – Иное Подобие».
– Почему так говорят?
«Харт состоит из величины, которой нет ни во времени, ни в пространстве, ни в сознании. Он – антипространство и антивремя. И даже антисознание».
– Что же это за величина, которая отсутствует в абсолютных вастах?
Персолип выдержал паузу и объявил:
«Это – точка».
– Точка?
«Математическая».
Вадим хмыкнул.
– Точка есть и в пространстве, и во времени, и… в сознании тоже. Точка есть везде.
«Вовсе нет. Три чистые васты изначально точки лишены. Вы скоро это поймёте. Один лишь Харт – истинная точка в математическом смысле».
– Как так?
«Попытаюсь объяснить близкими вам понятиями. Итак, точка. Она бесконечно мала. Математики всех двенадцати фаров единодушно заявляют, что это неоспоримый факт. Вдумайтесь в смысл слова «бесконечно». Бесконечно мала – это значит, мала до полного исчезновения. Понимаете? Точка – небытиё. Другими словами, точка физически вообще не может существовать».
– Ты хорошо объясняешь, – сказал Вадим. – Точка условна.
«Именно так, – сказал персолип. – Однако те же математики убеждены, что из этих самых точек-небытий состоит прямая».
– Выходит, абсурд? Прямая не может существовать из небытий.
«Нет. Парадокс. Но парадокс для нас, вторичных сущностей.
– Почему только для нас?
«Сами поглядите. Мы пришли к заключению, что точки нет. Верно?»
– Ага.
«Но мы свободно можем рассуждать о точке и даже обозначать её в пространстве и времени».
– Допустим.
«А вот дааны, хариты и персоназы этим похвастаться, увы, не могут. Точка для нас и чистых рас – не одно и то же».
– Почему?
«Дело в том, что время, пространство и сознание не имеют в своей основе бесконечно малых величин (то есть, небытий). Они не могут допустить даже их существование. Их структура основана на лучах, прямых, плоскостях, объёмах, гиперобъемах и так далее».
– Но луч, прямая – всё это совокупности точек!
«Вот это уже абсурд, мой господин. Бесконечное количество отрицательных бесконечностей даст ноль».