Дорога домой
Шрифт:
Эмир пожал плечами.
– Он собирался уехать в полдень. Должно быть, так и сделал.
– Нет, - Эрилин уверенно покачала головой.
– Он был здесь всего час назад, искал Лориса и Джофа.
– Ну, значит, нашел, и они уехали, - равнодушно отозвался брат и снова вернулся к своим бумагам.
– Эмир!
– принцесса подошла к столу и наглым образом выдернула листок из-под его носа.
– Да что ты...
– Эмир, - настаивала Эрилин.
– Гэбриэл обещал не уезжать, не попрощавшись. Он обещал, понимаешь? Гэбриэл не такой человек, он держит
На лице Эмира появилось раздражение.
– Да хватит уже боготворить этого типа!
– вскричал он.
– Этому типу, как ты говоришь, мы оба обязаны жизнью, - напомнила Эрилин.
– И меня волнует, куда он пропал. Что-то случилось, я уверена.
– И давно ты стала так доверять своему предчувствию, а?
– издевательски поинтересовался брат.
– Переобщалась с магом и теперь тоже мнишь себя одной из них? Мне вот интересно, он тоже побывал у тебя под юбкой?
У Эрилин от возмущения кровь прилила к лицу. Может быть, она ослышалась? Непременно, ослышалась, потому что Эмир не мог сказать ничего подобного, просто не мог...
– Да как ты можешь?
– ахнула она.
– Это ты как можешь?!
– принц встал и грохнул кулаком по столу, неприятно напомнив Галиса в Саране.
– Довольно! Теперь мы в Иканоре, и здесь свои правила! Ты достаточно таскалась с Хортоном со товарищи по дорогам, жалась к нему, как базарная девка, позорила честь семьи! А теперь хватит! Забудь о нем! Его нет, и прекрасно!
Эрилин побледнела и отступила на шаг.
– Что ты с ним сделал?
– губы онемели и почти не слушались.
Эмир вышел из-за стола, обошел его и приблизился к ней.
– Я ничего с ним не делал, - отчеканил он.
– Много чести. Есть люди, которые сделают все за меня.
У принцессы потемнело в глазах. Этого не может быть, этого просто не может быть! Ситуация до боли напомнила то, что произошло в замке наместника Третьей Провинции Гриора. Когда Гэбриэл предупреждал, предупреждал, но она не слушала, верила в свою правду, а стоило остаться без него, так Андрес Гантер тут же показал свое истинное лицо. Но то наместник, а это брат... родной брат!
Ей захотелось зажмуриться, чтобы не видеть его перекошенное от гнева лицо, но она почему-то не могла, просто застыла, как статуя, и смотрела него во все глаза.
Неужели Гэбриэл был прав во всем? А она не поверила, оскорбилась, требовала не клеветать на ее брата...
– Эмир, - ее голос дрожал, - так это правда? Это не Ридок, это ты нанял сатанида?
В глазах принца мелькнула паника, как у маленького ребенка, которого родители поймали в кухне с пакетом конфет, но лишь на мгновение, в следующее его лицо стало самодовольным, и он избрал лучшей защитой нападение.
– О, моя милая сестренка включила голову! Наконец-то! Конечно же, я! И не одного сатанида, а сразу двух.
Эрилин задохнулась, на глаза навернулись слезы, было ощущение, что кто-то проделал в груди огромную зияющую дыру.
– Эми, - простонала она,
бессознательно назвав его так, как звала в детстве, - это же наш папа. Что ты наделал?– Я достоин этого престола, - прорычал Эмир.
– Да ты чудовище!
– вскричала Эрилин.
– Псих!
За эти слова она получила пощечину и отлетела в сторону, в голове гулко зазвенело, а перед глазами все померкло.
Должно быть, Эрилин пришла в себя всего через несколько минут. Когда очнулась, она обнаружила себя на кровати, одна рука уже была привязана к спинке, а вторую брат как раз пытался укрепить.
– Эмир, что ты делаешь?
– простонала она.
– Хочу, чтобы ты успокоилась и подумала, - совершенно спокойно ответил он, будто они обсуждали, какой десерт подать сегодня к чаю.
– Я никогда не хотел тебя убивать и не хочу. Так что подумай над этим. Если ты включишь голову и встанешь на мою сторону, я тебя отпущу.
– Где Гэбриэл, Лорис, Джоф?
– выдохнула принцесса.
– Что ты с ними сделал?
– О, дорогая, не надо их всех в один список, - Эмир нахмурился, - Лорис наследный принц Алаиды, и я не идиот, чтобы предпринимать против него активные враждебные действия. Маги по моей любезной просьбе напоили его в гостях сонным чаем, так что с ним все в порядке. Проснется завтра утром и появится. Я даже выделю ему почетный эскорт, чтобы он смог добраться до Алаиды.
Вот теперь ей стало по-настоящему страшно.
– А Гэбриэл и Джоф?
Эмир скривился.
– Понятия не имею. Мои сатаниды сказали, что им нужны эти оба, я великодушно не возражал. У них какой-то зуб на твоего Хортона, а Джоф им пригодится. Подробностей не знаю, да мне и плевать. Я разрешил им воспользоваться заброшенными пыточными камерами в подвалах.
– Эмир, какой же ты негодяй, - Эрилин казалось, что ей снится кошмар, безумный ночной кошмар, потому что в реальности такого просто не могло быть.
– Ты подписал приговор парнишке, который в жизни своей мухи не обидел, и человеку, которому обязан жизнью ты сам.
– Убивать Гэбриэла не входило в мои планы, - признался Эмир.
– Да в моих планах вообще не было этого сукиного сына. Но он подвернулся очень кстати. Братство просило кругленькую сумму за свои услуги, а увидев его, они тут же отказались от всей награды, сказали, отдать его им, и мы квиты. Так что я всего лишь забочусь о государственной казне, а значит, и об Иканоре в целом.
– И из-за заботы об Иканоре ты убил нашего отца?
– слезы душили, они шли сплошным потоком, стекали по подбородку и падали на шею.
Эмир раздраженно пожал плечами.
– Поставь себя на мое место. Отец твердил о своей болезни последние несколько лет, собирался умирать и готовил меня занять трон. Изо дня в день он повторял, что я вот-вот стану королем. Он сам вбил мне это в голову. А потом врачи вдруг находят лекарство от его хвори и обещают ему дожить до глубокой старости. Что мне надо было делать? Ждать, когда мне стукнет лет сорок, и только потом стать королем?
– Я бы никогда не оказалась на твоем месте, - прошептала Эрилин.