Чтение онлайн

С этим связана подчеркнутая двойственность образной структуры пьесы. Каждый из ее образов, начиная с драматических характеров и кончая деталями сценической обстановки, как бы двоится и поворачивается к зрителю то обыденно - житейской, то условно-символической стороной. Эта двойственность драматического рисунка свойственна прежде всего центральному образу пьесы образу дома-корабля, "дома, где разбиваются сердца". Выстроенное по модели корабля старым чудаком капитаном Шотовером, это странное причудливое здание ассоциируется и с английской песней о Британии как владычице морей ("Правь, Британия! Британия, правь над волнами"), и с легендой о корабле - призраке ("летучем голландце"), и, наконец, с Ноевым ковчегом, заселенным самыми различными экземплярами утопающего мира. Этот "странный душераздирающий дом", "дом без всяких основ" - символический образ буржуазной Англии, стоящей на грани великой исторической катастрофы. Под крышей этого символического здания собраны люди различного возраста, разных профессий, различных имущественных и общественных положений. Но кроме этих видимых персонажей, здесь как бы присутствует

еще один, невидимый, чье незримое присутствие ощущается благодаря множеству образных деталей и томительно напряженной атмосфере пьесы. Этот персонаж может быть условно обозначен словом "судьба". Для Шоу это понятие лишено мистического содержания. Судьба для него - сила исторического возмездия. Встречаясь с "роком", персонажи пьесы, по сути дела, встречаются с враждебной им историей, на суд которой они несут свои обветшавшие духовные, культурные и моральные ценности. Демонстрация безнадежной мертвенности этого накопленного веками достояния составляет важнейшую сторону авторского замысла. Шоу показывает, как доживающий последние мгновения своей жизни собственнический мир тщетно пытается найти точку опоры среди арсенала привычных идей и чувств. Превратившиеся в пустые оболочки, традиционные формы духовной жизни буржуазного мира служат только масками, скрывающими духовную наготу его представителей. Перед лицом истории эти личины спадают и душевная нищета обанкротившихся сыновей и дочерей буржуазной Англии предстает во всей своей удручающей неприглядности. Этот процесс духовного "оголения" и составляет драматическую основу пьесы. Подводя итог деятельности нескольких поколений английской интеллигенции. Шоу приводит на суд истории своих персонажей, каждый из которых, обладая ярко выраженным индивидуальным характером, воплощает определенную тенденцию культурного и духовного развития Англии. Так, изящный джентльмен Гектор Хэшебай выступает в пьесе не только как романтик, но и как олицетворение романтизма (под которым Шоу, как всегда, понимает не литературное направление, а определенный тип восприятия действительности). Этот пылкий фантазер, как показывает Шоу, был всю жизнь последовательным и вдохновенным "рыцарем лжи". Всю жизнь он обманывал себя и других своими выдумками. Собственная реальная жизнь не удовлетворяла его (а это пренебрежение к реальности для Шоу и есть главное "преступление" романтизма), и он придумывал себе другую, полную героических подвигов и чудесных приключений. Годы шли, и его пылкое воображение, растраченное на ложь, истощилось. Он перестал верить самому себе, не верят ему и другие. "Романтизм" превратился в немолодого джентльмена, уставшего от лжи, бывшего красавца, утратившего веру в свою неотразимость.

Но не меньше изжила себя и философия трезвого практицизма. Ее носитель - пожилой делец Менген - тоже весь состоит из лжи и подделок. Поддельна его энергия, его богатство, его деловитость. У него нет ни денег, ни практической сметки, ни деловых способностей, нет ничего за душой, кроме фальшивой репутации преуспевающего дельца, с помощью которой он умудряется кое - как держаться на поверхности жизни. Из всех обитателей дома - корабля он внушает Шоу наибольшую ненависть, ибо именно "из - за таких, как он, мир превратился в кормушку для свиней". Гость из Манежа, случайно очутившийся на борту корабля, Менген оказался самым беззащитным перед судом истории. Этот делец - марионетка, как и вся представляемая им система, прогнил изнутри и может держаться лишь благодаря искусственным подпоркам. Обнаружив, что они более не спасают его, он слабеет и теряется. Объятый предсмертной тоской, он мечется по сумеречному дому капитана Шотовера и вместе со своим собратом по ремеслу профессиональным вором Дэном гибнет в пламени начинающегося пожара. Обнажая грабительскую сущность капитализма, эта символическая ситуация вместе с тем предрекает ему скорую и неминуемую гибель. Но и остальные обитатели дома-корабля обречены. Процесс распада буржуазной Англии коснулся и сферы самых интимных человеческих эмоций, превратив их в орудие смерти и разрушения. Ни нежность Гесионы, ни чувственное обаяние ее сестры леди Этеруорд не способны спасти гибнущий мир и вдохнуть в него живую душу. Любовь здесь превратилась в жестокую игру, и ей предается не только Ариадна, это воплощение колонизаторских рабовладельческих нравов империалистической Англии, но и кроткая женственная Гесиона. У этих немолодых очаровательниц уже все позади, и для них не существует завтрашнего дня. Но будущего нет и у "молодой Англии" - юной Элли Дэн, стоящей на самом пороге жизни. Ее иллюзии гибнут, соприкоснувшись с жестокой правдой жизни. Несостоятельными оказываются и ее романтическая влюбленность в высокопарного лжеца Гектора, и предполагавшийся брак по расчету с богатым дельцом Менгеном.

В истории Элли Дэн присутствует некоторый оттенок литературной пародии. В число изживших себя культурных ценностей буржуазного мира Шоу включает и примелькавшиеся литературные стандарты. Традиционная мелодраматическая ситуация - юная девушка, разочаровавшаяся в своем первом чувстве, выходит замуж за богатого старика - также отжила свой век, как и романтизм Гектора, и практицизм Менгена. Из всего, что завещано "юной Англии" предшествующими поколениями, наибольшей реальностью обладают лишь воспоминания о давно минувшем историческом прошлом, в котором Шоу, при всем своем скептическом отношении к нему, находит и некоторые здоровые начала. Они воплотились в образе престарелого капитана Шотовера, и именно поэтому девятнадцатилетняя Элли вступает в духовный брак с ним. Носитель героических традиций английской истории, капитан Шотовер выступает в роли обвинителя на этом своеобразном суде истории. Ее вчерашний день в его лице с презрением и гневом судит современность. Дряхлый моряк, живший когда - то деятельной и полной жизнью,

стоявший на капитанском мостике во время тайфуна, бесстрашно направлявший свой корабль в гущу арктических льдов, равно чужд и поблекшему романтизму своих детей, и их убогому прозаическому практицизму. Но и он, этот обломок далекого прошлого, не может приостановить слишком далеко зашедший процесс распада цивилизации. Об этом свидетельствует само состояние его дома, где царит хаос и беспорядок, где все обветшало, прогнило и пришло в состояние негодности. Уже много лет здесь никто не заботится о чистоте и уюте, обитатели жилища давно махнули рукой на жизнь и кое - как коротают свой век, предоставив все на свете "Менгенам, случаю и сатане".

Дряхлому владельцу обреченного "корабля" - этой "темницы душ, которая зовется Англией", - уже не под силу плыть против течения. И он концентрирует остатки своей жизненной энергии для того, чтобы создать смертоносные орудия, способные стереть с лица земли выродившееся, умирающее общество. Эта символическая подробность деятельности Шотовера обобщает направление развития буржуазной цивилизации. Она исчерпала себя, и ей осталось только одно - саморазрушение. Ее творческая мысль в лице капитана Шотовера служит не жизни, а смерти.

Подсознательное и сознательное стремление к смерти живет и в разбитых сердцах персонажей драмы. Устав от жизни, они хотят умереть. Этим духовным состоянием буржуазного общества и подготовлена та оргия всеобщего разрушения, на которую намекает финал пьесы. Немецкий бомбардировщик роняет бомбу на склад динамита, расположенный поблизости от дома - корабля. Пламя вспыхнувшего пожара, несомненно, распространится и на весь старый мир, недаром уставшие от жизни обитатели дома мечтают о возвращении бомбардировщиков. На этой зловещей ноте, усиленной напевом сентиментальной песенки "Пылайте, огни очагов", завершается пьеса Шоу - эта своеобразная "отходная" буржуазному обществу.

В жестокой иронии Шоу есть и некоторый личный оттенок. Пьесой "Дом, где разбиваются сердца" он подводит итог не только многовековому развитию буржуазной цивилизации, но и своей собственной многолетней деятельности, направленной на улучшение господствующей социальной системы. Его мечты о ее оздоровлении и о создании "новых людей" в условиях глубочайшего распада существующего жизненного уклада обернулись наивной и беспомощной утопией. Отсюда то чувство лирической печали, которое пронизывает его драму, сообщая ей в сочетании с его обычной ядовитой иронией неповторимо своеобразное звучание.

Капуя - древний город в Кампании, в IV в. до н. э. получивший от Рима самоуправление. Жители Капуи славились пристрастием к роскоши. Здесь карфагенский полководец Ганнибал разбил свой зимний лагерь после победы над римлянами в сражении при Каннах (216 до н. э.). Длительное бездействие Ганнибала, якобы поддавшегося "чарам Капуи", вызвало недовольство. В переносном смысле Капуя - место безмятежной праздности.

"Зал для верховой езды" - ср. слова леди Этеруорд: "Поезжайте куда угодно в Англии, где живут нормальные, здоровые, довольные, настоящие, порядочные англичане, и вы увидите, что главный стержень всего дома - это конюшни..." (акт III).

...в садах Клингсора.
– Поэт и волшебник Клингсор - персонаж музыкальной драмы Р. Вагнера "Парсифаль" (1877-1882), сюжетную основу которой составляют эпизоды средневековых германских легенд. Лишенный права вступления в общину св. Грааля, Клингсор воспылал ненавистью к рыцарям, которых заманивал в свой сад с помощью прекрасных дев и убивал,

Уэллс, Герберт Джордж (1866-1946) - английский писатель и публицист.

Беннет, Арнолд (1867-1931) - английский писатель

Голсуорси, Джон (1867-1933) - английский писатель и драматург

Блейк. Уильям (1757-1827) - английский поэт - романист и художник

Скотт Холдейн, Джон (1860-1936) - английский ученый - физиолог изобрел средства охраны труда в шахтах. Основные труды его посвящены проблеме дыхания.

Мередит, Джордж (1828-1909) - английский поэт и писатель - романист.

Харди, Томас (1840-1928) - английский писатель, высоко ценимый М. Горьким.

Бонд-стрит - одна из главных торговых улиц в деловой части Лондона.

предчувствиями м-ра Г. Дж. Уэллса.
– Подразумевается трактат Г. Дж. Уэллса "Предвидения воздействия технического и научного прогресса на жизнь и мышление человечества" (1901). Эразм Роттердамский (1469-1536) - один из представителей европейского гуманизма эпохи Возрождения, филолог, писатель и богослов.

...во времена Карла Второго...
– Карл II - английский король (царствовал в 1660-1685).

Кенсингтон-Гарденс - большой парк в Лондоне, примыкающий к Гайд-парку, заложен в 1728-1731 гг.

Кальвинизм - одно из протестантских вероучений, возникшее в XVI в. в Швейцарии и названное по имени его основателя Жана Кальвина (1509-1564).

...не говоря уж о Вагнере и тональных поэтах...- Термином "тональная поэзия", возникшим в конце прошлого века, обозначаются музыкальные произведения (преимущественно для симфонического оркестра), основанные на заимствованных из области поэзии темах и образах. К "тональным поэтам", развивавшим в новое время принципы программного симфонизма, относят, в частности, немецкого композитора Рихарда Штрауса (1864-1949), автора симфонических поэм "Дон Жуан", "Макбет", "Тиль Уленшпигель", "Дон Кихот" и др.

Ларошфуко, Франсуа де (1613-1680) - французский писатель-моралист.

Пер Гюнт - герой одноименной драматической поэмы Генрика Ибсена (1867).

Гиперестезия - повышенная, болезненная кожная чувствительность.

Жорес, Жан (1859-1914) - деятель французского и международного социалистического движения, активный борец против милитаризма. Убит накануне первой мировой войны французским шовинистом Р. Вилленом.

Клемансо, Жорж (1841-1929) - французский реакционный политический и государственный деятель, сторонник милитаризма.