Доллары и страсти
Шрифт:
Проболтали всю ночь, вспоминали школьные годы. Возвращаясь в детство, мы становимся моложе, добрее и приветливее друг к другу. Те года нам кажутся светлыми, радостными. Колька пришел домой взволнованным и радостным.
– Ну , Санёк, заживем! Теперь у нас доллары в карманах захрустят! Кайф ловить будем… Ты обещал мне в помощи не отказать, а тут такое дело – выеденного яйца не стоит. Немного постараться и дело в шляпе…
– Что за работу такую денежную ты мне предлагаешь, друг?
– У тебя знакомых много? Желательно тех, кто уже отсидел. Чем больше, тем лучше. Тебе только уговорить их, чтобы митинг организовать,
– Я чего – то не понял… Ты о чем меня просишь? Тоже нашел дурака. Да мне твои баксы по такому случаю, хоть мешком дадут, не нужны, понял? Родину продавать за твои грязные доллары не собираюсь и тебе не советую.. – Серёга быстро покидал в рюкзак свою одежду и с силой хлопнув дверью, выскочил на улицу – Дерьмо! Я думал, что он человек, думал, что нормальный, душу перед ним открыл, а он геенна вонючая, мерзкий гад, была бы воля, раздавил бы его, как вонючую жабу…
Глава 7
После ухода жены Андрей Михайлович почувствовал облегчение. Что – то в ней было такое, неприятное, неискреннее… Он давно замечал фальшь в её слащавом голосочке.
Она напоминала ему актрису без таланта и поклонников, очень плохую актрису…
– Слушай, а ты можешь мне найти того парня, который вытащил меня из машины? – спросил он наведывавшего его в больнице помощника.
– Попробуем. А зачем он вам?
– Поблагодарить парня надо, жизнь всё – таки мне спас, с того света вытащил.
– Не переживайте Андрей Михайлович найдём…
Санька очень удивился, что его приглашают на встречу с Андреем Михайловичем. Доставили в больницу как президента на роскошной иномарке.
Андрей Михайлович внимательно разглядывал спасителя, бедноват, худенький, бледный, видно жизнь его не балует.
– Проси чего хочешь, хоть полцарства в придачу, – пошутил спасённый. – хочешь денег? Много заплачу…
– Я за добрые дела денег не беру, – мрачно проговорил Санёк.– Какое же это будет доброе дело, если за каждое надо расплачиваться деньгами?
Ответ парня Андрею Михайловичу пришелся по душе. И что – то знакомое было в его лице…
«Где-то я его раньше видел» – подумал выздоравливающий. Надо как следует порыться в своей памяти.
– А вот насчет жилья не против комнатушку какую – нибудь, только чтобы перекантоваться, пока работу найду…
– А зачем комнатушку? – обрадовался Андрей Михайлович, – у меня в моём доме поживешь пока, а там видно будет. Я жене сейчас записочку напишу, чтобы тебя приняла как гостя…
Такие жилые «апартаменты» Санёк видел впервые в жизни. Всё вокруг сверкало и блестело, – инкрустированное самой дорогой из редчайших пород древесиной, покрытой особым лаком под цвет золота. Санёк утонул в мягком кресле, обитом приятным для прикасаний к нему плюшем.
Жена Андрея Михайловича, почти ровесница Санька, поразила гостя не меньше, чем комфортная обстановка квартиры. Она была очень красивая, со вкусом одета и приветлива.
– Располагайтесь, как дома, сейчас примете ванну, мои помощницы снимут с вас мерки на новые костюмы и я вам покажу комнату, где сможете расположиться со всеми удобствами. Спасибо вам за то, что спасли моего мужа…
– Да не надо
мне ничего. Я вон во дворе в сторожке переночую, а завтра работу себе найду – Не беспокойтесь за меня, я вас не обременю…– Что вы, Андрей Михайлович, как выпишется из больницы, сам вам работу подыщет… А пока – располагайтесь, отдыхайте…
Санька был поражен роскошью и богатством. Зачем двоим столько комнат и прислуги? Может у них ещё дети есть? Всё это великолепие давило, угнетало его привыкшую к скромной и свободной жизни натуру. Было огромное желание уйти отсюда, но не хотелось расстраивать гостеприимную хозяйку, у которой в это время уже строились в голове особые планы по отношению к молодому, стройному и весьма эффектному гостю.
Глава 8
Андрей Михайлович сосредоточенно думал о том, кого ему напоминает его спаситель. И тут словно осенило.
– А принеси – ка мне, Дима, -обратился он к помощнику, -фотографии из семейного альбома, где мне в пределах двадцать – тридцать лет…
И точно, на одной из фотографий он был очень похож на своего спасителя: тот же нос, губы, волевой подбородок… Аж мурашки побежали по телу. Неужели мой сын?! Но всякое в жизни бывает. В воспоминаниях всплыла Нина – худенькая , жизнерадостная девчонка. Да, да, именно с такими же глазами, как у его спасителя. Нина, которую, встретив потерял голову и забросил учёбу на целый год в техническом. Их тянуло друг к другу с невероятной силой.
Любовь захватила, закружила, заставила забыть обо всём, кто они, где они, будто и не существовало никого в мире. Только они одни. Никого не видели, не слышали, только друг друга, опьяненные этим сильным, вдохновляющим чувством… Они не могли жить друг без друга ни минуты, ни секунды… А потом вдруг, словно вспышка молнии среди чистого солнечного неба, ее внезапный отъезд из города. Куда, зачем? Он ничего на понял. Может это был сон? Если бы знал Андрей Михайлович о том, что его родители сделали всё возможное и невозможное, чтобы спасти любимого сыночка от этой ниоткуда взявшейся нищенки, которая соблазнила Андрюшеньку. Он потерял целый год учебы в институте, превратился в какого – то сумасшедшего лунатика, забыв о том, что прежде всего нужно получить диплом, найти престижную работу и жениться на приличной девушке.
Когда удивленный Санёк вновь появился в палате Андрея Михайловича, тот встретил его необычайно тепло и ласково, стал расспрашивать о матери, а когда узнал о её трагической кончине в аварии, загрустил и помрачнел.
– Послушай меня Александр, – произнёс он как -то по особому строго и задумчиво.
– Я буду говорить с тобой откровенно. Ты очень похож на меня, в молодости. У тебя глаза твоей матери, которую я очень любил и с которой нас разлучили не по нашей воле. Давай сдадим с тобой анализы на ДНК, чтобы меня не мучили сомнения. Может это просто совпадения?
–Я прямо здесь и организую сдачу анализов на ДНК. Мне не откажут…
С неохотой выполнил Санёк странную просьбу Андрея Михайловича. Анализы сдал, хотя на все сто процентов был уверен, что он не сын спасенного им богача.
Санёк возвращался в дом Андрея Михайловича, чтобы забрать свои вещи. Его угнетала эта атмосфера роскоши и комфорта. Он чувствовал, что расслабляется, теряет контроль над собой, превращаясь в домашнее животное, которое сытно кушает и сладко отсыпается, а конец этого животного весьма печален.