Чтение онлайн

Макс толкнул дверь и вошел внутрь. За дверями оказался огромный кабинет в бело-золотистых тонах. Потолок его куполообразно уходил вверх и был украшен копией фрески «создание Адама». Макс вспомнил её, так как видел во время обучения в интернате.

– Мистер Валенштайн, прошу, проходите.

Макс подошел ближе. В центре кабинета стояли два кресла друг напротив друга, разделенные небольшим стеклянным столом. По его поверхности плавали голографические карпы кои.

– Прошу, присаживайтесь.

Мужчина говоривший это сделал пригласительный жест рукой. Был он не молод и

не стар. Макс подловил себя на мысли, что не в силах определить возраст этого человека. Может, тридцать, а может и пятьдесят. Черные волосы аккуратно зачесаны назад. Голубые миндалевидные глаза смотрят прямо и добродушно. Стоячий воротничок белого пиджака так сильно врезается ему шею, что кажется второй кожей. Во всей внешности этого человека все было настолько аккуратное, правильное и… идеальное, что буквально вызывало подсознательныйстрах.

Макс опустился в мягкое кресло.

– Меня зовут Адам Ньюмэн, - сказал мужчина.

Голос у него был мягкий и вкрадчивый, растягивая гласные чуть длиннее, чем следовало бы.

– А мне, полагаю, нет нужды представляться. Не могу сказать, что очень рад нашему знакомству, мистер Ньюмэн, обстоятельства не те. Читал, кстати, вашу статью.

Адам улыбнулся.

– Надеюсь, это было не слишком дерзко с моей стороны – прислать её вам? Не хотелось, чтобы вы скучали, а ничего другого, право слово, и на ум пришло.

– Да, спасибо. Ничё не понял, но было очень интересно.

Адам тихонько рассмеялся.

– Благодарю, я весьма польщён. Но все же, как вы хотите, чтобы я обращался к вам? Как вам будет приятнее? Мистер Валенштайн или все же мистер Кингстон?

– Да называйте хоть Сюзанной, если вам так больше нравится, - Макс нарочито демонстративно поскреб ногтями по отросшей щетине.
– Давайте для начала вы скажете, где сейчас мои друзья и уже от этого факта дальше будем танцевать.

– Похвальная забота о ваших друзья, мистер Валенштайн. Не беспокойтесь, они сейчас отдыхают, как и вы ранее.

Ньюмэн постучал пальцами по столу. Вместо карпов показалось меню, из которого он вызвал записи с камер, разделившие стол на две половины. На одной Гай валялся на кровати, задрав ноги на стену. На второй камере Мак увидел Элис. Он сидела в кресле, поджав ноги, и что-то читала с планшета. Макс был готов спорить, что там была та же статья. При виде девушки у него одновременно забилось быстрее сердце, а на душе стало легче – она в порядке.

Он кивнул, внутренне успокоившись.

– Хорошо, теперь можно ближе к делу.

Карпы снова поплыли по стеклянной поверхности стола. Ньюмэн достал из кармана пиджака маленькую пилочку и стал аккуратно, не спеша править ногти на левой руке.

– Понимаете ли, мистер Валенштайн, ваше недолгое прибитые в Городе уже наделало много шума. Слишком много. Вы как маленький камешек, брошенный в ровную гладь озера, но волны которые вы запустили – велики. По имеющейся у меня информации, триады уже назначили награду в три миллиона кредитов за вашу голову. Разумеется, поэтому наша служба не сразу поверила вашему звонку насчет фургона наркотических веществ и замешанности в этом деле капитана Вольфхаузера.

При

этом имени он тихо вздохнул, покачав головой.

– Однако, факты говорят об обратном. И что же получается. С одной стороны – стоило бы вас поблагодарить, и за сорванный наркотрафик и разоблачение коррумпированных полицейских. С другой стороны, тот ряд преступлений, что вы совершили – совершенно не располагает к тому, чтобы оставлять вас на свободе, мистер Валенштайн. Я на распутье. Чаша весов, почти в равновесии, но, боюсь, если я просто отпущу вас и ваших друзей на все четыре стороны – за вами снова потянется очень длинный криминальный хвостик. А упечь в тюремную капсулу на ближайшие десятилетия тоже кажется мне не совсем справедливым. Так как же мне поступить?

Макс выдохнул.

– Не думаю, что какие-то мои слова вас переубедят в решении, так что говорите уже что хотите, только побыстрее.

Ньюмэн улыбнулся, обнажив белые мелкие зубки.

– Люблю деловых и логичных людей, мистер Валенштайн. Но прежде, чем я приму окончательное решение относительно вашей судьбы, хотелось бы закрасить ещё пару белых пятен в этой истории. Пройдемте?

Они поднялись и вернулись к лифту. Спускаться пришлось долго, после чего Адам проводил его к очередной безликой двери. Он провел пальцем, открывая замок, толкнул дверь и Макс увидел внутри комнаты капитана Вольфхаузера.

– Надеюсь, вы не очень сильно скучали друг без друга?
– тонко улыбаясь, спросил Ньюмэн.

Вольфхаузер сидел навытяжку, прикованный к высокому креслу каждой частью тела. Лицо исказила боль, из носа протекала дорожка засохшей крови, глаза раскраснелись и слезились. Но как только капитан увидел Макса, он вперился в него так, что если бы взглядом можно было убивать, тот был бы уже поражен насмерть.

– Как видите, мы без вас уже немного побеседовали с капитаном.

Адам достал из кармана белый платочек, смахнул несуществующую пыль со стола и присел на край. Макс прислонился к стене, скрестив руки. Он терялся в догадках, что будет дальше.

– Доброе утро, капитан, вам хорошо спалось? – в голосе Ньюмэна не было и нотки сарказма.

Вольфхаузер отозвался длинной нецензурной тирадой.

Адам покривился.

– Где ваши манеры? Вы же офицер.

Вольфхаузер попытался плюнуть в него, но слюна только повисла у него на подбородке длинной ниткой.

– Как все это некрасиво, право слово. Не разочаровывайте меня так сильно, прошу вас.

Адам взял платок и бережно стер слюну с лица капитан.

– Вот, так гораздо лучше. Надеюсь, наш общий друг в представлении не нуждается? – он указал на Макса.

Вольфхаузер снова выругался.

– Ну да, я так и думал, - спокойно отметил Ньюмэн.
– В общем, я хотел бы пролить свет ещё на пару обстоятельств. Нет-нет, не стоит снова рассказывать про ваши нечистые делишки с триадами и прочее. Вы уже и так очень много напели нам за текущие сутки. Раз уж здесь у вас гость, думаю, ему будет интереснее всего послушать про свои дела, не так ли? Будьте столь любезны, расскажите историю вашего знакомства с самого начала?

Капитан продолжил поток ругани.