Долг платежом красен
Шрифт:
Та-а-ак… штанишек на эту худобу не наблюдается… О-о-о, а это что?! Панталоны? Надеваем, выбирать не из чего. О нормальной одежде будем заботиться потом. Обувь. Обалденные шузы… и все это, конечно, не фонтан, но сейчас главное — с дедулей разобраться. А что это у нас на столике рядом с креслом? Ого! Винцо! Хорошо пахнет. Э-э… стоп! Детский организм не травим. Судя по худобе, доза может оказаться смертельной.
— Магистр Жаколио, выпейте, пожалуйста.
Блин, я чуть слюной не захлебнулся. А он открыл глаза, уставился и опять молчит, как до обморока. Положеньице… Попробуем еще раз.
— Магистр, не будете ли вы так любезны все же объяснить причину и способ моего появления здесь!
Глазки приопускаем, улыбаемся. Стоп! Стоп! После предыдущей улыбки его и перекосило. Сначала надо убедиться, что
— Магистр, вы просили вспомнить, сколько мне лет и чем я там занимался. Как мне кажется, в том мире я был мужчиной годов эдак сорока. Точнее сказать не могу, все пока что несколько размыто и как бы в тумане. Последнее, что помню, это как я садился в самолет — ну это такая тачка, летающая и перевозящая пассажиров, в смысле людей… Устал за день, и только устроился в кресле, как сразу и заснул… Думаю, погиб я там, иначе невозможно объяснить мое появление здесь. А перед посадкой в самолет, помню, прогуливался с двумя детьми, лет восемнадцати… Нет, дети вроде бы не погибли. Да!!! Они улетели немного раньше… Странно, почему со мной были дети?! Ведь у меня вроде и семьи не было… О-о-о, вспомнил! Это племянники! Я при них был… э-э-э… можно сказать телохранителем и воспитателем, в смысле учил их многим вещам… Да… точно, именно учил. Меня муж моей сестры уговорил на это дело. Он пошел о-о-очень большие деньги делать, а чтоб не подвергать жену и детей опасности, от них ушел. Меня же попросил охранять его семью… Платил он мне о-очень хорошо… да, хорошо… Четыре года…
Я совершенно погрузился в воспоминания, которые медленно разворачивались перед моим мысленным взором…
Из задумчивости вывело громкое покашливание мага. Судя по всему, тихонько он уже накашлялся. О! Я уже сижу в соседнем с магистром кресле, и в руках стакан. А что в стакане? Ну-у-у… Я так не игра-аю… Хотя о чем это я, мне ведь себя беречь надо. С таким телом и здоровьем, как у меня сейчас, можно помереть и без помощи со стороны. Старик вроде бы как немного расслабился, думаю, можно уже и спрашивать.
— Надеюсь, что ответил достаточно подробно на ваши вопросы? Теперь бы хотел получить ответ на свои. Как я оказался в этом теле и почему?
Магистр повозился в кресле, поудобнее усаживаясь, отхлебнул немного из бокала и, тяжело вздохнув, спросил:
— Полагаю, вы не в обиде… за появление в… этом… месте?
Я удивился. Он же слышал — там я погиб. Продолжить жизнь — что же здесь может быть обидного? Тело, конечно, мягко говоря, не в моем вкусе, но тут не до выбора, и так один шанс из миллиона… Но свое мнение лучше держать при себе и дедуле на подобные мысли лучше даже не намекать, чтобы он не начал изображать из себя благодетеля.
— В первую очередь мне хотелось бы понять, зачем и почему я здесь, а лишь затем разбираться с «обидно — не обидно».
Не все, что делается, — к лучшему.
Не все, что к лучшему, — к лучшему для всех.
Старик долго молчал, словно не решаясь выдать важную тайну, но затем еще раз вздохнул и начал свое повествование. Как оказалось, начало этой истории было заложено еще родителями Лионеллы, девочки, в теле которой я находился. Ее отец из очень влиятельной и богатой семьи, находящейся в родстве с правящей династией. Ему прочили прекрасную карьеру. Мать же девочки из обедневших дворян, чье поместье расположено на самой границе королевства, у подножия труднопроходимых гор, называемых Скалистыми.
По какому-то поводу госпожа Люсия, будущая мать Лионеллы, вместе со своим отцом посетила столицу. Их дальняя родственница, у которой они остановились, взяла ее с собой на бал. Там девушку и увидел Сорейн Гросарро, будущий отец Лионеллы… Приблизительно через неделю граф попросил руки госпожи Люсии… Его родственники были против женитьбы и устроили большой скандал. Сразу же возникли проблемы и с карьерой юноши.
Графу с молодой женой пришлось уехать к ее родителям, в бедное поместье. Но Гросарро настолько был счастлив находиться рядом с возлюбленной,
что даже не обратил на эти перемены внимания. Однако сама госпожа Люсия была уверена, что, лишенный столичного общества и карьеры, ее муж несчастен и что это лишь ее вина. Она так сильно печалилась из-за этого, что через год после рождения пятого ребенка умерла.Прошло уже почти одиннадцать лет, но господин до сих пор вне себя от горя. Ведение дел заброшено. Нет денег на образование двум сыновьям, а это значит, и карьера им не светит. Нет приданого трем дочерям — по этой причине вряд ли они смогут достойно выйти замуж… Лионелле, пятому ребенку, при любом раскладе мало что светило.
В замке, если это можно так назвать, есть очень большая библиотека. Некоторые экземпляры книг вряд ли возможно найти где-либо еще. Несмотря на то что девочке только двенадцать лет, она последние два года по 12–15 часов в день проводила в библиотеке. Ища способ поправить дела своей семьи, в последнюю очередь Лионелла думала о себе. Месяца два назад в ее руки попал древний манускрипт с ритуалом, предположительно решающим проблемы. В конце рукописи говорилось об удачном исходе, но внизу была приписка, которая, если исходить из стиля написания, была сделана спустя много лет. В ней говорилось, что друг писавшего приписку, пытаясь повторить обряд, умер. Лионелла решила провести церемонию, несмотря на то что точно было неизвестно, что должно произойти и как это поможет ее семье. И более того, она знала о реальной возможности умереть. Отговорить ее магистр так и не смог: девочка решительно заявила, что, несмотря ни на какие помехи, она проведет ритуал, но уже без мага, и в случае плохого исхода часть вины будет лежать на нем. Магистру пришлось смириться. Месяц ушел на подготовку, и неделю назад обряд был совершен. Старик чуть не умер от горя, находясь все это время рядом с девочкой, впавшей в кому, и не имея возможности ей помочь.
Я слушал этот удивительный рассказ, перемежаемый горестными вздохами, и мне было немного неловко (как будто это моя вина), что мое сознание появилось именно в этом теле.
Мы какое-то время молча размышляли над недавними событиями, приведшими меня сюда. И в итоге я понял, что-то в рассказе мага не сходилось.
— А не слишком ли легко вы поверили, что я из другого мира?
— Язык, которым написан манускрипт, в нынешние времена частично вышел из употребления, смысл некоторых слов мог сильно измениться, но мы все же сделали вывод о трех вариантах исхода ритуала:
1) проводивший его наделяется какими-то способностями;
2) душа проводившего, заменяется на Великую Душу, способную осуществить задуманное;
3) смерть.
Поскольку вы были скорее живы, чем мертвы, я пытался понять, какой из двух оставшихся вариантов сработал.
На старика было жалко смотреть. Судя по всему, он очень надеялся на первый вариант. А тут и душа отважной девочки потеряна, и я на Великую Душу явно не тяну. Да-а-а… Мне его и обнадежить нечем. Хотя…
— Не расстраивайтесь так. Я получил в дар новую жизнь и в благодарность за это постараюсь реализовать желание Лионеллы. В конце концов, сейчас это и моя семья. Ведь и в моих интересах повысить благополучие новых родственников, каждого в отдельности и мое собственное в том числе. — Все, что я говорил, действительно было правдой, и поэтому моя речь звучала убедительно. — В прошлой жизни я много и долго учился. Мне надо только восстановить навыки. Обещаю вам приложить все силы и знания для достижения результата, ради которого проводился этот ритуал! — Пришлось добавить немного пафоса в голос, чтоб звучало как клятва.
Слава богу, не придется как недоделанному козлу тащиться за артефактом, чего-то там дающим, или спасать полную идиотку принцессу, или еще, что хуже всего, воевать с «Величайшим Злом». За четыре года присмотра за племянниками начитался так называемого фэнтези: надо же было знать, чем парни интересуются. Во всех книжках перемещенному или перемещенной в обязательном порядке требовалось в любом из трех вариантов: долго тащиться по диким местам, непонятно чем питаясь, не моясь месяцами, не меняя одежды; почти без перерывов драться со всякими уродами и монстрами… или жертвовать собой ради кучки идиотов. Так что предлагаемый план действий на фоне борьбы с вселенским злом выглядит чуть ли не увеселительной прогулкой под луной.