Чтение онлайн

– Где сейчас находиться князь Александр? – спросил он.

– Во Владимире.

– Ну что же, – поднялся со своего места швед, – готовь бунт. Через месяц, двадцать второго июня, ливонское войско перейдет границу. Мы поддержим вторжение И пусть свершиться, то что мы задумали.

Проводив гостя, Велес отправился в церковь. Едва ли не впервые, за последние годы, он вышел из храма со спокойной душой. Все устраивалось как нельзя лучше. Единственное, что беспокоило его, это католическая

вера будущих благодетелей. Как это объяснить новгородцам. Но ведь в католичество их никто не собирался принуждать силой. Да и какая, в сущности, разница. Ведь бог все равно один. А мелкими разногласиями во взглядах и догмах, можно и пренебречь.

И еще одно событие радовало его сердце. Новая дворовая девка Настасья, не выходила у него из головы. Он с нетерпением ждал вечера.

Велес шел знакомой дорогой, не без удовольствия поглядывая по сторонам. Его верные люди, распространяли слухи о том, что Александр, хочет вновь поднять налоги в пользу киевского князя. Это известие вызвало глухой ропот среди новгородцев. Недовольство князем нарастало. Между тем и другие тревожные слухи катились по городу нарастающим комом. Уже трудно было разобрать, что из них, правда, а что выдумка. Боярин до времени сдерживал недовольство, Бунт должен был произойти в нужное время.

Рядом с Велесом угрюмо вышагивал его друг и верный соратник Добрагаст. Узнав от друга о шведском госте, он совсем не разделял приподнятого настроения товарища.

– Не боишься ты, Велес, княжьего гнева? – хмуро брови молвил он.

– Божий гнев страшнее княжьего будет, – возразил Велес.

– С огнем играешь… – попытался урезонить Добрагаст.

– Годы у меня уже не те, чтобы бояться, – сказал Велес, – я поставил на предстоящее дело все. А тебя силком никто не гонит. Но придут к власти шведы, так не рви на себе потом волосы.

– Боязно все же мне, – усомнился Добрагаст.

– Обойдется, – махнул рукой его товарищ, – заговор уже не остановить.

– Заговорщиков судят и казнят, – резонно заметил собеседник.

Велес не нашел, что ответить. Как не крути, а Добрагаст был прав. Но он уже выбрал свой путь и не собирался с него сворачивать.

В усадьбе хозяина челядь встретила с почетом. Велес, при помощи услужливых холопов, кряхтя, поднялся на крыльцо. Суставы побаливали. Хорошо, что еще спину не прихватило. Раньше он преодолевал десять ступеней зараз. А теперь, вот, поди ж, и глазом не успел моргнуть, а без помощи и не подняться.

Но стоило из-за двери появиться новой дворовой девки, а боярин преобразился. Он гордо выпрямился и оттолкнув холопов, степенно взошел по лестнице.

– Ерофей, – обратился Велес к своему приказчику, – сегодня я отпускаю всех. Выдай слугам по десять копеек. Пусть выпьют за мое здоровье. И сам повеселись.

Приказчик поклонился, подивившись нежданной щедрости хозяина. Но не в его правилах было обсуждать приказы. Он хорошо знал, что у боярина, в последнее время бывают тайные гости.

– И чтобы духу их не было через пять минут! – Велес не спеша вошел в горницу. Настасья скромно стояла в углу, опустив голову и потупив взгляд. На ее лице играла хитрая улыбка.

– Хозяин что-нибудь желает?

– Желает, – усмехнулся боярин, проводи-ка меня в опочивальню.

Настасья схватила со стола подсвечник и стала подниматься по скрипучим ступеням, игриво веля

бедрами. Еле сдерживая свое желание немедленно сорвать с служанки сарафан, Велес последовал за ней.

В опочивальне, он тяжело опустился на усланную мягкой периной, огромную кровать, и вытянул ноги.

– А теперь сними с меня сапоги.

Настасья покорно опустилась на колени. Погладив ладонью голенища, она осторожно стянула с боярина обувь. При этом девица как бы невзначай, прижималась грудью к его ногам, от чего у Велеса пробежала по телу блаженная дрожь. Он откинулся на стопку подушек.

– Я вижу, что ты очень послушная, – проговорил боярин, – а что ты еще умеешь?

– Я умею все, – улыбнулась Настасья. Подняв подол платья, она залезла на ноги хозяина, – мой господин будет доволен…

Велес закрыл глаза, предвкушая скорое наслаждение, но вместо этого, почувствовал резкую боль в шее и провалился во мрак.

Очнулся он от жуткого холода, пронизывающего его до самых костей. Открыв глаза, боярин обнаружил себя привязанным к столбу, в сыром темном подвале. Одежды на нем практически не было. Только длинная ночная рубаха прикрывала его упитанное тело. Голова Велеса оказалась привязанной к столбу кожаным широким ремнем, обхватившим лоб, так, что он мог смотреть только вперед. Боярин скосил глаза, пытаясь осмотреться. Он смог разглядеть стоящий рядом стол с воротами для растягивания жил. За ним, под металлической решеткой, пылал огонь, который был единственным источником света. По всем углам мелькали причудливые тени. Было невозможно понять, был ли там кто-нибудь, или это только обман зрения.

"Да это же пыточный подвал, – пронеслась в мозгу Велеса, паническая мысль, – но как я здесь очутился?"

– Я вижу, что ты уже очнулся? – услышал боярин женский голос у себя за спиной.

– Кто здесь? – прохрипел он.

– Меня зовут Юлдуз…

Боярин сжался от страха. Все внутри похолодело. Ни раз, он слышал рассказы о "Немезиде" киевского воеводы. Говорили, что она способна не только проникать за любые запоры, но и в самые потаенные уголки человеческой души, вынимая от туда самые ужасные страхи.

– Что тебе нужно, исчадие ада?! – взвизгнул Велес.

– Мне нужно знать, все о твоих сношениях с шведами, – голос переместился к самому его уху.

– Я ничего тебе не скажу! – завопил боярин, пытаясь тем самым придать себе сил.

– Я могла бы выбить у тебя нужные сведения с помощью этих чудесных инструментов, которыми твои люди мучают челядь. Но я думаю, что ты добровольно все расскажешь.

– Я не боюсь тебя! Бог меня защитит! – захохотал боярин.

– Бог отвернулся от тебя, – раздался насмешливый голос, – когда ты продал христианскую веру и свой народ. Теперь у тебя лишь одна дорога, в "гиену огненную". Если ты не исповедуешься мне, то ему ты точно все расскажешь…

Велес в ужасе взглянул в угол. Там, как будто из стены появилась сгорбленная фигура, в черном балахоне. Существо медленно разогнулось во весь свой огромный рост. Казалось, что безразмерный балахон висит в пустоте. У существа не было видно ни головы, ни ног, ни кистей рук. Только из под капюшона на боярина взирали ослепительно белые щели с немигающем черным зрачком. Демон поднял руку. Из пустого рукава появилась костлявая рука. Ее указующий перст был устремлен на застывшего в ужасе пленника.