Чтение онлайн

— Далия…

— Нет, — я с силой отодвинула стул и отступила на несколько шагов. — Не хочу ничего слышать. Такова воля богов. Но если моё сердце и моё слово для тебя значат меньше, чем пересуды, то мне стоит уйти прямо сейчас.

— Ты разума лишилась, — поражённо выдохнула Лайри.

— Пусть так. Но лучше уж лишиться разума, чем оставаться там, где тебе не рады. Хорошенько подумай, что скажешь, папа. Подумай, потому что у тебя есть все шансы больше не увидеть свою старшую дочь.

Никогда прежде отцу не доводилось слышать подобную отповедь ни от одной из нас. Признаться, повода

Всё своё детство я только и слышала, что о долге. Выйти замуж — долг. Возглавить народ — долг. Оберегать сестёр и жителей деревни — долг.

«Ты должна, Далия!»

Должна. Должна. Должна!

Я ненавидела это слово. Я его презирала и мечтала навсегда от него избавиться.

Никто не спросил, чего хочу я, готова ли положить свою жизнь во имя чужого блага, что буду ощущать, засыпая и просыпаясь с тем, к кому не чувствую ничего, кроме сердечной привязанности, от которой в скором времени не осталось бы и следа.

Отец любил нас, в этом не было сомнений. Но он не предоставил выбора ни мне, ни моим сёстрам, заранее определив, кому передаст свой пост и в чьи руки вручит заботу о моём благополучии.

Лишь сбежав отсюда, я начала понимать, что моя любимая деревня была той же тюрьмой, отгороженной от остального мира непроходимой природной стеной. Поэтому мне было легче принять правила Драгонхолда. Ведь и там ты всегда всем должен, а на желания твои глубоко наплевать.

— Уйдёшь с ним? — уже спокойнее, но по-прежнему хмурясь, спросил отец.

— Уйду.

Ушла бы даже без метки.

Наш разговор практически зашёл в тупик. Я не собиралась сдаваться, а отец не желал меня слышать.

Ингвальд поднялся со своего места и медленно подошёл ко мне, приобнимая за плечи. Стоило его ладоням коснуться меня, как тело расслабилось, позволяя себе немного отдохнуть от битвы с самым родным человеком.

Слова отца и его упрямство причиняли нестерпимую боль. Разлука на всю жизнь стала бы мучением для нас обоих. Но нельзя жить по чужой указке. Он должен был понять, что решать мне, и мне одной.

— Не лишайте свою дочь отца, Савей, — тихо, но твёрдо попросил мой мужчина.

— А ты…

— А я буду беречь её, как сокровище. Самое ценное из всех, что только можно найти. Но утолить боль, что вы вот-вот ей причините, не смогу. Вы мудро правите Саарг’хаи много лет, так будьте же таковым и по отношению к своей семье.

Папа взглянул на меня ещё раз, но теперь уже по-новому. Словно видел меня впервые и оценивал. Я много раз замечала этот взгляд, когда вождь чего-то не понимал или искал скрытые мотивы.

— Ты уверена? — спросил он уже мягче.

— Уверена.

С самого первого дня мы с Ингвальдом тянулись друг к другу. Просто я не сумела понять всё сразу. Не вышло.

Лишь этот дракон не желал выходить у меня из головы после первой встречи. Рядом с ним моя магия бунтовала, пробивая ледяной щит, который я выстраивала с таким трудом всю сознательную жизнь.

— Надеюсь, я ещё долго не услышу, что скажут предки, — со смешком ответил отец и заметно расслабился.

— К решениям предков прислушиваются, — припомнила слова мамы. — Решения богов не оспаривают.

В родительских глазах

— В таком случае у меня остаётся один вопрос, — теперь хозяин дома обращался к Ингвальду. — Кто ты, Шарэт тебя раздери, такой?

А вот это мне и самой было интересно узнать.

— Внебрачный сын короля Равеннора.

Селли удивлённо округлила глаза, но, пожалуй, она была единственной, кто так отреагировал.

Королевская семья никогда не славилась верностью. Так уж вышло, что слава о б этом разошлась по всем королевствам. Не было ничего удивительного в том, что у одного из них мог появиться сын от очередной любовницы.

— Значит, братец упрятал тебя за решётку, чтобы ты не путался у него под ногами, — утвердительно кивнул отец. — Это многое объясняет.

Очень многое.

Иначе с чего бы ему пытать Каю Оден? Зачем выслеживать Ингвальда столь рьяно?

— Но разве бастард имеет право наследовать трон? — Лайри нахмурилась, по-прежнему недоверчиво глядя на дракона. — Уверена, такое возможно, но лишь когда нет прямого наследника.

— У нашего отца было своё мнение на этот счёт, — уклончиво ответил Ингальд. — Не подумайте, будто мне есть что скрывать, просто сейчас у нас действительно мало времени. Его Величество точно слышал появление ещё одного королевского дракона, а значит, действовать будет быстро.

— Ормарр I? — насмешливо протянул отец, выгнув бровь.

— Зря потешаетесь. Мой брат гораздо умнее, чем хочет казаться, уж можете мне поверить.

Это-то и пугало. Ингвальд точно знал, чего стоит ждать от короля, но ведь и Оден когда-то попался в коварные сети. Подробностей я не знала, да и выспрашивать не хотела. Во всяком случае, не сейчас.

Наверное, стоило обидеться или разозлиться. Всё-таки Оден утаил от меня крайне важную информацию о своём происхождении и метке истинности. Его поведение говорило о том, что он знал обо всём достаточно давно. Но я не смогла.

Мой дракон делал всё, что мог: помогал, защищал, оберегал. Более того, если я чувствовала тягу к нему, с трудом заглушая свой дар, страшно представить, каких усилий это стоило ему. Мне доводилось видеть лишь драконов в ошейниках, но что-то мне подсказывало, что не у всех вторая ипостась столь своевольна.

Разве я имела право сердиться после такого?

— И что будешь делать?

— Папа, — одёрнула его, уловив нехорошие нотки в голосе, — ты опять начинаешь?

— Просто не хочу, чтобы моя дочь снова сунулась в пасть к Шарэтовым отродьям без подготовки. Одного раза мне хватило.

Я моментально вспыхнула и сжала кулаки. Крыть было нечем.

— Устранить короля и занять его место, — Ингвальд пожал плечами так, словно говорил о сущих пустяках.

Ха! Действительно. Это же так просто!

Но иного пути не было. Если Ормарр останется в живых, то нам придётся вечно жить в бегах. И я больше, чем уверена, что ни в одном из королевств мы не найдём приюта. Ни один правитель не потерпит на своей территории равного по силе соперника, к тому же ещё и с королевской кровью. Как ни крути, а это будет означать, что над действующим правителем будет висеть постоянная угроза.