Добрые посевы
Шрифт:
Медленней пошла работа у девочек. Грустно им стало. Так хотелось вкусных маминых пирожков! Ведь на Пасху у них всегда - всегда были и конфеты, и пирожки, и булочки. Кроме того, на праздники им обычно приходили от верующих посылки со сладостями. Но этой весной Кузнецовы переехали в другой город, и нового адреса друзья еще не знали.
Долгожданный праздник пришел ярким, солнечным утром.
– Христос воскрес! – радостно поприветствовала мама девочек, входя в их комнату.
– Воистину воскрес! – заулыбались они в ответ.
– Пора вставать! – с любовью напомнила мама и
Поздравив их теми же вечно-живыми и радостными словами, она пошла на кухню готовить завтрак.
Богослужение в этот день прошло особенно торжественно. Даже милиция не помешала провести собрание, и дети смогли рассказать все, что учили к празднику.
После собрания долго еще не расходились. Взрослые приветствовали друг друга и тихо переговаривались, а дети шептались о чем-то своем и показывали друг другу праздничные сладости.
Кузнецовы стояли в стороне и грустно наблюдали за другими детьми. Они еще не успели познакомиться с ними, да и хвастать было нечем – их мама в этот раз ничего не испекла.
Конечно, мама сразу заметила, что ее дети были какими-то унылыми, безрадостными, скучными, и ей стало тяжело от этого.
По дороге домой Саша, надув губы, пробурчал:
– Даже у Сергеевых сегодня полно печеного!
От досады он пнул камешек и хотел еще что-то добавить, но мама вдруг остановилась и положила руку ему на голову.
– Не огорчай Господа, сынок, – мягко сказала она. Остальные дети обступили мать, и она, пользуясь моментом, пояснила:
– У всех детей есть папы, которые живут дома и зарабатывают деньги. Поэтому они могут покупать детям то, что им хочется. А наш папа – страдает в тюрьме за Слово Божье. Вместе с ним и нам приходится терпеть лишения и недостатки, а порой и насмешки. Но ведь все это ради Господа, дети! Давайте не будем роптать! Иисус ведь не оставляет нас. Смотрите, вы все обуты, одеты, у нас каждый день есть необходимая пища. Я ведь не могу оставить малышей и идти зарабатывать вам на сладости. – Мама замолчала, а потом, как будто что-то вспомнив, спросила: – Дети, а вы просили Господа, чтобы Он послал вам гостинцы к празднику?
– Нет.
– Вот видите, не просили, а огорчаетесь!
Во дворе у Кузнецовых было по-праздничному чисто и уютно. По восточному обычаю, в теплое время года они ели во дворе. Старшие девочки, переодевшись, сразу же принялись накрывать на стол.
За обедом вспомнили о папе, поговорили о предстоящем свидании. В этот раз с мамой должен был ехать Саша. Он, конечно, был этому рад и тут же похвастался:
– Я расскажу папе, как на Пасху собрание прошло! Я все запомнил!
– И расскажешь, как ты чуть не плакал, что тебе гостинцев не досталось! – добавила Зина.
– Нет, об этом я не буду говорить...
В это время залаяла собака и кто-то постучал в калитку. Петя, самый старший сын Кузнецовых, пошел открывать. За воротами стоял дядя Ваня, проповедник местной церкви, с большой коробкой в руках.
– Христос воскрес! – громко поприветствовал он Петю, отдавая ему коробку.
– Воистину воскрес!
– Это от Господа, – сказал дядя Ваня, поймав удивленный взгляд мальчика. – Друзья прислали посылку на наш адрес
и просили передать вам.Он торопливо попрощался и, хлопнув дверцей машины, уехал.
Увидев коробку, дети бросились навстречу Пете:
– Что там?
Но Петя пожал плечами и направился к столу.
Только мама сразу поняла, в чем дело. Она положила руку на коробку, подождала, пока дети успокоятся, и с трепетом сказала:
– Мне очень тяжело было видеть и слышать, как вы плачете, негодуете и ропщете, что у вас нет гостинцев, как у других...
Дети притихли.
– Я просила у Бога прощения за вас и молилась, чтобы Господь, по милости Своей, показал вам сегодня, как Он вас любит. Не знаю, от кого эта посылка и что в ней, но твердо верю – Бог никогда не оставит в стыде тех, кто надеется на Него!
– Я хочу попросить прощения, – чуть слышно проговорил Саша.
– И я тоже... – всхлипнула Зина.
Колени преклонили все. Кто каялся, а кто благодарил Господа, что Он прощает их, хранит и даже гостинцы посылает по Своей щедрости.
В коробке было много шоколада, конфет, печенья, орехов. Конечно, дети быстро съели сладости, но память о милости Бога, о Его отцовской заботе осталась в их душе на всю жизнь.
Бог любит меня!
Обгоняя друг друга, ребята спешили домой после детского собрания. Крепкий сибирский мороз не просто щипал нос и щеки, а пробирал до костей, так что задерживаться на улице никому не хотелось.
Миша шел домой с ответственным поручением: хозяйка дома, где проходило детское собрание, попросила его передать маме деньги. Миша крепко зажал в кулаке несколько пятирублевок и с важным видом шагал по улице. Но вскоре руки замерзли, и он, сунув деньги в карман, надел варежки.
Дома он прямо с порога радостно сообщил:
– Мама, а я принес тебе деньги!
– Тетя Мария передала?
Миша кивнул и сунул руку в карман. Затем он растерянно посмотрел под ноги и снова надел варежку.
– Ой! – вдруг вскрикнул он.
– Потерял?! – насторожилась мама. – А ну-ка, дай я посмотрю!
Миша беспомощно топтался у порога, а мама тщательно осматривала его карманы.
– Вроде и дырок нет, – приговаривала она. – Как же ты потерял?
Мама строго посмотрела на сына и велела ему искать потерянные деньги.
– Зайди к тете Марии, может, там выронил! Понурив голову, Миша побрел по знакомой дороге.
– Я так крепко держал их... – жалобно рассказывал он тете Марии.
Она сочувственно вздохнула и предложила:
– Давай помолимся, чтобы Господь помог нам. Иисус ведь слышит наши молитвы, и, если мы доверяем Ему, Он пошлет просимое.
Миша закрыл глаза и сложил руки.
– Добрый Пастырь! – молилась тетя Мария. – Ты видишь нашу беду. Миша потерял деньги, и его маме не на что купить хлеб. Прошу Тебя, Боже, помоги нам! Ты же знаешь, что у Миши нет папы и им так трудно...
Миша пошел домой без денег, но с надеждой на Господа. Он внимательно смотрел под ноги. Снег скрипел и как будто приговаривал: «Денег нет! Денег нет! Нет! Нет! Нет!» И чем ближе подходил Миша к дому, тем тревожнее становилось на сердце: что скажет мама?