До тебя
Шрифт:
Брэд поворачивается к Арии и крепко обнимает ее.
– Дорогая, ты никогда не говорила, что знакома с Грейсоном Каллаханом.
Меня раздражает его восторг. Ария неловко улыбается, отводя взгляд в сторону, как будто знакомство со мной заставляет ее чувствовать себя не в своей тарелке.
– Это лучший друг моего брата, – тихо объясняет она.
Лучший друг брата, да? Наверное, так и есть, но она всегда обращалась со мной так, словно я и ее лучший друг, словно мы одна семья.
Брэд удивленно вздергивает брови:
– Генеральный директор одной из самых крупных в мире компаний по разработке программного
Ария стряхивает его руки и идет в сторону столовой, где Ноа уже поставил торт на самое видное место.
Я наблюдаю, как она вымучивает свою фирменную широкую улыбку, но не обманет ни Ноа, ни меня. Он вопросительно на меня смотрит, и я едва заметно качаю головой.
Брэд идет следом, продолжая удивленно смотреть на Арию. Меня раздражает, что он так настойчиво ждет от нее ответа.
– Не каждый может попасть в «Эквитас», – наконец тихо говорит Ария. – Кроме того, я не программист. У меня нет соответствующего опыта работы. Ты это знаешь.
Ария садится за стол и начинает сердито двигать тарелки и столовые приборы. Брэд садится рядом, кладя руку на спинку ее стула, и я отвожу глаза. Он совсем тупой. Даже не понимает, что Ария сердится.
Ноа откашливается и улыбается.
– Ария и Брэд работают вместе, – объясняет он. – В небольшой фирме, которая в основном занимается коммуникационными программами. С твоей компанией не сравнить, конечно, но та же область, насколько я понимаю.
Я пристально смотрю на Арию, и сердце сжимается при виде напряжения на ее лице. Не знаю, что происходит, но ее грусть явно связана с работой, и похоже, Брэд сыплет соль на открытую рану.
– Ты можешь, – говорю я, и Ария вопросительно смотрит на меня. – Ты можешь устроиться в «Эквитас».
Она моргает, и ее щеки покрываются легким румянцем. Я застал ее врасплох, судя по широко распахнутым глазам и приоткрытым губам. Как будто она хочет что-то сказать, но не знает что.
– У тебя же есть диплом?
Она медленно кивает:
– Я специализировалась на программировании, да.
Ее взгляд задерживается на мне, но я не могу прочитать ее эмоции. Это восхищение? Долю секунды я думаю, а вдруг именно я вдохновил Арию на эту профессию, но потом с улыбкой качаю головой. Вряд ли, конечно.
– Тебе всегда рады в моей компании, Ария.
Она утыкается взглядом в тарелку и краснеет. Кажется, не знает, что сказать, и мне нравится это выражение ее лица. Редко так случается, чтобы у Арии не было слов, но сегодня мне удалось лишить ее дара речи. И так легко. Она сама должна понимать, что для нее всегда найдется место рядом со мной.
Ноа взволнованно выпрямляется, широко улыбаясь.
– Ну классно же! – восклицает он. – Ты подумай! Нет компании лучше, особенно в вашей отрасли.
Брэд кивает и говорит, глядя мне в глаза:
– Согласен. Я был бы счастлив работать с тобой. У тебя есть визитка? Может, пересечемся на следующей неделе?
Я поднимаю бокал с вином, делаю глоток и снова ставлю его на стол, пытаясь совладать с раздражением.
– Не ты.
Брэд в замешательстве моргает, в то время как Ноа пытается подавить улыбку.
– Прошу прощения за его резкость, – говорит Ноа, но в его голосе нет ни намека на извинения. – Он имеет в виду, что приглашение
распространяется только на Арию.Я качаю головой. Ноа всю жизнь превращает мои слова в длинные предложения. Никогда не понимал зачем. Я доступно излагаю свои мысли. К чему столько слов, если их не услышат?
Ария смотрит на меня, и от ее взгляда у меня сжимается сердце. В ее глазах столько надежды, как будто работа со мной действительно очень важна для нее. Интересно, присылала ли она когда-нибудь резюме… Черт. Что, если да и ее заявку отклонили? Мне надо было внести ее имя в список важных контактов.
Ноа откашливается и выпрямляется.
– Давайте резать торт, – с улыбкой предлагает он. – Я ждал этого весь день.
Его взгляд устремляется на рамку на каминной полке. Я думал, он возьмет фото родителей и поставит на стол рядом с нами. Ария и Ноа превратили это в традицию – включать родителей во все важные события, поэтому я удивлен, что Ноа отводит взгляд от фотографий. Он смотрит на Брэда и берет нож.
– Минутку. – Я встаю, подхожу к камину, беру фотографию и бережно несу ее на стол. Ноа с благодарностью смотрит на меня, и я задумываюсь, неужели он нарушил их традицию из-за Брэда? Глупости!
Ария смотрит на меня, и я не могу понять, что выражают ее глаза. Что-то вроде сочетания беспомощности и благодарности. Она встает, чтобы спеть «С днем рождения», и я сажусь, глядя на нее. Ее голос до сих пор лишает меня дара речи. Нежный и прекрасный, как она сама.
Я перевожу взгляд на торт, который она испекла для Ноа и явно потратила на готовку много времени. Я испытываю укол ревности: каково это, когда о тебе так заботятся?
Я смотрю на Брэда и невольно напрягаюсь. Пусть только он попробует не ценить Арию, не обращаться с ней как с королевой. Мне доводилось уничтожать людей куда круче него, и я не буду колебаться, если он причинит ей боль. Ради его безопасности, надеюсь, он никогда этого не сделает.
Глава 4. Ария
– В жизни он впечатляет даже больше, чем я думал. Ты видела, как я о нем читаю, знала, что он мой кумир, и ни разу не сказала, что знакома с ним? – тараторит Брэд. – Спокойный и при этом властный, и он еще выше и мощнее, чем выглядит на фото. Когда он находит время на тренировки? Тебе не кажется, что все успешные люди такие? Они ставят здоровье в приоритет, в отличие от нас.
Со вчерашнего вечера он без перерыва говорит о Грейсоне, и, наверное, это должно веселить меня, но мне неловко. Не знаю почему.
Отчасти дело может быть в том, что мне хочется уберечь Грея. Я знаю, что Брэд попытается воспользоваться нашим знакомством. Я всегда заботилась одинаково и о Грее, и о Ноа. Они оба даже не осознают, какие они замечательные. К Ноа постоянно обращаются за бесплатными медицинскими консультациями и лечением, хотя ему и так едва хватает времени на сон. За Греем вечно охотятся из-за его денег и связей. Не хочу стать очередной охотницей, я должна быть на его стороне.
Ноа и Грей могут выглядеть суровыми, но у них добрые сердца. Они никогда не отказывают в помощи, потому что оба знают, что такое быть уязвимым и не иметь ничего.