Чтение онлайн

Это восстанавливался какой-то старинный дворец, в середине какого-то полуразрушенного города, который, должно быть, я часто вижу во сне. Я прошел в него не с улицы, а через какие-то подвалы: едва ли не через военные мастерские.

Дворец был небольшой, со старинными круглыми сводами, с множеством лестниц; что-то вроде Кремлевского. Всюду ходили рабочие, стояли ведра с краской, кое-где леса.

А некоторые зало были уже отделаны — художниками, корейцами. Даже пол был написан. Я ходил по залам босиком. Ноги прилипали к свежей краске.

На стенах... боже мой, как это было прекрасно!

Стены заполнены были картинами,—

маслом, прямо на стене.

397

Голубое, желтое, розовое. Мотивы все старинные,— хотя писали молодые люди.

Мне понравилась какая-то синяя, в синих тонах, картина, изображающая берег озера, деревья и группу людей, отдыхающих на траве, у ручья. Я похвалил. Какой-то кореец сказал:

— Хорошо? Хорошо! А вот — Катя,— т.е. работы Кати — и указал на кореянку-художницу, которую звали по-русски Катей. Она повела показывать свои работы.

Это было голубое чудо в легкой дымке!

* * *

[1957 год без даты]73

Старушка прививала оспу в ногу, чтоб не попортить руки.

Н., сильно пострадавшая при Сталине (у нее арестовывали мужа, долго сидела сестра в лагерях), сердитая на врачей, крикнула:

— Жаль, нет Сталина! Он их всех бы перестрелял.

Ученый Ефимов от волнения привил оспу два раза и теперь лежит с распухшей рукой, боясь умереть.

Ек.П.Пешкова привилась первой, объяснив:

— Как же? Ведь идут чеховские дни. Я последняя, кто видел живого Чехова.

Она присутствует на каждом чеховском заседании. Ей 87 лет.

Позвонил Пастернак. Ему сказали, что мы больны. Он сказал:

— Я очень, очень рад, что вы здоровы. Но на приглашение прийти, он увильнул.

Звонил, плача, Шкловский:

— Я рад, что они здоровы. В. и Г. очень хорошие люди.

Кому-то сказали:

— А ты не езжай на этом номере, есть другой, который не идет мимо Боткинской.

— Да, я же на автобусе!

398

 

1958 год

 

1.I.1958 г[ода]

Новый год у Капиц. Фокусы его детей, приз за лучшее вино, Капица долго читал скучную “викторину”, которую сам сочинил; затем, устав, ушел спать, а мы ждали шофера на машине министра. Шофер приехал, но, оказывается, жена из ревности (они разведенные) пожаловалась, что он отвозил нас на машине! Две недели до того стояла слякоть, а тут подморозило и стало хорошо — ночь была дивная.— Читал днем Потанина и думал над романом “Внутри шаманского круга”74. А почему эпос где-то должен был скла-дывать[ся] и расходить[ся] кругами? Он мог возникнуть всюду.

 

2.I.1958 г[ода]

Обед у Пастернака с Фединым75, который, даже выпив водки, не сошел с трибуны председателя, до которой добрался с таким

399

трудом. Он ждал, что Пастернак будет раскаиваться в “Д-р [Доктор] Живаго”, а тот сказал:

— Прошлый год был для меня счастливым из-за свершенной мной ошибки. Я желаю тебе, Всеволод, и тебе, Костя, того же счастья.

А руки у обоих, особенно у Федина, страшные — кровь напряжена, надула жилы, и вот-вот кажется, хлынет и пойдет в сторону.— Оказывается] картины своего отца он [Пастернак] положил на мою дачу, а она сгорела.

3.I.1958

года

Писал наброски к роману “Внутри шаманского бубна” и Процелста — шаман возникал постепенно, но одно дело в голове, другое — на бумаге. Да и нужен ли шаман? хотя ужасно соблазнительно описать камланья. Я, кстати сказать, видел это в Омске — в Питере показывали шамана,— и Распутин был тогда в моде,— омские купцы нашли где-то своего, решали везти в Петроград, его показывали в какой-то большой белой комнате, но шаман скрылся, говорят, запил или обвинили в воровстве.

4.I.1958 года

Писание схемы “Внутри шам[анского] бубна”.— Роман, в общем, придуман.— Из дома не выходил: горло. “Правда” предложила написать статью о романе Седых76. В Иркутске я слышал — Седых: способный писатель, больной, мнительный; мне не удалось с ним повидаться — знаменитости мне надоели, особенно провинциальные, к тому же я сам — провинциальная знаменитость со всеми ее недостатками. А день был красив, ночь еще лучше: иней, утром солнце, легкий морозец. Если б ко всему этому иметь еще издательство!

5.I.1958 года

Писал сценарий “Внутри шаманского бубна”.— После сценария, м.б., легче будет писать роман? И читал удивительно поэтичные шаманские заклинания — в поэзии, главное, свобода, а шаман ли не свободен? — И внес окончательные изменения в “Историю моих книг”, которая мне надоела.

400

 

6.I.1958 года

“Мистерия-буфф” в Театре Сатиры77 — агитка 1918 года, когда, казалось, что все уже сделано. По-моему, скучно. Публика смотрит с большим интересом, что доказывает, сколь мало она знает о 1918 годе. Много молодежи. Капица очень хвалил, но во втором действии задремал. А я уехал со спектакля с каким-то раздражением: глупость ведь неистребима. А, м.б. и слава богу, что неистребима? Умные так беспокойны!

 

7.I.1958 года

Прогулка, писание “Внутри”, любование на метель, ныне у нас столь редкую, что русские метели кажутся выдуманными,— и все. Пастернака встретила Т[амара] В[ладимировна]:

— Я очень был рад, узнав, что Кома — гениальный.

— Мы это давно знаем, а вы от кого же узнали?

— Мне сказала Наташа Ливанова78.

401

Все приготовлено, чтобы начать сценарий “Часовой у См[оль-ного]”, но как-то смелости не хватает начать, хотя ничего страшного в этом нет. Страшна — краткость. Откуда ее взять?

 

8.I.1958 года

Даже не выходил на улицу: все писал сценарий.

Сделал, кажется, самое главное: начало. Дальше, надо думать, пойдет легче. Наш воз, обычно, застревает в самом начале.

М.б. писать роман “Внутри Хебэ”79,— параллельно? — Впрочем, если роман пишется, самое меньшее, полгода, а сценарий перепишу в две недели, зачем параллель?

 

9.I.1958 года