Чтение онлайн

Не тут то было. После оперы ещё встреча, но расскажу по порядку. Шло представление какой-то итальянской труппы. Что исполняли, не помню, как называлось, не скажу. Поверьте и так бывает. Наконец лицедейство закончилось и мы с Лиз поехали… Нет не домой.

К Балакиреву, сказал я Володеньке и мы помчались. Надо осваивать новые “струны управления”.

Первое, что я сделал, строго настрого я запретил моим казачкам входить в квартиру. Мы с Лиз шли без приглашения, как и было заведено в этом доме. Лакей встретил нас в прихожей, принял у Лиз зонтик, поклонился и провел в залу. Там шёл оживлённый разговор, слышалась музыка, шутки и смех. На нас сначала даже внимания никто не обратил. Потом оживление стало затихать. И в комнате стало совсем тихо. Мне было ужасно не удобно. Окинув, взглядом присутствующих я увидел своего “химика”

Бородина.

– Александр Порфирьевич, как хорошо, что вы здесь. Представьте нам, пожалуйста, ваших друзей. Мы были в опере и вот решили заглянуть к вам.

– Это видимо Милий Алексеевич хозяин дома, продолжил я дальше, что бы убрать паузу. Очень приятно, добрый вечер, очень приятно, добрый вечер, очень приятно, добрый вечер и.т.д.

Наконец представлениям пришёл конец (я вспомнил Булгакова, бедная Маргарита). Снять напряжённость встречи с их Императорскими Величествами, помог француз. Цезарь Антонович Кюи, очень галантно подошёл к нам, кивнул мне, поклонился Лиз, шаркнул ножкой и пригласил танцевать. В этот момент и заиграла музыка. Слава Богу, и Франции!

Мало помалу оживлённость в действиях всех присутствующих восстановилась. На нас уже не пялились и не морозились от нашего присутствия. Лиз с удовольствием танцевала, а от кавалеров отбоя не было. Я воспользовался некоторой свободой, и подошёл к стоявшим чуть поодаль, Балакиреву, Мусоргскому и Бородину.

– Господа! Через два года будет десять лет, как с нами уже нет Михаила Ивановича Глинки. Я, к сожалению далек от музыки, эти пол года, только тем и занимаюсь, что стараюсь оживить экономику страны. Освободить её от паутины и пут, оставшихся от крепостничества, приструнить распоясавшихся чиновников, а потому очень жду ваших пожеланий.

Модест Петрович Мусоргский высказал неожиданное предложение.

– Ваше Императорское Величество, а среди нас есть и химик и инженер. Дайте нам время немножко подумать, и мы скажем, как нам видится празднование юбилея Михаила Ивановича.

На том и порешили. Домой мы возвращались поздно. Моё “трудовое” расписание, трещало по всем швам. Правда, я сделал себе нужную пометку. Разобраться с арендами на театральные подмостки России и выяснить, кто обеспечивает засилье слабых чужих постановок в ущерб нашим, Российским. Если я правильно помню, через три года в 1867 году Владимир Стасов напишет, “Сколько поэзии, чувства, таланта и умения есть у маленькой, но уже могучей кучки русских музыкантов”. Так это словосочетание “Могучая кучка” и войдёт в историю. Но, по донесениям Игнатьева, уже через неделю известие о том, что ЕИВ Николай II с супругой посетили, кружок Русских композиторов, облетело обе столицы и сделало его сверх популярным.

Историческая справка

Арендт Николай Андреевич

(1 октября 1833— 14 декабря 1893) — сын А. Ф. Арендта, племянник Н. Ф. Арендта, врач, общественный деятель, первопроходец отечественного воздухоплавания, теоретик, основоположник парящего и планируемого полета, изобретатель безмоторного летательного аппарата. В свободное время Н. А. Арендт наблюдал в полете птиц, делал расчёты, ставил опыты, запуская в полет препарированных замороженных птиц с распростёртыми крыльями[2]. В 1874 г. Н. А. Арендт опубликовал в журнале “Знание”[3] статью о разработанной им конструкции безмоторного самолета, парящего в воздухе, чем высказал новую, невероятную по тогдашним понятиям точку зрения, что летательный аппарат может быть тяжелее воздуха. В статье он пишет[4]:

Если человек не мог летать по воздуху при помощи крыльев за неимением достаточной силы, то почему же ему не подражать орлу, умеющему летать без затраты собственной силы? В 1877 г. он просил военное министерство выделить на постройку планера 2000 рублей, но получил отказ. Обращение к царю также не дало результата.

Александр Фёдорович Можайский

(9(21) марта 1825, Роченсальм, Выборгская губерния, Великое княжество Финляндское, Российская империя [1] — 20 марта (1 апреля) 1890) — российский военный (морской) деятель — контр-адмирал, изобретатель — пионер авиации. В 1863 году Можайский был уволен в отставку в связи с вынужденным сокращением численности флота после Крымской войны. В 1876 году Александр Можайский начал работать над проектом давно задуманного им летательного аппарата тяжелее воздуха. Во время службы в Морском корпусе

Можайский, пользуясь консультацией крупнейших русских учёных, продолжал совершенствовать свой проект.Самолет был построен на собственные средства А.Ф Можайского и испытан 20 июля 1882 года. Во время разбега самолет оторвался от земли, но потерял скорость и рухнул на крыло, получив повреждения. А.Ф. Можайский пытался отремонтировать “прибор” и продолжить испытания, но средства у него закончились. Самолет стоял много лет под открытым небом, потом был разобран. После смерти его сын пытался продать остатки самолета правительству, но получил отказ.

В декабре 1884 года при Главном инженерном управлении Военного министерства была высочайше утверждена Комиссия по применению к военным целям воздухоплавания, голубиной почты и сторожевых вышек. Командированный во Францию председатель комиссии генерал-майор М. М. Боресков приобрел у фирмы “Бриссоне” два управляемых аэростата. Один, сделанный из китайского шелка, в ходе начавшихся испытаний пришлось забраковать из-за постоянной утечки газа. Зато другой — перкалевый, получивший название “Сокол”, — своим торжественным стартом 6 октября 1885 года с Волкова поля под Петербургом положил подлинное начало отечественному воздухоплаванию. Уточним, что в первом полете “Сокола” (через пять часов он приземлился близ Новгорода) участвовал интернациональный экипаж, и именно русско-французский. В него входили офицеры лейб-гвардии Саперного батальона поручик А.М. Кованько, будущий генерал-лейтенант и начальник Офицерской воздухоплавательной школы, подпоручик А.А. Трофимов, а также инструктор Рудольфи.

Дельтаплан – летательный аппарат, представляющий собой три дюралюминиевых трубы, соединённых между собой в передней точке и образующих в горизонтальной плоскости веер, с углом между трубами 90-140 градусов. Между трубами натянуто полотно лёгкой, но плотной и прочной синтетической ткани. Две боковые трубы и задняя кромка ткани образовывали при виде сверху почти треугольник. Для сохранения формы основные трубы фиксировались вспомогательными трубами меньшего диаметра и стальными тросиками. Пилот в специальной подвеске, первоначально позаимствованной от парашюта, подвешивался на верёвке за центральную трубу в определённое место, вблизи от центра масс аппарата. Руками пилот держался за трапецию — конструкцию из трёх труб, при виде спереди представляющую собой чаще треугольник с горизонтальным основанием, фиксируемую в пространстве растяжками — стальными тросиками диаметром в несколько миллиметров.

Управление полётом осуществляется пилотом путём перемещения своего тела относительно точки подвески. Взлёт и посадка производится на собственные ноги.

Тридцатая запись в дневнике ЕИВ Николая второго.

Мы, это Я Сашка и Лиз, едем в Нижний-Новгород. Маман с малышами едет в Крым на отдых. В Нижний кроме нас, отдельно своими маршрутами, едет ещё много народа. Я распланировал даты так, что бы друг другу не мешали и время зря не тратили.

Приглашение ЕИВ посетить город на Волге с прибытием 10 августа и приложением 100 руб. для проезда получили совершенно разные люди:

– Кравченко Владимир Иванович, командир и руководитель подготовки 1-го батальона войск

специального назначения.

– Арендт Николай Андреевич, земский врач из Симферополя.

– Белый Сергей Степанович, командир и руководитель подготовки 2-го батальона войск специального

назначения.

– Александр Фёдорович Можайский, отставной капитан первого ранга Российского флота.

– Александр Александрович Трофимов, офицер лейб-гвардии Саперного батальона.

В Нижний мы прибыли инкогнито. Было объявлено официально, что ЕИВ Николай II с супругой и великим князем Александром Александровичем, прибудут 15 августа 1864 года. Поезд был остановлен на полустанке, там нас встретил Алексей Иванович Узатис и привёз в загородный домик Бенардаки на самой окраине Нижнего. Домик был большой двухэтажный с фруктовым садом, несколько запущенным, но с густыми древесными кронами. Лиз немного недоумевала, что мы делаем, потом ей это маленькое приключение даже стало нравиться. Сашка, который был посвящён в мои планы, нервничал, но держал себя в руках, хотя сам, наверное, не очень верил в мои рассказы. Он осторожно поглядывал на длинные полотняные чехлы, которые приехали с нами, и мне показалось, что он их трижды даже перекрестил.