Для Финли
Шрифт:
— О чем ты говоришь?
— Я говорю, что ты лгунья.
Ее резкий вдох было трудно не заметить.
— Я лгунья, потому что опустила то, о чем мне неудобно говорить?
— Тебе было неудобно говорить об этом? — От меня исходила ярость. Каждая часть меня дрожала.
— Мой отец был лжецом. У меня было достаточно этого дерьма в жизни. Мне не нужно еще и от тебя.
На лице Финли вспыхнуло недоверие, будто она не могла понять, почему я так зол.
— Так вот оно что? Я лгунья? Ты останешься с Лесли?
— По крайней мере,
У Финли появилась жуткая улыбка.
— Что ж, должна отдать тебе должное, Каден. Очень умно. На время разошелся с Лесли, чтобы переспать со мной без последствий. Гениально. — Финли встала с дивана и покачала головой. Теперь была ее очередь выражать отвращение. — Мне жаль, что ты считаешь, будто я не была честна с тобой. Но прямо сейчас ты единственный, кто не честен с самим собой.
После того, что сделала Финли, она не будет называть меня лжецом в моем собственном дома. Я дернул подбородком в сторону двери.
— Выход там.
Финли попыталась подавить всхлип, когда наклонилась, чтобы схватить свой рюкзак, но я услышал. Она выпрямилась, вызывающе вздернув подбородок.
— Я притворюсь, что этого никогда не было, — сказал я, желая, чтобы было ясно, что между нами все кончено.
Финли прищурила глаза, изучая мое лицо, будто никогда не видела меня раньше. Будто не знала меня.
— Да пошел ты. — Она повернулась к двери и выбежала из моего дома и из моей жизни.
ГЛАВА 17
Финли
Каждая частичка моего тела дрожала, пока я наполняла бутылки в раковине раздевалки, потому что не только все еще злилась и была ошеломлена бесцеремонной выходкой Кадена прошлым вечером, но и была смущена. Люди видели нас вместе. Видели, какой счастливой, должно быть, я выглядела рядом с ним. А теперь мне предстояло встретиться со всеми. Встретиться с ними лицом к лицу, зная, насколько была глупа, веря, что он действительно заботился обо мне. Наверное, сейчас я была посмешищем всего кампуса.
Грейди предупреждал меня, что Каден не Прекрасный принц. Вот уж никогда бы не думала, что соглашусь с тем, что сказал Грейди. И все же жалела, что не прислушалась к его предостережению. Жалела, что не прислушалась к своим собственным чувствам к Кадену.
— Водная девочка.
Я оглянулась через плечо. Форестер, сосед Кадена, протянул руку за бутылкой. Парень был великолепен. Если бы я не ненавидела так сильно его соседа, улыбнулась бы ему и его самоуверенности. Вместо этого я просто бросила ему бутылку и отвернулась.
— Мне нужна еще одна для Брукса, — сказал он.
Я развернулась, взглядом кидая в него кинжалами.
— Он не может взять сам?
Форестер пожал плечами. Что-то в его поведении — будто он не знал, что случилось — заставило меня разозлиться еще больше. Я бросила ему бутылку намного сильнее, чем следовало. Но так как он привык ловить пасы над головой с расстояния более пятидесяти метров, то даже не моргнул, когда поймал ее.
Возможно, он не знал. Возможно, я была настолько незначительной, что
Каден даже не потрудился упомянуть об этом своему соседу.В середине тренировки тренер жестом показал мне принести игрокам воды на поле. Каден даже не поднял взгляда, сидя на корточках в центре толпы, тогда как другие парни потянулась за бутылками. Его нога, казалось, не доставляла никаких проблем. Я предположила, что он просто смирился с болью, лишь бы играть.
Но как бы ни злилась, я все еще не могла понять, почему Коул, будучи моим братом, был для Кадена обманом. Неужели он не понимал, как трудно мне говорить о брате? Разве не понимал, что я скрывала это не для того, чтобы причинить ему боль? Я знала, что футболисты серьезно относятся к братскому кодексу, никогда не встречаясь с сестрами своих товарищей по команде. Но презирать меня из-за такого… это просто не укладывалось в голове.
Мне хотелось верить, что он не тот, за кого я его принимала. Убедила себя, что это не так. Хотя должна была положиться на интуицию. Потому что, в конце концов, я пошла против своего здравого смысла. Дала Кадену шанс, которого он не заслуживал. И ради чего? Чтобы быть отвергнутой, потому что не была откровенной с ним о Коуле.
К черту его.
Если кто и имел право злиться, так это я.
* * *
— Квотербек на три часа, — сказала Сабрина, глядя широко раскрытыми глазами через мое плечо.
— Ты ведь понимаешь, что я видела его на тренировке? — Я оглянулась через плечо на студенческую столовую, где мы решили быстренько поужинать. Каден сидел за столом с Форестером, привлекая внимание, как и все футболисты в людных местах. Обычно внимание привлекали их размеры и громкие разговоры, но Каден и Форестер в одном месте было больше, чем большинство девушек могли вынести.
Глупые девчонки.
— Что он сказал?
Я запихнула в рот картошку и снова посмотрела на Сабрину.
— Ничего. Ведет себя, будто меня не существует.
— Аргх, — простонала она. — Да что с ним не так? Он должен унижаться. Должен просить тебя… — она перестала говорить, когда ее взгляд замер позади меня.
Я оглянулась и проследила за ее взглядом. Мой желудок сжался, когда Лесли остановилась у стола Кадена. Если любовь — сильное чувство, то ненависть — еще сильнее. А у меня хорошо получалось ненавидеть. Я ненавидела Кадена два года. Это было легко. И я могла с уверенностью сказать, что ненавидела Лесли. Ее не смущало, что Каден ее не хочет. Она реально знала, что ее презирают, и ей было все равно, кто еще мог пострадать.
Не поймите меня неправильно. Брукс не был безупречным. Все, что он рассказал мне о том, почему порвал с ней, могло быть уловкой, чтобы затащить меня в постель. Может, он действительно хотел ее, а не меня.
Лесли кивнула и отошла от стола. Похоже, счастливая пара так и не воссоединилась. Но она будто знала, что я за ней наблюдаю, потому что взгляд ее больших голубых глаз метнулся через плечо и впился в меня. Уголки ее губ приподнялись, будто та хотела, чтобы я знала, что это она разлучила нас.