Дежавю
Шрифт:
Вместо кухонного стола посреди дома Эмили стояла высокая больничная кровать. Вокруг нее на штативах висели какие-то мониторы и несколько капельниц, провода от которых тянулись к забинтованному телу. Ромул сильно исхудал, и его глаза ввалились, а дыхание поддерживалось с помощью искусственной вентиляции легких. Было страшно смотреть на этого, когда-то сильно вождя. Большая часть его тела была забинтована. И мне стало нехорошо, когда я увидела тонкую полоску едва зажившего рубца на предплечье. Судя по его рисунку, рука была практически оторвана. На шее, словно следы от когтей крупной кошки,
Диксон стоял возле монитора и внимательно следил за показателями. Элиза, словно изваяние, стояла рядом, вздрагивая, когда Ромул начинал стонать.
На лестнице, ведущей на второй этаж, сидел Брукс, обхватив голову руками, и старался не смотреть на изломанного Ромула.
Только здесь, видя обстановку, я поняла насколько все серьезно. Ханна сразу же подбежала к Бруксу, и он аккуратно взял ее за руку. Она села рядом и положила голову на его плечо, маленькой ладошкой гладя его большущую руку. Она облегченно вздохнула, и черты лица Брукса стали мягче. Это было так трогательно…
Посреди гнетущей тишины Диксон сокрушенно сказал:
– Если бы я только мог перевезти его в больницу! Там есть необходимое оборудование! Но я не смогу списать его нечеловеческие показатели на сбой оборудования!
– А в Канаду к нам не довезем, – горестно сказала Элиза.
Но почему такое тяжелое состояние? Я посмотрела на Ромула. Он же оборотень! Я, откинув тактичность, спросила:
– Но почему его тело не восстанавливается так быстро, как обычно?
– Ромул еще и укушен, – тихо сказал мне Эдуард.
О нет! Он не только искалечен – он еще и отравлен!
– Только доза такова, что не убила его, но сильно ослабила. Вилли вовремя оторвал от Ромула незнакомца. По большому счету, яд и не дает телу восстановиться, замедляет регенерацию. Но организм у Ромула сильный, поэтому яд все-таки выходит из организма, – тихо сказал Диксон. Труди с надеждой посмотрела на него.
– А может сделать переливание крови? – вдруг спросила Ханна.
Диксон переглянулся с Эдуардом и поморщился.
– Мы не хотим, чтобы Диксон имел хоть какое-то дело с кровью Ромула. Мы боимся, что он… не сдержится и нападет. Да и все вы тоже! – сказала Труди достаточно резким тоном.
– Я понимаю ваши опасения, Труди, – ответил Диксон миролюбивым тоном, – и хочу от себя добавить, что переливание крови в данном случае слишком рискованная затея. Мы не знаем, как кровь оборотней ведет себя при переливании – возникнет конфликт антител или все пройдет хорошо – предсказать невозможно. У оборотней все по-другому. Мы не можем сейчас рисковать, – Ну почему же? – горячо спросила Ханна. – Ведь Ромул и Брукс – родные братья, и у них одинаковый ген оборотня. Это говорит в пользу их совместимости!
– Наш ответ – нет! – сказал старший Вайт безапелляционным тоном. Было видно, что настроен он отказывать до тех пор, пока бьется пульс у Ромула – волчья кровь сделает свою работу!
Вот упертый, суеверный упрямец! Ему бы сейчас так полежать на столе!
Брукс вдруг встал и подошел к столу, на котором лежал
его старший брат.– Я думаю, что решать должен Ромул, отец! – сказал он и аккуратно сжал руку брата. Ромул приоткрыл глаза, и Брукс, едва сдерживая слезы, спросил:
– Ромул, доктор хочет перелить тебе мою кровь, но не знает, чем это может закончиться.
– Я… все слышал… – сказал Ромул еле слышно.
– Вот и хорошо, милый! – сказала Труди, ласково ему улыбаясь. – Но я думаю, что ты сейчас не в состоянии принимать взвешенные решения. Давай подождем – твое тело молодое и справится с ядом.
Ромул закрыл глаза и задумался. Но потом сказал:
– Переливайте. Я так хочу. Это мое окончательное решение!
Брукс поднял голову и с надеждой посмотрел на старого Вилли. То покачал головой и ответил:
– Мой ответ прежний – нет!
– Да бросьте вы! Почему отказываетесь? Диксон – отличный врач и может помочь. Вы хотите растянуть мучения Ромула на несколько недель? Переливание очистит кровь и поможет вывести яд из организма! – сказала Ханна, наступая на упрямого Вилли. Тот попятился назад, и мне стала понятна причина его упрямства – банальный страх.
Тогда я решила помочь переломить ситуацию в пользу Ромула.
– Послушайте, у Эдуарда два высших медицинских образования, я учусь на медика. А у Диксона – без малого два века практики! Да и мы почти одна семья. Брукс влюблен в Ханну, а Ханна в него, мы вместе мирно живем на одной территории. Неужели вы думаете, что мы себе позволим обидеть Ромула?
Труди задумалась и потом сказала:
– Бэль говорит дело. И я полагаюсь на выбор Ромула. Так что я «за»!
Все посмотрели на Вилли, который после минутного колебания принял нелегкое для него решение:
– У нас нет другого выхода. Начинайте!
Вилли сжал зубы так, что скулы побелели, и вышел из дома на улицу.
В одно мгновение Диксон переместил аппаратуру в сторону и притащил еще одну кровать. Элиза подготовила жгуты, иглы и капельницу. Через минуту все было готово.
Брукс с готовностью улегся на соседней с Ромулом кровати и осторожно взял его за руку. Ромул, не открывая глаза, улыбнулся, и у меня появилась надежда на то, что все хорошо закончится.
Ханна подошла ко мне, и мы наблюдали за происходящим, обнявшись. Вот Диксон принес аппарат для переливания крови, и Эдуард помог ему подсоединить к ней братьев. Ромул, казалось, впал в забытье – его дыхание стало прерывистым, а пульс просто зашкаливал. Брукс с нетерпением ждал, когда же его кровь поступит в вены умирающего брата. Труди ушла за Вилли и привела его к нам. Его голубые глаза были опухшими от слез, он был недоволен решением сына и ужасно боялся, что это страшная ошибка. Но как только первые миллилитры крови поступили в катетер на предплечье Ромула, то ситуация начала меняться: его дыхание стало более ровным, а пульс начал восстанавливаться.
Достаточно долго мы напряженно вслушивались в сердцебиение Ромула, которое было похоже на барабанную дробь. Вдруг сердце, казалось, остановилось, и Ханна испуганно задержала дыхание. Ромул стал меняться – запах его крови стал больше похож на волчий, его дыхание стало глубже и спокойней. Страшные шрамы буквально на глазах затягивались и исчезали! Диксон просто улыбался, Элиза стояла, сложив руки под подбородком и внимательно следила за Ромулом. Дэвид подошел ближе, став возле Брукса, который заметно повеселел.