Чтение онлайн

За стенкой вскрикнул Арцивус и вслед за ним донеслись крики прислуги. Людям вообще противопоказано долго находится вблизи источников, то, что они так поздно отреагировали говорит лишь о том, что они обычные люди и не способны ощущать магию так же как маги.

Думать о том, что происходит было не когда, надо спасать людей. Только вот возник вопрос, как это делать? Здесь бы очень помог опытный амулетчик-артефактор в чьем арсенале обязательно должно быть заклинание защиты. Амулетчик-артефактор, пусть и не очень опытный у них есть, только она почему-то до сих пор молчит.

– Неужели не почувствовала?
– подумал он и тут же чуть ли не хлопнул себя по лбу.
– Как же я мог забыть, что она более чувствительна к магии, и вероятнее всего, сейчас лежит без сознания.

Лишь

на мгновение он остановился перед дверью в комнату Лурии и без стука вошел внутрь.

– Знать ничего не желаю, убирайтесь вон! Немедленно!
– во мне клокотала такая ярость, что я с трудом удерживал себя от того, чтобы не шарахнуть каким-нибудь особо мощным заклинанием мьет Седрика прямо там, где он стоит, здесь и сейчас.

– Я все же хочу принести свои извинения еще раз...

– Вон!

В мьет Седрика полетело то, что попало мне под руку, однако магу второй раз за день повезло выскочить до того, как в него прилетело то, что я бросил.

Ну да, в том что я не запер дверь я сам виноват, но ведь двери запираются только в купальне и уборной, так что я надеялся на то, что у магов хватит совести и ума (хотя с умом и совестью в случае с Арцивусом все оказалось очень печально), не входить ко мне в комнату без стука.

Одним из важнейших условий волшебства является то, что волшебника ничего не должно отвлекать. Но ведь когда ничего не должно отвлекать, обязательно найдется то, что будет отвлекать. Последним таким раздражителем для меня была моя одежда. Вроде бы она и удобная и все, а вот начал пытаться сосредоточится на нужном мне образе, который я пытался материализовать, и тут же начинается, то тут давит, то там трет, то еще что-нибудь не так. Ну я и разделся... естественно до гола. Чтобы вообще ничего не отвлекало. И в тот момент, когда у меня начало получатся и моя мысль начала приобретать вполне реальную форму, ко мне в комнату вломился мьет Седрик. До меня как-то моментально дошло все сразу, и то, что я голым стою посреди комнаты и то, что на меня разинув рот пялится мьет Седрик. А дальше мысль таки обрела форму, и даже какой-то вес, потому что в дверь эта штука ударила довольно громко.

– А может взять да и убить... <<старого>> козла? Тогда можно будет считать, что ничего и не было, а заодно и от этого извращенца Арцивуса избавится? Конечно разбираться будут, куда уж без этого, но ведь это дело чести...
– я посмотрел на дверь.
– Нет, так не пойдет. И что делать?
– подойдя к двери я поднял с пола медный кувшин (медная посуда дорогое удовольствие потому как стоит она на порядок дороже фарфоровой), жалко было бы если бы я его попортил, но к счастью кувшин не пострадал.
– Для начала, надо успокоится.
– я поставил кувшин на стол, а сам начал расхаживать по комнате.
– Ну хорошо (хотя чего уж тут хорошего?)...
– думал я.
– Ну увидел мьет Седрик, тебя без одежды, ну чего ты так переживаешь, ты ведь не девочка?..

Я остановился у висящего на стене в резной раме зеркала и посмотрел на себя. В зеркале отразилась голубоглазая, светловолосая девочка лет двенадцати с раскрасневшимся лицом.

– Мда... не хорошо получилось.

Я взял с небольшого туалетного столика гребешок и начал расчесывать и без того идеально прямые волосы. Эльке хорошо постаралась, ее средство для мытья головы получилось не хуже, чем у профессионального алхимика, да еще и пахнет ромашками. Однако я все же не могу расчесываться сам, как-то я упустил из виду то, что в дороге мне с вновь отросшими волосами будет очень тяжко. В нормальных условиях волосы не растут так быстро, но тут ведь все иначе, так называемый <<шампунь>>, это еще и средство от облысения, за неделю регулярного использования даже на лысой как бильярдный шар голове появится короткая, как у сапожной щетки щетина, ну, а дальше и рассказывать не имеет смысла. Алхимия это не просто смешивание трав и прочих ингредиентов ведь здесь алхимики не то, что были в прошлом моего мира, здесь они еще и маги, так что без магии

в их деле не обходится и трансмутация веществ здесь не пустой звук.

– Ну ладно, чего уж теперь сделаешь, ну увидел и увидел.
– подумал я тяжело вздохнув.
– Не убивать же его за это в самом деле? Да и скорее всего случилось что-то раз он вошел не постучав. Однако прощать его не буду, пусть помучается угрызениями совести.

Седрик.

Оказаться в комнате красивой девушки, когда та не одета, мечта если не любого, то очень многих мужчин. Ему, пусть он и выглядит как юнец, казалось, что он давно уже вышел из того возраста, когда его интересовали девушки. И разумеется, что ни о чем таком он и не мечтал, однако это все равно случилось.

– Как же не хорошо получилось.
– думал он расхаживая по комнате.
– Если она после истории с Арцивусом старается меня избегать, то теперь и вовсе, ближе чем на расстояние полета огненного шара не подпустит. И ведь не объяснишь, что волновался за нее, теперь любые объяснения будут выглядеть как отговорки и оправдания. И ладно бы если действительно произошло что-то опасное. От волнения, я совершенно упустил тот факт, что фургон защищен от любых внешних воздействий и что источник надо искать не снаружи, а внутри фургона. Тогда было бы легко догадаться, кто является источником, Арцивус на подобные эманации магической энергии не способен. Да еще я своим появлением наверняка помешал какому-то ее эксперименту.

Он и сам в молодости не редко разоблачался чтобы легче было магичить, ему тогда казалось будто одежда не дает ему дышать.

– Что же теперь делать?

– Фу-у-уф устал.
– утирая пот тыльной стороной ладони, привалившись спиной к стене дровяного сарая, произнес Бубр который только что закончил вкапывать новый столб на место старой коновязи.
– Скажи, а правду говорят, дескать это его магичка сломала?
– кивнул Бубр на два обломка бывшей коновязи.

– Так ведь магичка... Они еще и не такое могут.
– ответил он, он ведь обещал Бубру найти занятие, вот и нашел, велел тому старый столб выкопать, да новый на его место поставить.

– Э-э-э нет, народ видел, как она его сначала зачем-то била и опосля только сломала. Было такое?

– А ты стало быть честным гномам уже не веришь?

– Да ну их, темнота деревенская...

– Ну, ну...
– покивал десятник, как бы намекая на то, что Бубр и сам родом из такой же деревни как Малые кузова.

– Ты ведь сам велел Догмуру за ней прослеживать, да тот не сдюжил и ты сам же, за это взялся. Неужто ничего не видел?

– Говорено тебе не видел, значит не видел. Если тебе снова заняться нечем, так я быстро это поправлю.
– ответил он.
– Его Магичество велел им в фургон воды натаскать, вот и натаскай.

В деревушке мы провели три дня и еще одну ночь и только на четвертые сутки наконец-то смогли двинуться в дальнейший путь. Из своей комнаты в фургоне все эти дни я выходил только для того, чтобы отправится заниматься, все остальное же время в том числе завтрак, обед и ужин я проводил у себя. Зато было время позаниматься волшебством, я даже подумывал из магов переквалифицироваться в волшебники, правда я больше никогда не смог бы использовать магию в качестве боевого подспорья, да и об артефактах которые я сейчас могу делать своими руками, тоже пришлось бы забыть, зато предметы материализованные мной не пропадали бы через некоторое время. Но потом я передумал. Я попаданец, и как всякий попаданец должен уметь если не все, то очень многое, отказаться от чего-то я себе просто не могу позволить. И пусть материализуемые мной предметы не будут существовать долго, пользу они мне все равно приносить будут.