Шрифт:
СЕРГЕЙ КАНТОВ
ДЕРЕВЬЯ СНА
– Сашка, ты?
– в телефоне почти ничего не было слышно, и поэтому Володя кричал в трубку.
– Я тут случайно рядом оказался. Хочу к тебе заглянуть!
– Заходи. Адрес знаешь?
– Знаю. Буду у тебя минут через пять.
Высокое красное здание телефонной станции с узкими, как бойницы, окнами, выглядело в темноте мрачно и зловеще. К зданию вела асфальтовая дорожка, обсаженная с одной стороны деревьями. По другую ее сторону тянулся бетонный забор высотой метра в три. Пройдя вдоль забора, Володя подошел к двери, обитой железом и выкрашенной в черный цвет, разглядел кнопку звонка, нажал и терпеливо
– Явился?
– хмуро спросил тот.
– Ну, заходи!
Перехватив "дипломат" в левую руку, Володя прошел вперед. За ним с лязгом захлопнулась дверь. По узкой металлической лестнице они поднялись на второй этаж в маленькую комнатушку дежурного. Володя огляделся: низкий топчан у стены, обитый черным пластиком, стол и тумбочка - вот и вся обстановка. На столе - обшарпанный черный телефон. Ничего лишнего.
– Для одного неплохо. Ты здесь и дежуришь?
– спросил Володя и, не дожидаясь ответа, извлек из "дипломата" бутылку армянского коньяка "три звездочки", лимон, банку красной икры и перочинный нож.
– Я тут разжился немного и решил к тебе заглянуть. Рюмки найдутся?
Сашка сразу засуетился, глаза его заблестели. Он достал из тумбочки два граненых стаканчика и выставил их на стол. Затем, бормоча что-то радостное, открыл баночку икры, попробовал:
– Замечательно!...
– стал нарезать лимон. Володя распечатал бутылку и налил в стаканчики понемногу.
– Это чтобы тебя не сразу развезло.
– Обижаешь!
– перебил его Сашка.
– Что тянуть? Ты уж давай по-нашему. А за меня не беспокойся, всю ночь буду один, напарника я отпустил.
Володя наполнил стаканчики до краев. Они выпили, заели коньяк лимоном. Сашка, черпанув ложкой икру, отправил ее в рот.
– Давненько ничего вкусного не пробовал. Где ты это все достал?
– Приятели по случаю подбросили. Вот я и подумал - дай зайду к тебе. Посмотрю, что за служба такая.
Сашка, немного помолчал, счастливыми глазами глядя в потолок, потер руки и переспросил:
– Что за служба? Обыкновенная, сутки здесь, трое дома. Вот на этом топчане сплю. А если что с техникой произойдет, сам не лезу, вызываю ремонтников.
– Я сейчас работу подыскиваю. К вам можно устроиться? Володя налил еще по полной рюмке. Они выпили.
– Конечно можно, - Сашка развалился на топчане, раскинув руки в стороны.
– Завтра с начальником поговорю, ты парень свой. Ты это серьезно спрашиваешь?
– Конечно серьезно. Завтра спроси обязательно, тогда я у себя на работе заявление напишу.
– Володя налил еще по рюмке, поднял свою, посмотрел, как выпил Сашка.
– А можно твои владения посмотреть?
– Пойдем!
– Сашка поднялся с топчана.
– Все покажу!
Они, покачиваясь, вышли из вахтерки через вторую дверь и попали в огромный зал, заполненный рядами высоких металлических шкафов. Внутри каждого из них что-то щелкало, трещало. Иногда раздавались короткие звонки. От всего этого шума, треска заболела голова.
– Как ты этот грохот выдерживаешь? Я думал, телефонная станция - это тишина, электроника.
– Это и есть электроника. Станция, конечно, не самая новая, но надежная. Таких у нас немного.
Недолго ходили они по узким проходам между шкафов. Володя остановился:
– Все одно и то же. Надоело. Пойдем, примем еще?
– Обязательно!
Они снова оказались
в вахтерке, выпили. В бутылке осталось совсем немного.– По последней!
– предложил Володя и разлил остаток поровну.
– Давай...
Они сидели на топчане еще с полчаса и беседовали о том о сем. Сашка клевал носом и приговаривал:
– Это здорово, что ты собрался у нас работать... И хорошо, что ты зашел... Ты молодец...
– он лег на топчан, - молодец...
– А где здесь туалет?
– Володя встал.
– Туалет?... Выйдешь и направо, сразу... Там...
Володя взял "дипломат" и, пошатываясь, вышел из вах терки. Сразу же его движения стали точны и уверенны. Быстрым шагом он подошел к одному из металлических шкафов и, достав из "дипломата" концы двух проводов, прикрепил их зажимами к клеммам 117, 119, торчащим наружу. Сердце забилось тревожно. Он вытер рукавом выступивший на лбу пот, засунул руку в "дипломат" и нажал клавишу включения. Всем своим телом ощутил Володя, как полетели в линию импульсы программы, в "дипломате" что-то щелкнуло и с тихим шелестом завертелась дискета.
"У меня всего несколько минут..." - мысли ею были отрывочны. "Если все рассчитал правильно, то должен успеть. Лишь бы хватило "памяти".
– Через минуту раздался щелчок. Володя трясущимися руками сменил дискету, завертелась новая. "Все, время прошло, меня засекли, надо отключаться!" - Остановилась и вторая дискета.
– "Еще немного. Может быть, самого важного еще нет?" - он сменил дискету еще раз, затем еще.
– "Больше нельзя. Погублю все дело", - кричало у него внутри.
– "Хватит!" - быстро отсоединив провода, он спрятал их в "дипломат".
В вахтерку Володя вошел пошатываясь, разбудил мирно посапывающего Сашку.
– Извини, но мне пора идти домой.
Сашка сел на топчане и, потянувшись, обнял Володю:
– Куда ты спешишь? Оставайся здесь...
– Нет, я пойду, дома дел много, - Володя убрал в "дипломат" пустую бутылку и свой перочинный нож, протер стаканчики и поставил их в тумбочку.
– Проводи меня.
Володя взял Сашку под руку и повел по лестнице вниз. "Быстрее, быстрее!" - мысленно приказывал он, - "Открывай эту проклятую дверь!" - на пороге он хлопнул Сашку по плечу.
– Не забудь, завтра поговори обо мне. А я тебе позвоню! Пока!
– и как только металлическая дверь с грохотом захлопнулась, быстрым шагом пошел вдоль забора, а выйдя на улицу, побежал к автобусной остановке.
"Что сейчас творится на телефонной станции?
– думал Володя, подъезжая на автобусе к метро...
– Если я правильно рассчитал, уже должны суетиться!" - И выйдя из автобуса, он вошел в будку телефона-автомата...
Трубку сняли сразу.
– "Кузнецов слушает!" - раздался незнакомый голос. Володя вздрогнул от неожиданности, хотя и предвидел это.
– Мне бы Александра.
– Подождите минуточку. Я сейчас его приглашу.
– Володя ясно чувствовал, как отыскивают сейчас телефон, из которого он звонит. Руки его задрожали.
– Мне срочно!
– закричал он и, повесив трубку, пошел к метро.
Несколько раз, проехав несколько остановок, он переходил с линии на линию, "путая следы". Примерно через час, уже на другом конце города, вышел на улицу и, пройдя несколько кварталов, очутился в тихом, знакомом с детства переулке. Снова позвонил на телефонную станцию.