Демосфера
Шрифт:
Все поверхности в комнате состояли из темно-бордового пупырчатого пластика. Пол качнулся, умнодом быстро и плавно свернул по крутой дуге, после чего за окошком слева потянулась стена деревьев: теперь здание двигалось вдоль рощи.
— Мы оторвались, — с достоинством сказал мужчина и снял монокль. — Автопилот… — Он коснулся сенсоров на пульте, прошествовал к стене, открыл дверцу утопленного в нее шкафа и чем-то зазвенел.
Дан рискнул выпрямиться, придерживаясь за спинку стула, потом отпустил ее… Нормально, можно ходить, не рискуя, что свалишься и разобьешь нос.
— Виски? — Хозяин протянул ему стакан. — Меня зовут Джурич Осмос.
Произнесено это было тоном, который ясно давал понять,
— Дан… Данислав.
Если Джурич Осмос и испытал разочарование от того, что его не узнали, то никак этого не показал. Он степенно кивнул и отпил из своего стакана. Дан тоже отпил, поперхнулся, закашлялся. В горле, а потом и в желудке стало горячо.
— Вкусно, — сказал он, глубоко вдыхая и делая второй глоток.
— Ржаное виски, — пояснил хозяин. — Сам делаю.
Он говорил веско, ставил каждое слово, будто каменную глыбу в пирамиде фразы.
— Я слышал ваше имя раньше, — произнес Дан. — Но, простите, не помню сейчас… Кто вы?
Джурич Осмос не торопясь допил и сказал:
— На вас солдатское обмундирование, хотя на солдата вы не похожи. Вы бизнесмен, юноша? Наукой не интересуетесь?
Дан возразил:
— Нет, отчего же, интересуюсь. Но поверхностно, как простой обыватель.
Хозяин сел на стул и поставил стакан между ног, обутых в темно-зеленые бархатные тапочки с открытыми задниками.
— Джурич Осмос… — задумчиво и как бы с почтением к самому себе протянул он. — Это имя известно, но, конечно, в кругах людей, склонных проявлять интерес к соответствующим областям знаний. Я, понимаете ли, естествоиспытатель. В некотором роде — исследователь и путешественник.
Тут Дан наконец заинтересовался по-настоящему:
— Путешественник? А разве еще остались… Ну, то есть где же вы путешествуете? На планете вроде все исследовано, вон даже в Марианскую впадину экскурсии отправляют, а на Северном полюсе — гостиница.
Джурич медленно кивал, словно подтверждая каждое слово, затем многозначительно поднял указательный палец:
— А это?
— Что?
Хозяин развел широкие ладони, будто обнимая весь ландшафт, через который мчался умнодом:
— Псевдозона. Она, по-вашему, тоже исследована?
— А, зона… Ну да. То есть нет, не исследована. Но… Разве здесь есть что исследовать?
— Я первый классифицировал типы челомуров, — произнес хозяин с легкой укоризной. — Выявил среди них доминантные и боевые особи, доказал, что сообщества муравников не анархичны, как считали биосоциологи, но строго иерархичны, да еще и связаны между собой сетью акустических подземных волноводов. Я обнаружил прибрежные источники тяжелой воды, доказал связь между электризацией хлопьев в шлаковых метелях, часто происходящих на юге Псевдозоны, и так называемым «земляным сулоем», или «толчеей земли», способной за минуту уничтожить крупную ферму. Наконец…
— А туристического каравана вы вчера ночью не видели? — спросил Дан.
На благородном лице с крупными чертами мелькнуло неудовольствие, но Даниславу сейчас было не до вежливости.
— Ну да, — кивнул Осмос, помолчав. — Был караван.
— Куда он двигался? Он возвращался или ехал в глубь Псевдозоны? Что с ним стало?
Осмос откинулся на стуле, положил ногу на ногу, обнажив волосатое округлое колено. Во всех движениях хозяина присутствовало что-то нарочитое, слегка театральное.
— Он ехал в глубь территории. Что с ним стало, я не знаю. Почему вас это интересует?
— Не могли бы вы меня туда доставить? Понимаете, это караван из Университетской автономии. С ним была моя знакомая… Хорошая
знакомая. Я ее ищу.Дан решил, что хозяин откажет, но Джурич Осмос сказал:
— Ну да, я и так туда собирался. Собственно, мы в этом направлении сейчас едем. Что-то произошло возле реки — вспышка в небе, гул… Какое-то необычное явление, я еще не сталкивался с подобным.
— Спасибо! — воскликнул Дан искренне. — Так мне можно с вами?
— Почему бы и нет? Едем, вместе веселее. Джурич Осмос поднялся и подошел к окну, Дан последовал за ним — за окном виднелись край болота, изгибающийся пологой дугой, и холмы.
— У меня здесь автокухня, — сказал Осмос. — Вы голодны, Данислав? Сейчас поедим.
Кивнув, Дан провел пальцами по стене — точно, пластик.
— Здесь все очень легкое, — пояснил хозяин, искоса наблюдая за ним. — Дом весит крайне мало, чтобы не создавать лишнего давления на подушку. Да и маневренность в результате отличная. Это моя собственная конструкция. — Он прошел к пульту. Пол чуть качнулся: дом изменил направление движения. — До завода доберемся засветло. Мне показалось, что необычный ночной феномен произошел как раз в том районе. Вроде что-то опустилось на Антипургаторий…
— Это нуклоновый завод? — спросил Дан. — Тот, откуда поперли микророботы?
— Точно. Антипургаторий. Я был его генеральным конструктором.
Данислав заинтересованно обернулся к хозяину:
— Да? И что там произошло?
Джурич Осмос пожал широкими плечами:
— Произошло то, что и планировалось. Микророботы начали перестраивать структуру среды.
— Планировалось? Почему планировалось?
— Да ведь это я их так настроил, — пояснил Осмос с легкой улыбкой. — Я был несчастлив, знаете ли, очень несчастлив на протяжении долгого периода жизни. Представьте… — Он склонил голову и некоторое время молчал, о чем-то размышляя. — Представьте себе, что вы, к примеру, писатель. Если хоть немного изучали историю, то знаете, что когда-то это была достаточно распространенная профессия. А вот что делать писателю сейчас, когда книг нет? Что?
— Находить применение своему таланту в другой области, — сказал Дан.
— В другой области… Ха! Так вот, что, если мой талант лежит в области исследования нового пространства? Но Земля изучена, как и другие планеты этой системы, которые оказались вполне скучны и банальны, а в далекий космос мы летать так и не научились. Вот я и создал… — Он опять замолчал.
Дан наконец понял, о чем говорит Джурич Осмос.
— Так вы что… Вы спланировали бунт микророботов и появление в результате этого территории вроде Псевдозоны… И все это, чтобы на Земле возникло место, которое можно было бы исследовать?
Осмос не расслышал нотки возмущения в его голосе. Кивнув, он подтвердил:
— Вот именно.
— А… а людей не жалко? — Дан не нашелся что еще сказать, и вопрос прозвучал глупо.
По выражению благородного лица он увидел, что его просто не понимают: нет, не жалко, потому что Джурич Осмос был центром своей вселенной, да не просто центром — он и был всей вселенной, и жалость мог испытывать только к себе самому.
В это время Жиль Фнад убивал байкера. Токомобиль Бюро подорвался на мине еще час назад — бронированный корпус выдержал, но ходовая часть вышла из строя, и Фнаду пришлось идти по пересеченной местности, огибать развалины ферм, взбираться на холмы и прыгать через канавы. Трижды он видел полуразложившиеся человеческие тела, а один раз — неглубокую яму, полную трупов, и обычных, и с разными искусственными частями, и каждый раз ловил себя на мысли: сломавшаяся органика — это хорошо, куда лучше, чем функционирующая; лишенная сознания и душевных устремлений плоть не приводит его в ярость и вовсе не кажется мерзкой.