Чужой для всех
Шрифт:
— Я того же мнения, дядя Гельмут. Но информация у меня в голове. Эту тайну знаете только вы. Генералу Гудериану мы намекнули о предположительном развитии будущих событий. Основные карты мы не раскрывали. Это впереди. Поэтому разведки могли узнать только то, что было в моих донесениях. Сравнив их содержание с прошедшими событиями на Восточном фронте, они пытаются узнать об источнике этой информации. Англичане решили этот источник погасить в зародыше. Но, спрашивается. Где Англия, а где Восточный фронт? Каким образом англичане узнали обо мне? Где сидит крыса: у русской СМЕРШ, или у бригадефюрера Шелленберга? Вопрос!
Глубже копнуть, встают и другие вопросы. Если это русские помешали англичанам меня ликвидировать, то почему? Значит, я им нужен. Значит, СМЕРШ разыгрывает свою карту, где я должен играть определенную роль. Значит, надо предполагать, что они скоро выйдут на контакт со мной. Наша контрразведка тоже что-то перехватила и стала следить.
— Все это печально, Франц. Не знаю даже что тебе посоветовать. Могу только пожелать быть более осторожным.
— Хорошо, дядя Гельмут, буду осторожен. Думаю, англичане временно притихнут. С нашей службой безопасности я сам разберусь, а если понадобится – попрошу помощь у генерала Гудериана. Если русские выйдут на контакт – буду решать на месте как поступать. Оставим пока эту тему. Давайте перейдем к служебным делам, к формированию танковой армии. Где ваш погребок?
— Погребок? — усмехнулся генерал. — Это шутка, Франц. Пойди в столовую, там, в баре стоит еще одна бутылка коньяка «Martell», неси ее. Не забудь захватить лимон и салями.
— Я мигом, дядя Гельмут. — Франц энергично проследовал в столовую. По дороге его сразу перехватил Клаус: — Вижу, ты быстро усваиваешь мои уроки. Из тебя выйдет настоящий офицер-спецназовец. А то говорил: «не могу», «не буду». Ты пойми, когда еще предвидится случай попробовать «Martell» урожая 1940 года? Думаю – никогда.
— Ты прав, Клаус, никогда, если вернешься в свое время, коньяку будет 70 лет, и стоить он будет целое состояние, — подхватил с радостью разговор Франц, — так что лови момент, дружище Клаус, пока я жив, — Франц поставил на поднос бутылку превосходного коньяка, рядом тарелки с нарезанной колбасой и лимоном и словно заправский официант, подхватив поднос правой рукой, а левую руку заложив за спину, пошел к дяде.
Генерал Вейдлинг улыбнулся, когда зашел Франц, хотя выглядел он совсем не стоически. Услышанная история о покушении на Франца не давала ему покоя.
— Прошу, дядя Гельмут. Вам слово.
Генерал умело открыл бутылку и заполнил на треть бокалы коньяком. — Пусть, Франц, все задуманное тобой сбудется. И та победа, к которой ты нас поведешь, будет небольшим утешением для меня и для тех солдат, которые будут с нами в этом тяжелейшем сражении. За твое здоровье, мой мальчик.
— Спасибо, дядя Гельмут. А я выпью за ваш полководческий талант и за ваше здоровье.
Закусив тонким, натуральным кружочком салями, генерал тяжело поднялся с кресла – затекли ноги. Осмотрелся, включил свет. Немного хромая прошелся к окну и задернул светомаскировочные шторы, на улице было сумеречно, вернулся назад к камину.
— Ты спросил меня, как решаются вопросы формирования танковой армии? — генерал перешел к другой теме разговора, — отвечу кратко – медленно. Проект штатного расписания новой танковой армии разработан. В этом большая заслуга генерала Гудериана. Он лично участвовал в ее разработке и лично отстаивал у начальника штаба Верховного главнокомандования вооруженными силами генерал-фельдмаршала Кейтеля. Он сумел доказать неоспоримые преимущества бригадного построения армии, с той структурой, вооружением и тактикой боевых действий о которых ты говорил. Утверждение состоится в ближайшее время. Рейхсминистр вооружений и боеприпасов Шпеер пообещал похлопотать, он частый ночной гость Гитлера.
— Это правильно, — со свойственной горячностью вступил в разговор Франц. — Мобильная танковая бригада – это изначально боевая группа: слаженная и постоянная. С подвижной ПВО, со своим штурмовым десантом и боевыми машинами поддержки танков, с тесной взаимосвязью со своей разведкой, с ее поддержкой. Обладая такими характеристиками, бригада будет настоящим ударным кулаком в бою. Это новое слово в развитии наших бронетанковых войск. Не громоздкая дивизия с ее постоянным некомплектом на 30-40 %, где на бумаге дивизия, на деле – полк, а полновесная мобильная танковая бригада, которая сможет самостоятельно решать тактико-стратегическую задачу. Кроме того, боевая техника и вооружение в бригаде должны быть максимально однотипны и проверенные в боевых действиях. Ими будет легче управлять, их будет легче ремонтировать. Обязательно учтите, что в каждой бригаде должны быть роты учебно-боевого вооружения и техники, где будет обкатываться молодежь. Этим мы значительно сэкономим ресурс боевой группы. Экипажи должны быть взаимозаменяемыми. Кстати, многое, что я говорю, уже взято на вооружение русскими в ходе войны. Наши штабы плохо изучают противника. Вот смотрите, — Франц поднялся с кресла, для убедительности речи. — В состав русской танковой бригады 1943 года входят: 3 танковых батальона, 1 батальон автоматчиков, подразделение управления и обеспечения, зенитно-пулеметная рота и управление. Всего 65 однотипных танков Т-34-85. Такая бригада решает практически любую задачу в пределах своей возможности.
— Франц? — остановил офицера генерал. — Не забывай, наши бригады будут мощнее, мобильнее, эффективнее в бою, чем русские соединения.
— Да, это так, дядя. Но каковы русские генералы! — с почтением воскликнул Франц. — Они сразу внедряют в войска новые структуры частей и тактические приемы ведения боя, которые показали себя с лучшей стороны. Вот у кого надо
учиться нашему генералитету. В данном случае я не имею в виду вас, дядя.— Спасибо и на этом, — саркастически заметил Вейдлинг. — Все, что мы задумали я взял на вооружение, и на бумаге это вышло красиво. Однако перед нами встают серьезные проблемы, — генерал отпил из бокала немного коньяка и закусил долькой лимона. Скривился.
— Какие проблемы, дядя Гельмут?
— Наливай и мне, — прожужжал в мозгу Клаус.
— Подождешь, — зыкнул на друга Франц.
— Проблемы связаны со штатным укомплектованием новых бригад техникой, вооружением и личным составом, дорогой, Франц. Ты и сам знаешь, что вся выпускаемая военная продукция, все резервисты с округов – все идет в действующие войска, все идет на фронт. Где взять дополнительные технические и людские резервы?
— Не надо драматизировать ситуацию, дядя Гельмут. Не так все плохо. Уже со следующего месяца ожидается выпуск бронетехники на 15 % выше, чем в сентябре. Это все внутренние резервы. Шпееру удалось убедить фюрера отказаться от всех трудновыполнимых стратегических планов по разработке новейшей военной техники. Нет времени и средств на модернизацию Вооруженных сил. За последние три недели я побывал на основных танковых заводах компаний «Рейнметалл», «Крупп-груссон», «Нибелунгверке» – везде строго выполняются директивы министерства. С конвейера сходят только серийные «Пантеры», «Тигры» и PzIV. Все перспективные разработки закрыты. Освободившиеся мощности направлены на выпуск массового среднего танка PzIV. Отказались от «Королевских тигров». Вместо одного PzVIB выйдет пять-семь средних танков и самоходных артиллерийских установок. Вся военная промышленность переведена на двухсменную работу. И это еще не все. Через два дня я выезжаю с комиссией на основной танковый полигон Вермахта в Куммерсдорф. Там будут представлены образцы среднего танка PzIV с башней от «Пантеры» и 75-мм пушкой KwK42 с протяженностью ствола 70 калибров. Будут образцы этого танка с обычной башней и пушкой 75 мм с длиной ствола на 50 и 60 калибров. Если испытания будут удачными, танки запустятся в серии. Новая экономическая стратегия, — подчеркнул Франц, — даст дополнительно армии до 1000 средних танков и САУ. И это еще не все. Раскрою еще один секрет. Остановлено производство ракет ФАУ-2. Конструкторская мысль и мощности этих заводов переведены на выпуск ракет земля-воздух из подвижных пусковых установок. Первая ракетная батарея по уничтожению движущихся воздушных целей ожидается к концу этого года, возможно к началу операции. Конечно, ею не защитишь армию от американской авиации, но дальнейший выпуск ракетных установок будет заметной помощью противовоздушной обороне.
Теперь по личному составу, — Франц замолчал, сделал несколько глотков коньяка, глянул внимательно на генерала, не заснул ли тот. Генерал Вейдлинг держался, не спал, изредка потягивал свой коньяк, да недоверчиво покачивал головой. — Теперь по личному составу, — вновь повторил, Франц, тем самым подчеркнул важность вопроса. — Что нужно сделать? — обратился он с вопросом к генералу и, не ожидая от него ответа, высказался сам. — Нужно в каждом взводе, каждой роте, части, бригаде сформировать опытное управленческое кадровое ядро, так сказать боевой костях всего военного организма. Это знаю, уже делается. Опытные боевые командиры должны лично участвовать в подборе и комплектовании своих подразделений и частей техникой и людьми. Разнарядка уже пошла в западные округа и танковые училища, благо они подчинены инспекции бронетанковых войск, то есть Гудериану. Скоро начнет приходить пополнение. Его обучение будет проходить в учебных ротах по специально разработанной методике. В основе методики лежит принцип: «делай как я». Лучшие танковые асы на практике будут обучать молодежь. Занятия должны проходить днем и ночью, ночью и днем. Физическая и техническая подготовки, боевые стрельбы, взаимозаменяемость экипажей, выживание в экстремальных ситуациях, современная тактика ведения боя в любое время суток – вот основа учебной программы. После учебы – боевое слаживание, учения. Все должно проходить в строжайшей секретности, максимально эффективно и в короткие сроки. Все бригады будут дислоцироваться в западных районах Германии, вдали от фронта в предместьях Ганновера, Касселя, Нюрберга, Штутгарта, Мюнхена со штабом армии в Касселе.
— Франц, — перебил офицера генерал Вейдлинг, — зачем ты мне говоришь эти вещи, которые уже стали очевидными. С какими солдатами я буду воевать? С новобранцами, безусыми юнцами?
— Не только с ними, дядя Гельмут. Кстати, вы напрасно иронизируете. Эта необстрелянная молодежь подожгла сотни русских танков в Берлине, не одна тысяча русских солдат пала от рук немецких юнцов. Гитлерюгенд до конца войны будет фанатично предан фюреру. С этим фанатизмом юнцы будут умирать за него, как русские солдаты за Сталина. Боевой дух солдат накануне операции против англо-американцев будет невероятно великим. И наша задача, — Францу стало жарко от накала разговора, он расстегнул крючок кителя, взял с тарелки дольку лимона и с удовольствием ее пожевал, почувствовав во рту приятную кислинку. — И наша задача, — продолжил он разговор, но уже более твердым, с хрипотцой, берлинским говором, — обучить эту молодежь, сплотить идеей разгрома врага и, когда придет время, направить неотразимым ударом на слабые звенья обороны противника. Эти места будут указаны. Будьте уверены, дядя Гельмут! — Франц с любопытством посмотрел на генерала, оценивая его реакцию на свою последнюю фразу. Вейдлинг махнул головой, мол, продолжай дальше. На его красном лице по-прежнему оставалась недоверчивая улыбка.